Девушка с корабля - Пэлем Грэнвилл Вудхауз

Но то был не Сэм, а человек с отталкивающей внешностью, в котором она немедленно признала Джона Питерса. Он улыбался жестокой безумной улыбкой, так, по крайней мере, казалось ей. Сам же Джон Питерс думал, что лицо его выражает в этот момент только бесконечное добродушие. В руке он держал огромный револьвер.

– Здравствуйте, мисс Миликен, – проговорил он.

Глава XIII

Ряд сюрпризов

Билли стояла у стены, рассматривая портрет покойного мистера Опльбал, по адресу которого самый любезный человек смог бы в лучшем случае выразить надежду, что художник не уловил сходства. Девушка прижалась спиною к стене, как будто желая пройти через нее. Край рамы портрета сбил на бок ее шляпу, но от волнения она даже не заметила этого.

– Здра… Здравствуйте, – пролепетала она.

Если бы она не была так хороша, ее голос можно было бы назвать писклявым. Боевой дух Беннеттов, при всей своей пылкости, не был подготовлен к такому испытанию. Он испарился без следа, оставив вместо себя только холодный панический страх. Ей случалось видеть подобные штуки в кинематографе. Была, например, такая картина «Месть Дианы», где нечто подобное происходило с героиней почти в каждой части; но Билли никогда не приходило в голову, что ей придется пережить то же самое в действительности; вот почему она не выработала никакого предварительного плана, и приключение застало ее врасплох. Весьма существенная ошибка. В жизни нужно быть всегда ко всему готовым

– Я принес револьвер, – проговорил мистер Питерс.

– Т-так… я вижу, – ответила Билли.

Мистер Питерс любовно поглаживал смертоносное оружие. Обычно он был очень застенчив с женщинами, но Сэм сказал ему, что она заинтересовалась его револьвером, и это обстоятельство уже заранее вызвало в его сердце теплое чувство к девушке.

– Я как раз собирался в тир, – продолжал он, – и решил, что, может-быть, вам будет интересно взглянуть на него.

– Я думаю думаю… что вы хорошо стреляете?

– Я редко даю промахи.

Билли вздрогнула. Затем, решив, что чем дольше удастся ей затянуть беседу с этим маньяком, тем больше надежды на возвращение Сэма, попыталась поддержать разговор.

– У него… у него ужасный… вид.

– Ну, что вы? – обиженно ответил Питерс.

Билли заметила, что она не туда попала.

– Я хочу сказать, очень грозный, – поправилась она.

– Что делать, мисс Миликен? Ведь это смертоносное оружие.

Беседа снова замерла. Билли не знала, что сказать, а мистер Питерс боролся с одолевавшим его смущением. Спустя несколько секунд он собрался с духом, а Билли, заметив, что он спрятал револьвер в карман, облегченно вздохнула.

– Самое главное, – заговорил Джон Питерс, – это научиться быстро вытаскивать его. Вот так, – и он проиллюстрировал свои слова, быстро выхватив из кармана револьвер. – Все зависит от того, кто сделает первый выстрел. Самое главное, мисс Миликен, первый выстрел…

Билли вдруг осенило вдохновение. Было бы бесполезно пытаться разубеждать этого сумасшедшего в том, что она не мисс Миликен. Противоречие могло бы только еще больше разъярить его и ускорить роковую развязку. Необходимо было настроить его на благодушный лад.

– Мистер Питерс, – воскликнула она, право же вы ошибаетесь!

– Виноват, – ответил Джон Питерс, – ничего подобного.

– Нет, ошибаетесь!

– Уверяю вас, что быстрота самое главное…

– Вас ввели в заблуждение.

– Нет, меня учили этому на стрельбище, – твердо возразил мистер Питерс, – и если вы когда-нибудь видели картину под названием «Двустволка Томас»…

– Мистер Питерс, – воскликнула в отчаянии Билли. У нее положительно кружилась голова, и она чувствовала, что сама близка к сумасшествию. – Мистер Питерс, послушайте меня, я и не думала выходить замуж за молодого человека в Илинг Вест.

Мистер Питерс при этом известии не проявил никакого волнения.

– В самом деле? – вежливо спросил он.

– Вы не верите мне? – вскричала Билли.

– Нет, почему же?

– Слава богу, – проговорила Билли. – Я даже не помолвлена, Все это была одна сплошная ошибка.

Когда двое людей, находясь в небольшой комнате, ведут разговор о двух совершенно различных предметах и ни один из них не знает, куда метит другой, то, разумеется, происходит замешательство. Тем не менее Джон Питерс, хотя и не вполне понимавший, в чем дело, почувствовал, будто мысли его проясняются. Ему пришло в голову, что девушка пришла за советом, потому что человек, с которым она была помолвлена, нарушил свое обещание жениться на ней. Очевидно, какой-то молодой человек в Илинг Вест разбил ей сердце, и теперь возглас: «я даже не помолвлена» растрогал мистера Питерса до глубины души. Он положил револьвер в карман и вынул записную книжку.

– Будьте любезны изложить факты, – с вежливостью профессионального стряпчего обратился он к ней.

– Но я сообщаю вам только факты.

– Этот молодой человек в Илинг Вест, проговорил мистер Питерс, смачивая слюной кончик карандаша, – писал вам письма, с предложением вступить с ним в брак?

– Нет, нет…

– Но, во всяком случае, – продолжал Питерс он ухаживал за вами при свидетелях?

– Никогда! Никаких молодых людей в Илинг Вест вообще не существует.

Тут Джон Питерс впервые заподозрил, что девушка не совсем нормальна. Самое элементарное знакомство с последней переписью ясно указывало на то, что в Илинг Вест существует известное количество молодых людей. И даже довольно значительное. Какая же женщина в здравом уме станет утверждать противное? Он даже порадовался, что револьвер при нем. Правда, до сих пор она не выкинула ничего особенного, но все-таки лучше быть готовым ко всему. Питерс снова вынул револьвер из кармана и положил его себе на колени.

Вид оружия подействовал на Билли возбуждающим образом. Она всплеснула руками и решила пустить в ход последний козырь.

– Я люблю Вас! – вскричала она. При этом она никак не могла вспомнить, как его зовут, а это, несомненно, округлило бы фразу. Heудобно же назвать его в такой решительный момент: мистер Питерс? – Вы единственный человек, которого я когда-либо любила!..

– Святая яичница! – воскликнул Питерс и чуть не свалился со стула. На человека, от природы робкого, такое внезапное и совершенно неожиданное объяснение должно было неминуемо произвести ошеломляющее впечатление. К тому же мистер Питерс был уже помолвлен. Он страшно покраснел. Но даже в этот момент полной растерянности сердце его сладко вздрогнуло. Никто не видит и не воображает себя таким, каков он есть на самом деле. Однако, к чести мистера Питерса нужно сказать, что до сих пор он почти правильно оценивал