Искатель. 1974. Выпуск №6 - Владимир Монастырев

Баллада кончилась, чунир умолк. Андрей Аверьянович взглянул на Васо, на Фидо и прочел на их лицах следы волнения, какое испытал только что сам.

— Удивительно, — произнес он наконец. — Я не очень большой знаток, но, по-моему, это настоящее искусство.

Николоз спел еще одну свою балладу — об альпинистах, которые приняли бой с врагом на одном из кавказских перевалов. Андрей Аверьянович слушал, иногда прикрывал глаза, и воображение легко рисовало голые обледенелые скалы и людей среди этих мертвых скал. И слышался орлиный клекот в голосе певца и свист ветра на перевале…

Перед сном Андрей Аверьянович вышел на улицу и долго стоял, вбирая в себя тишину и красоту ночи, голубое сияние снегов на склонах могучего пятитысячника. Вдруг у каменного забора он увидел темный силуэт человека. Хотел окликнуть, думая, что это кто-то из гостей Николоза, но не успел. Человек шагнул навстречу Андрею Аверьяновичу. Был он в плаще с поднятым воротником, в широкой пастушьей шляпе, из-под которой видна была только нижняя половина лица — широкий подбородок, крупные губы.

— Ты адвокат? — спросил он хрипловатым, низким голосом.

— Да, — ответил Андрей Аверьянович, не столько испуганный, сколько удивленный неожиданным появлением незнакомца.

— Ты приехал защищать мальчишку?

— Вы кто, откуда?

Незнакомец не ответил. Он продолжал свое:

— Зачем копаешь? Защищай, пожалуйста, но зачем копаешь?.. Сколько они тебе заплатили?

— При чем тут плата? — Андрей Аверьянович хотел обойти этого странного человека, но тот заступил дорогу.

— Послушай, — сказал он, — уезжай отсюда. Мы тебе заплатим вдвое больше. Скажи сколько, и мы заплатим…

— Но кто вы все-таки? — настаивал Андрей Аверьянович.

— Это неважно. Скажи свою цену и уезжай, так будет лучше. А то в горах всякое может случиться: камень с горы на тебя упадет, оступишься и, не дай бог, в реку свалишься. Уезжай.

Незнакомец был высок и широкоплеч. Андрей Аверьянович прикинул свои возможности и решил, что ему одному тут не справиться. Надо было продолжать эту нелепую беседу, может, что-то удастся прояснить.

— Кому я должен сказать, если соглашусь? — спросил он.

— Мне.

— Сейчас не могу, надо подумать.

— Подумай, — согласился незнакомец, — только побыстрей думай. Вернешься в районный центр — напишешь цифру на афише возле кино. Деньги получишь перед посадкой в самолет, когда будешь улетать.

— А если не принесут деньги? — Андрей Аверьянович делал вид, что предложение его заинтересовало.

— Не бойся, мы не обманем. Ты не обмани. Мы все знаем, от нас ничего не скроешь, — последние слова он произнес с угрозой. Сделал два шага назад и исчез, словно истаял в густой тени каменного забора.

Андрей Аверьянович вошел в дом и, увидев за столом знакомых людей под ровным светом подвешенной к потолку десятилинейной лампы, почувствовал легкую слабость в ногах и достал платок, чтобы вытереть выступившую на лбу испарину.

— Странная у меня произошла сейчас встреча, — начал он, и все повернули к нему головы. — Получил заманчивое предложение и первое серьезное предупреждение… — Андрей Аверьянович хотел сказать с улыбкой, но это ему не очень удалось.

— Что случилось? — насторожился Васо.

Андрей Аверьянович рассказал, что с ним произошло пять минут назад.

— Пойдемте, — следователь вскочил со стула, — покажите, где он.

— Едва ли этот тип будет ждать, когда мы придем и схватим его, — сказал Васо. — Однако пойдем посмотрим.

Мужчины вышли на улицу. У стены, где встретил Андрея Аверьяновича незнакомец в пастушьей шляпе, никого не было. На узкой улице, уходящей под гору, никаких признаков жизни. Следователь посветил вокруг карманным фонариком, пошарил лучом по земле у стены.

— Что ты ищешь? — спросил Васо.

— А вдруг он что-то обронил.

— Метрическое свидетельство, — усмехнулся Васо. — Сейчас сухо, даже следов не остается.

— Не скажи. На дороге сухо, а под стеной земля влажная. Во что он был обут? — обратился следователь к Андрею Аверьяновичу.

Вопрос застал врасплох, Андрей Аверьянович задумался.

— С уверенностью не скажу. Он был в плаще… Плащ ниже колен, а там… Нет, точно не помню, но на ногах у него была обувь с твердой подошвой, я не только видел, но и слышал, как он шагнул мне навстречу.

Следователь присел на корточки у стены.

— Вот, — показал он, — вроде бы свежий отпечаток каблука. Стесан немного сзади и справа… Здесь он, наварное, стоял, и каблук отпечатался, а подошва не отпечаталась, тут посуше…

— И что из этого следует? — спросил Васо. — Теперь ты, как Шерлок Холмс, расскажешь нам, какого цвета у него волосы и как его зовут?

— Нет, не расскажу, к сожалению, — вздохнул следователь. И опять обратился к Андрею Аверьяновичу: — А на «пятачке» возле конторы совхоза вы его не видели? На Чихладзе он не похож?

— Нет, не похож, У Чихладзе лицо топориком, подбородок острый, у этого — широкий, тяжелый.

Вернулись в дом.

— Вы расстроены? — спросил Николоз у Андрея Аверьяновича.

— Больше удивлен. Адвокату не так уж часто предлагают отступного и угрожают.

— А я огорчен случившимся. Вы мой гость, и я несу ответственность.

— Но это случилось не в вашем доме, так что вы ни при чем.

— Не бойтесь, — подошел Васо, — мы вас в обиду не дадим и сумеем оградить от неприятностей… Но каков мерзавец, а?

— Местный колорит? — Андрей Аверьянович посмотрел на следователя Чиквани.

— Да, в горах чего не бывает. Я не скажу, что услышанная вами угроза вовсе пустая, но и не думаю, что эти люди решатся на какие-то решительные акции.

— Вы сказали — эти люди? — спросил Андрей Аверьянович. — Но я видел только одного.

— Видели вы одного, но он сказал: «От нас ничего не скроешь»?

— Да, он сказал именно так.

— Вот видите.

— Вижу. Прежде всего вижу, что рано считать следствие по делу об убийстве Давида Шахриани законченным.

Утром следователь предложил:

— Заедем в Лагурку, там работает сейчас Гурам, посмотрим, поговорим.

— Отличная мысль, — согласился Васо. Повернулся к Андрею Аверьяновичу и сказал: — Вам очень интересно будет познакомиться с Гурамом, это человек недюжинный. Местные мужчины — все хорошие строители, но Гурам среди строителей первый. Талант, золотые руки.

— И не очень дальний родственник убитого, — добавил следователь. — Придется поискать и с этой стороны.

Через полтора часа «газик» остановился возле деревянного моста через реку.

— Дальше пешком, — сказал Васо. — Во-он куда нам идти.