Дети света - Дина Терентьева

Я быстро спрятала камень и вышла из ванны. Винсент ждал меня в гостиной.

– Все в порядке? – спросил он, протягивая мне бокал, в котором плескался виски со льдом. Я посмотрела на его опустошенный бокал, а затем на самого Винсента. В пьяном виде его я еще не видела. Из гладко приглаженных волос выбилась прядь, взгляд бегающий и с координацией проблемы.

– Да, все хорошо, – я отодвинула бокал. – Винсент, я же сказала тебе, мне чай! – в моем голосе прозвучало раздражение.

– Хорошо, хорошо! Кто настаивает? Пойдем на кухню делать чай! – Винсент двинул рукой, и из бокала пролился виски на пол. – Упс, что я сделал? – он прыснул, а я улыбнулась и направилась на кухню, Винсент последовал за мной. Краем глаза я взглянула на своего друга. Он стоял в стороне, пил виски и осматривал меня с ног до головы.

– Ну что ж, раз ты велел мне чувствовать себя как дома, я заварю себе чай сама, – произнесла я, уверенная, что в моих силах выбраться из квартиры пьяного Винсента и, взяв электрический стальной чайник, прошла к раковине, чтобы налить воды.

– Сделай одолжение, – с каждым глотком виски ирония Винсента возрастала.

Очищенная вода из-под узкого крана ровно зажурчала. Я услышала звонкий стук бокала, поставленного на стол. Винсент приблизился ко мне. Выключив воду, я поставила чайник и нажала на кнопку. Вдруг Винсент, резко взяв меня за руку, развернул к себе и прижал. Он держал меня так крепко за запястья, что вены могли лопнуть от стального давления.

– Алекса, милая, – шептал он мне на ухо, прикасаясь к нему своими губами, – давай убежим и начнем жизнь вместе. Нас ждут великие дела и великое будущее!

От сильной боли я прервала бред, который нес Винсент:

– Винсент, что ты делаешь? Ты перегибаешь палку, мне очень больно!

– Да? А мне приятно! – раскат злого хохота вырвался из его груди.

– У тебя рубашка испачкана, – попыталась отвлечь я его внимание.

Он даже не посмотрел, куда я кивнула.

– Хорошо! Я ее сниму! И тебе не мешало бы раздеться! Здесь душно, не находишь?

Винсент попытался поцеловать меня, но я выгнулась назад, насколько давала мне столешница, о которую я облокотилась. Кулон под кружевами, казалось, растает и промочит мое платье.

– Послушай, а где твои родители?

– Разве это важно?

– Ты обещал меня с ними познакомить!

Похоже, никакие родители здесь не появятся.

Мы все еще стояли в позе вальсирующих. Винсент пытался приблизиться к моим губам, но я сопротивлялась, как могла.

– Они задержатся. Разве ты не рада тому, что мы оказались наедине? Хочешь, я покажу тебе, где спальня? – Винсент приблизился к моей шее и глубоко вдохнул. – Какой запах! Так бы и съел!

Конец ознакомительного фрагмента.