Краткая история Индии - Джон Зубжицки

Выборы 2019 года усилили позицию БДП, процент голосов за партию вырос с 31 до 37,4, и она получила 303 места в парламенте – и это несмотря на угрожающую тенденцию к росту насилия на религиозной почве по отношению к уязвимым группам и возмутительные сексуальные преступления по отношению к женщинам. Также избиратели не отреагировали и на экономические трудности из-за шокирующего решения в ноябре 2016 года вывести из обращения банкноты в 500 и в 1000 рупий, которые составляли 86 % наличности в стране – якобы для борьбы с коррупцией.

Вооружившись своим самым сильным мандатом за всю историю, БДП приступила к выполнению давнего обязательства отменить 370 статью конституции, гарантировавшую определенную степень автономии региону Джамму и Кашмир. Эта статья позволяла штату иметь собственную конституцию, флаг и уголовный кодекс, который включал законы, запрещающие неместным покупать землю. Правительство также внесло законопроект о разделении Джамму и Кашмира, при этом регион Ладакх с буддийским большинством стал отдельной союзной территорией. Правительство утверждало, что отмена 370-й статьи поможет положить конец насилию и интегрировать Кашмир в общее русло индийской жизни, стимулируя проблемную экономику региона за счет увеличения инвестиций. Критики обвинили БДП в неконституционных действиях и в желании изменить демографический характер региона с мусульманским большинством. Протесты в Кашмире против отмены статьи конституции привели к длящемуся месяцы отключению телефонной и интернет-связи.

Но как бы мы ни анализировали выборы 2019 года, ясно одно: на ближайшее время к власти пришла БДП. Почти 20 лет экспериментов – порой весьма рискованных – с мультипартийной коалицией в правительстве подошли к концу. Но масштаб победы Моди умножил и страх установления «демократической диктатуры» или какого-нибудь «бюрократического авторитаризма», особенно если в основе системы будет стоять сильный лидер.

По сообщению Исследовательского центра Пью, индийский электорат совершил скачок симпатий по направлению к более авторитарному политическому стилю. Поддержка такой политики в Индии оказалась выше, чем в других странах, где проводились исследования. Большинство (55 %) индийцев поддержало правительство с сильным лидером, который может принимать решения без вмешательства парламента или суда, а 53 % опрошенных поддержало военное правление. Также большинство высказалось за то, чтобы во главе страны стояли не избираемые чиновники, но эксперты, принимающие решения, полезные, по их мнению, для страны. В современной Индии всё больше рассматривают Китай как модель подражания для страны, которая стремится выбраться из нищеты и стать экономической сверхдержавой при помощи сильной руки правителя.

Все более назойливый мажоритарный тон правительства БДП беспокоит многих индийцев, а не одно только обширное мусульманское сообщество. Но демократия подарила Индии сильное и жизнестойкое гражданское общество и предохранительный клапан, позволяющий сбросить напор раздражения и злобы. Индийцы серьезно подходят к вопросу своих гражданских прав и наказывают правительство, которое не отвечает их ожиданиям. БДП также проиграла на всех за редким исключением выборах, за победу на которых боролась с 2017 года. Зимой 2019–2020 года тысячи человек по всей стране приняли участие в протестах против принятия поправок в закон о гражданстве. Эти поправки предполагали легкое получение гражданства беженцами всех вероисповеданий из Афганистана, Пакистана и Бангладеш – за исключением мусульман. Годом позже приблизительно 250 миллионов человек вышли на забастовку в поддержку фермеров, устроивших марш на индийскую столицу в знак протеста против дерегулирования сельскохозяйственного сектора. Это был один из самых масштабных протестов в истории. В ноябре 2020 года Моди пошел навстречу требованиям фермеров и отозвал три спорных аграрных закона, которые отменяли субсидии на сельское хозяйство и регулирование цен на выращенную сельхозпродукцию.

Экономические реформы Индии дали дорогу ожиданиям индийской молодежи, мечтающей о лучшем образовании, обеспеченности работой, доступном жилье и безопасной среде для их семей. И хотя реформ начала 1990-х годов не обратить вспять, протест фермеров показывает, насколько трудно направить их в прогрессивное русло, не вызвав при этом народных волнений.

10. «Новая Индия»?

Если глядеть сквозь почти пять тысячелетий, миновавших с зарождения хараппской цивилизации, то время существования Индии как независимого государства покажется кратким мигом. И даже два столетия колониального правления – лишь сноска в историческом фолианте. Империи Маурьев, Гуптов и Моголов гораздо больше заметны в своей продолжительности (а кто-то сказал бы, что и в своей славе). И никто не оспорит достижений Индии в эти золотые века – в сфере философии и литературы, математики и медицины, архитектуры и искусств.

Меж тем в 2022 году Индия подступает к 75-летию своей независимости, над ее политикой и обществом довлеет бремя истории и желания восстановить былую славу. В начале XVIII века Индия была крупнейшей экономической системой в мире. Ко времени ухода британцев доля Индии в мировом производстве упала ниже 4 %. Независимая Индия считалась синонимом голода и лишений. Несмотря на весь достигнутый с тех пор прогресс, она все еще не в силах стряхнуть с себя эти стереотипы или задействовать весь свой потенциал.

Впервые за 300 лет главный стратегический и экономический соперник Индии – Китай – мучительно близок к тому, чтобы поменять правила игры в отношении с Западом. Индия же видит свое заслуженное место рядом с Китаем, восстанавливая статус-кво. По некоторым показателям Индия постепенно поднимается в мировом рейтинге. Даже если делать поправку на влияние пандемии COVID‑19, Индия к началу 2030-х годов намеревается обогнать Японию и стать третьей по величине экономикой мира. В середине текущего десятилетия она станет самой населенной в мире страной. Также ожидается, что по величине военных расходов она удержит третье место в мире. Но почти по всем расчетам, исключая численность населения, Китай вырывается вперед: строительство авианосцев, которые расширяют стратегические возможности, увеличение доли в мировой торговле, привлечение в Азию зарубежных инвестиций. Китай успешно вовлек в свой объединенный проект «Пояс и путь» всех соседей Индии, расширил собственное влияние в Индийском океане и вмешался в самые важные сферы интересов Нью-Дели.

Поскольку политический ландшафт Индии уверенно формирует БДП, то основной темой на повестке дня стоит исправление несправедливостей прошлого. Исполнительные должности в таких некогда политически нейтральных учреждениях, как университеты, научные и культурные институты, заняты правительственными ставленниками. Переписываются исторические события и школьные учебники. Расползающаяся ксенофобия не обошла стороной даже спорт. В конце 2021 года семь индийских мусульман в штате Уттар-Прадеш были арестованы якобы за то, что праздновали победу Пакистана над Индией на чемпионате мира по мужскому крикету Т20. И что гораздо хуже, целый шквал расправ над мусульманами, которых обвинили в поедании говядины или просто в том, что они оказались не в том месте не в то время, раздувается в социальных сетях, но не встречает почти или вовсе никакого осуждения со стороны правительства. За критиками, как отечественными, так и зарубежными, БДП тоже строго следит. В начале 2021 года протестующие сторонники Моди сжигали портреты экоактивистки Греты Тунберг за ее твит в поддержку забастовки фермеров в Дели. Несколько месяцев спустя давлению подвергся Твиттер. Высказывались требования удалить записи с критикой правительства за меры противодействия второй волне пандемии COVID‑19.

Это событие, как ни одно другое в независимой Индии, пролило свет на ошибки правительства, бедственное состояние системы здравоохранения и положение работников теневой экономики. До начала пандемии Индия с гордостью считалась главным в мире производителем лекарств-дженериков. Пока многие страны пытались создать вакцину против нового коронавируса, Индия заявляла, что станет тем государством, которое «спасет человечество от страшной катастрофы». В феврале 2021 года БДП издала резолюцию, гласящую, что «талантливый, чуткий, компетентный и мудрый лидер, премьер-министр Моди» победил вирус COVID‑19. Через два месяца Индия стала мировым эпицентром распространения вируса. Народные сборища на религиозном фестивале Кумбха Мела в Харидваре и предвыборные публичные политические дебаты послужили его очагами. Фотографии людей, просящих кислорода для своих родных; погребальных костров, разжигаемых на автомобильных стоянках, потому что крематории переполнены, и разбухших трупов жертв вируса, плывущих по Гангу, будут преследовать мировое сообщество при слове «Индия» еще много лет.

Отчетливее всего пандемия показала разницу между обещаниями правительства и его поступками. Согласно одному из подсчетов, в результате