Маркиза де Помпадур. Три жизни великой куртизанки - Сергей Юрьевич Нечаев

Автором нескольких пуассонад, к удивлению маркизы, оказался ее старый друг Вольтер (он, правда, потом очень долго извинялся, утверждая, что это не более чем шутка).

Что это были за шутки? Вот, например, один раз Вольтер сидел рядом с ней на одном из ужинов. Шла оживленная беседа, и маркиза де Помпадур, как всегда, активно принимала в ней участие. Подали перепелок, и маркиза нашла их жирноватыми. Тогда Вольтер шепнул ей на ухо такое четверостишие, сыграв на созвучии слов «перепелка» (caille) и «болтунья» (caillette):

И это говорил человек, всегда вслух утверждавший, что «самое необходимое искусство при дворе состоит не в том, чтобы хорошо говорить, а в том, чтобы уметь промолчать». Это было очень обидно, ведь в реальной жизни маркиза была не такой уж и болтливой, и уж совсем не толстой. Более того, она была доброй и справедливой женщиной, никогда и никому не отказывавшей в помощи. И самому Вольтеру, в первую очередь…

«Отличился» и морской министр граф Жан-Фредерик де Морепа, написавший ряд просто неприличных четверостиший, направленных против фаворитки короля. Вот, например, одно из них, найденное маркизой де Помпадур под своей салфеткой на обеде в Шуази:

Не пощадил он и мать Жанны-Антуанетты, которой он посвятил такую посмертную эпитафию:

Вообще следует сказать, что при дворе граф де Морепа слыл человеком «честным и обладающим обширными познаниями». Во всяком случае, так о нем отзывались в своих воспоминаниях некоторые современники. Однако на самом деле, это был весьма остроумный, но поверхностный царедворец, ловкий интриган, главным достоинством которого было умение прекрасно подлаживаться под настроения короля. В глубине души де Морепа насмехался над всем и не имел ровным счетом никаких идеалов, а все его министерские заботы, по сути, сводились к тому, чтобы все оставалось по-старому.

Столь неприкрыто злобных и враждебных стихотворений маркиза простить ему просто не могла. Вскоре представился случай отомстить. В одно прекрасное утро господин де Морепа прибыл с докладом к королю.

— Ваше Величество, флоту нужны деньги, — заявил министр. — У нас не хватает кораблей, наши арсеналы разрушены, наши порты в запустении. И при этом я не могу сдержать боли в сердце, видя, как строятся бесконечные театры и залы для балета. На это всегда находятся деньги, а ведь Вашему Величеству горазде более необходимы корабли.

Этот прямой намек на любимые развлечения маркизы де Помпадур несколько смутил короля. Ведь