Симфония морской стали - Юдаев Максим

— Человек, написавший программу для этих торпед весьма умен. Но… — сказала Такао, с чувством гордости. — Сможешь ли ты увернуться сразу от ста двадцати восьми корродирующих боеголовок.

На палубе крейсера, от носа до кормы, открылись шахты, равные числу противокорабельных боеголовок. В каждой из них показался наконечник противокорабельной ракеты.

— Прощай, — сказала она, как только навела все ракеты на одинокую цель. — 401-ая.

Такао уже хотела дать залп, но заметила нечто странное. Море на горизонте, пусть и на фоне сильного шторма, по правилам должно представлять прямую лилию. А сейчас она, лилия горизонта, в том направлении, где должна быть подлодка, немного провисло вниз. И с каждой секундой этот прогиб был все больше и больше.

— Что это? — сказала Такао.

Этот прогиб не стоял на месте. Он двигался, вернее, расширялся к ней. Затем над центром этого прогиба показалась черная, сверкающая точка. Такао присмотрелась внимательно… и тут же её горящие алым светом глаза полезли на лоб. Весь прогиб моря был покрыт переливающейся радугой сетка из шестигранников. А той точкой была I-401. Она висела над центром прогиба, не касаясь воды. Только теперь подлодка выглядела по-другому. Открыв носовую часть, словно гигантская, стальная акула, она готовила свое секретное оружие. Оружие выглядело как плоский, цилиндрический преобразователь, поставленный на бок, с лопастями внутри. Слева и справа были ещё такие же, но поменьше и без лопастей. Все пять преобразователей накапливали энергию для выстрела. Сейчас они были почти на пределе. Во все стороны от них прыгали ломаные линии молний.

Такао ещё больше расширила глаза и практически прокричала.

— Не может быть! Только у линкоров может быть супертяжелое вооружение, способное вызвать такие возмущения в пространстве! 501-ая! Экстренное маневрирование! Разорвать соединение! — она подняла взгляд на оружие подлодки и вновь удивилась, когда просканировала его и обнаружила символику «хозяина» орудия. — Неужели это сняли с Хьюги?!

Пока Такао прибывала в таком замешательстве, искажение пространства добралось до неё. Теперь воды касался только нос и корма крейсера. Центральная часть висела над этим самым прогибом, словно мост. И висела не только она. К нижней полусфере, что была у всех кораблей призраков, крепилась на трех выдвижных опорах, что сильно напоминали лапки паука, подлодка серого цвета с большой, круглой антенной сонара.

— Вот она, мерзавка! Прицепилась и маскируется под один корабль! — сказал Кьохей, глядя в монитор, на котором в перекрестье прицела был изображен этот дуэт. — ТАКАО зафиксирован на линии огня!

— Поправка! — выкрикнул Гундзо. — Вниз на три градуса!

— Но мы так промахнемся мимо ТАКАО! — запротестовал Кьохей. — У нас только одна попытка!

— Просто слушай меня! Скорее!

— Двигатель ТАКАО работает на полную мощность! — произнесла Шизука. — Также обнаружено поле Кляйна! Он пытается уклониться!

— Быстрее! — послышался из динамиков нервный голос Иори. — Я не могу удержать такое количество энергии!

— Приготовиться к отдаче! Открыть огонь из гравипушки! — приказал Гундзо и Иона, тут же, выполнила его.

Сжав энергию в середине центрального цилиндра, 401-ая направила весь смертельный, закрученный винтом, ураган в сторону тяжелого крейсера. Длинный, ослепительно белый луч из разогнанных до невероятной скорости гравитонов, стремительно приближался к ТАКАО. Отдача и правда была сильной. В некоторых частях корпус субмарины, несмотря на колоссальную прочность, пошел глубокими трещинами, а местами даже лишился некоторых деталей. Её нижняя часть теперь напоминала старый, потрескавшийся дуршлаг. О волновой броне речь и не шла вовсе. Не из-за того, что она была перегружена, а из-за того, что при использовании столь мощного, прожорливого в плане энергии, оружия, её пришлось полностью отключить.

Белый луч проделал нужное расстояние, за пару секунд расколол поле Кляйна на кучу треснувших шестигранников, что вскоре совсем исчезли, вошел в правый борт корабля, вышел из левого и устремился в сторону горизонта. Только при выстреле пострадал не ТАКАО. Попадание было в ту самую серую подлодку. И это именно её защитное поле раскололась на множество фрагментов, будто скорлупа. А спустя несколько секунд носовая и кормовая части подлодки, что только что стали независимы друг от друга, взорвались. От такого удара, тяжелый крейсер ТАКАО подкинуло на высоту в несколько этажей. Практически рухнув обратно и на некоторое время почти целиком уйдя под воду, подняв гигантские фонтаны брызг, крейсер лишился защиты и перестал сопротивляться. Психомодель крейсера, промокшая насквозь, лишь чудом удержалась на крыше капитанского мостика.

— Корродирующие торпеды были приманкой?! — говорила она ошарашенная только что произошедшим. — И положения 501-ой было обнаружено?! Но как? Ничего подобного не было ни в технических характеристиках, ни в тактических данных! К тому же… почему она меня не потопила?!

Как только она закончила свой монолог, с ней связался капитан 401-ой. В данный момент, под самой подлодкой, как и под крейсером, сходилось море.

— Такао, ты слышишь меня? — говорил Гундзо с ней через тактическую сеть. — Это было только предупреждение. Мы можем потопить тебя нашей следующей атакой. Приказываю. Отключи все системы и следуй нашим дальнейшим указаниям. Повторяю… Отключи все системы и следуй нашим приказам.

— Вы что, — крикнула Такао в сторону субмарины. — хотите, чтобы я, тяжелый крейсер, подчинилась обычной сторожевой субмарине?! Я… я…!

Такао не закончила свою речь. Внезапно её ноги обмякли и она, как подкошенная, упала лицом вниз. Произошло это из-за того, что пока она поливала подлодку своими словами, Иона, воспользовавшись квантовой сетью и умениями хакера-взломщика, получила управляющий код непосредственно к ядру Такао. Об этом поведала команде сама Иона, высвечивая на одной руке свои символы, а на другой, символы Такао. Как только она это подтвердила, Кьохей с явным облегченьем уткнулся лбом в сенсорную панель перед собой, а Шизука, издав шумный выдох, откинулась на спинку кресла. Капитан же все продолжал сосредоточено смотреть на большой экран, на котором все ещё раскачивался тяжелый крейсер кроваво красного цвета.

— Прошу прощения. — сказал человек в деловом, светлом костюме и вошел в кабинет.

Кабинет был просторным. Из вещей здесь, помимо самого рабочего места, состоящее из тяжелого, массивного деревянного стола и стула на колесиках, пара торшеров, небольшая книжная волка и несколько подставок с растениями. Всю дальнюю стену нанимали широкие окна с поднятыми жалюзи.