Китаец на дереве - Геннадий Никитич Шаталин

и молоди, образовавшихся из икры. При спаде воды через неделю, рыба осталась в ямах, не успев уйти в море, отметав икру, нарушился их цикл развития. Дело в том, что попадая из моря в пресную воду, рыба обычно оставляет свое потомство далеко от берега моря, и затем погибает. А появившиеся мальки, немного повзрослев, скатываются в море, и затем начинается их ход до далеких берегов Канады через Курильские проливы, откуда он обычно возвращаются туда, где они родились. Весь этот период занимает четыре года.

В результате обрушившейся стихии, рыба оказалась в ловушке, в запертых местах, откуда она так и не скатилась в море при спаде воды. Страшно видеть, когда огромное количество рыбы, гибло на глазах, и самое обидно было то, что не могли ей помочь, даже не разрешалось ловить. Лишь только когда, она начала портиться дали "добро" на ее вылов. А ведь в то время уже были в ходу карточки на продукты питания.

Через 4 года ход лососевых на Сахалин резко сократился, очень много погибло рыбы до своей эмиграции.

Вскоре мне вновь пришлось вылетать в Москву, выколачивать, доказывать дополнительные фонды на материалы, машины, тракторы и оборудование для восстановления разрушенных лесхозов от стихии.

29.02.04-03.03.

Снова прощание с островом

Природа не на шутку рассердилась на нас, покидавших остров, где мне пришлось прожить 38 лет. Земля, где родились дети, где прошли мои самые лучшие годы. Смывая мосты, циклон как бы давал нам знать, обратной дороги нет.

Смирившись с капризами природы, мы уже были настроены на смену места жительства, а тем более климата. Ведь с каждым годом здоровье Вали из-за сырости на острове, ухудшалось. Тем более судьба. Нас тянуло на материк, здесь были и плюсы, и минусы. В середине прошлого века наши родители везли нас на Сахалин, спасаясь от голода. Сегодня мы бежали с острова на материк, надеясь поменять климат, чтобы поправить здоровье жены, однако все вышло иначе.

Наконец оформив все документы на обмен, и отправив вещи контейнером, я простился с братом, у которого были слезы на глазах, и просил меня остаться, убеждая в том, что в скором времени остров превратится во второй Тайвань в период перестройки. Но я не верил и не хотел огорчать его, мотивируя свой отъезд болезнью Вали. Лишь поднявшись, в самолете над островом, меня страшно угнетала тоска по внизу лежащей земле, медленно удаляющейся на восток. Остров, где я плыл по течению, как щепка в реке, не задумываясь ни очам.

Но, жить надо был, и вскоре мы оказались в Электрогорске, где оформив окончательно документы, мы получили ключи от квартиры. Занялись ремонтом нового жилья, уничтожая мышей, тараканов, клопов. Нахлебников, бывших хозяев.

29.02.04-03.03.05г.

Обратной дороги нет

Но отголоски, обрушившегося циклона «Филиппа» на остров, доносились до нас, далеко за пределами Сахалина. Больше двух месяцев не прекращались дожди в Электрогорске. Бывшие хозяева, пьянчуги, оставили квартиру с разбитыми стеклами, отвалившейся от сырости штукатурки на стенах, без тепла, сломанные розетки. Это был настоящий кальдым, запущенное гнездо лентяев.

Пришлось засучить рукава и заняться ремонтом, который длился месяц. Нас, спасала ладога, оставленная хозяевами, где вчетвером, калач ком мы проводили все время, пока шел ремонт. С приходом контейнеров, квартира преобразилась, снова вернулась с острова карпатская мебель, ковры и мы уже смогли спокойно слать на своих кроватях.

Дети пошли учиться в школу, но в отличие от Сахалина, где они кончили каждый год с похвальным листом, здесь были свои "любимчики" и судьи. Судьба преподнесла им жесткие уроки жизни.

Андрею не дали возможность учиться дальше, после 8-ми класса, он пошел в техникум. Ира, окончив школу, поступила в вечерний институт, одновременно, работая на, кафедре секретарем.

Так постепенно, дети начали отделяться от родителей. Мне пришлось устроиться на мебельный комбинат, опять же снабженцем. И постигать новые, совсем необычные, условия работы, приспосабливаясь к заведенному порядку в снабжении, в Подмосковье, где тебя оскорбляют, а ты, стиснув зубы, добываешь свои же «фонды». Надо было выживать. Ведь недаром, работая в лесном хозяйстве, с острова уехали на материк и Главный инженер Управления Панфилов и начальник отдела Андрейка, но поработав полгода на материке, не выдержали и вернулись на остров. У меня же, обратной дороги не было.

01.03.04-03.03.05г.

Белые вороны

Первые годы пребывания в Подмосковье, мало отличались друг от друга. Время совпало с перестройкой, устроенной Горбачевым. Если на Сахалине существовали талоны на продукты питания, то их здесь не было. Необходимо привозить продукты из Москвы.

Мне часто приходилось ездить в столицу по работе и возить сумки продуктов, иногда правда редко ездила со мной и Валя, беря без очереди или в "дополнительные руки". Вообще наступила веселая жизнь".

Ни о каком Черном море и не было и речи. Вскоре в Абхазию была закрыта дорога. Все наши надежды рушились с каждым днем, мы начали потихоньку терять все, вплоть до наколенных денег.

Жизнь на материке преподносила свои законы, по которым мы не привыкли жить. Лишь любимый мой велосипед выручал меня. Садясь на него, я как бы вписывался в жизнь городка, в то время, почти все ездили на велосипедах, имели огороды, погреба. Настоящие сельские жители. И чтобы не быть "белой вороной", пришлось заиметь участок, огород в лесу, купил погреб.

Так потихоньку, шаг за шагом, я обретал все то, что имели местные жители. Собирал ягоды или грибы, частенько плутал по равнине в лесу, привык на Сахалине, ориентироваться по склонам гор, которых здесь не было. Ходил с компасом, уже потом ориентировался по солнцу, по знакомым деревьям, просекам, болотам.

Вместо форели и красноперки, ловил в мутной воде ротанов, наподобие бычков и навсегда забросил подводный лов. Ловить – по одной рыбке за час, я не привык. Лишь изредка ходил зимой на лыжах, и то с детьми. Все прелести сахалинской природы остались на далеком острове.

02.03.04-03.03.05г.

Прощай любимый город

Спустя два года, мы вновь оказались на берегу Черного моря, в районе Севастополя. В то время наш мебельный комбинат поставлял мебель Севастопольскому приборостроительному институту и его лагерю на берегу Черного моря, по взаиморасчетам комбинат приобретал путевки в лагерь. Мне посчастливилось получить одну путевку, а вторую купили на месте, с жительством в домике на двоих. Так мы оказались почти на окраине юга Украины. Правда, на море мы только загорали, купались. Детей я возил на катере в