Неизведанный Рим. Легенды и секретные места Вечного города - Елена Романовна Елохина

Сам папа римский, когда-то крестивший ее и мужа, перенес тело страдалицы в катакомбы Св. Каллиста (тоже понтифика родом из Трастевере), похоронив среди епископов. На месте дома Цецилии он учредил domus ecclesia – домашнюю церковь, которая стала полноценным местом культа в Средние века.

В IX веке папа римский Пасхалий I решил отреставрировать храм и найти в подземельях катакомб тело святой. Говорят, помогла ему в этом сама Цецилия. Она явилась во сне понтифику и провела его по древней Аппиевой дороге к катакомбам Св. Каллиста. Ко всеобщему удивлению, захоронение святой и правда нашлось.

Тело девушки казалось нетронутым временем: она была одета в белое платье, расшитое золотом. Понтифик приказал перенести мощи в церковь и поместить под главным алтарем.

В память о возвращении мощей папа римский Пасхалий заказал роскошную апсидную мозаику с Иисусом и святыми. В сцене нашлось место и понтифику – сама красавица Цецилия в золотом платье и короне обнимает Пасхалия за плечи. У папы римского в руках модель церкви, как и подобает заказчику стройки.

Еще интересная деталь – у всех персонажей обычные круглые нимбы вокруг головы, а у Пасхалия квадратный голубой. Это означает, что на момент создания мозаики он еще был жив, но уже метил в святые.

История с телом Цецилии получила неожиданное развитие.

Накануне Юбилея церкви 1600 года влиятельный кардинал Паоло Эмилио Сфондрати затеял очередную реставрацию комплекса: к храму уже успели до этого пристроить монастырь, колокольню и трибуну для хора.

Большой праздник требовал большой сенсации.

Кардиналу пришла в голову идея: открыть саркофаг Цецилии и проверить состояние мощей. Согласно верованиям, тела святых максимально долго остаются нетленными.

Каково же было его удивление, когда результат превзошел все ожидания: вместо мумии или скелета обнаружили тело в идеальной сохранности.

Согласно впечатлениям очевидцев, девушка казалась скорее спящей, чем мертвой. Спустя почти полтора тысячелетия она выглядела так, словно ее похоронили накануне, и ее мощи источали запах роз и лилий.

Археолог Антонио Бозио, исследователь римских катакомб, которого тоже позвали на опознание, так описывал вскрытие надгробия:

«Тело нашли в кипарисовом сундуке, помещенном в мраморный саркофаг. Поза святой на правом боку, с немного согнутыми ногами, вытянутыми руками и лицом вниз, как во сне. В шелковом одеянии, вышитом золотыми нитями, босая, с покрывалом вокруг головы, со следами крови и тремя ранами на шее».

Зрелище было настолько невероятным, что весь Рим хлынул в Трастевере посмотреть на мощи собственными глазами. Кареты заполонили узкие переулки, а папе римскому пришлось выставить круглосуточный караул швейцарской гвардии, чтобы охранять тело святой. Спустя месяц Цецилию с почестями перезахоронили под алтарем базилики в саркофаге из чистого серебра весом 115 кг.

Но до этого кардинал Сфондрати решил запечатлеть для потомков образ святой Цецилии – точно так, как он впервые увидел ее после эксгумации.

Даже хорошо, что фотографии тогда еще не изобрели: нам на память осталось великолепное произведение.

Пришлось позвать скульптора, чтобы скопировать святую в мраморе. Почетная роль досталась молодому Стефано Мадерно, брату известного архитектора Карло Мадерно.

Мастер создал трогательную статую в натуральную величину. Детали настолько живые, что кажется – девушка просто прилегла отдохнуть. Мадерно так старался, что превзошел себя, ничего подобного создать ему больше не удалось.

Позу Цецилии он передал ровно так, как описывали другие современники: лежащую на правом боку, с неестественно развернутой головой, под которой отчетливо видны раны от меча. Пальцы мученицы сложены в жесте Святой Троицы.

Фигуру поместили под алтарем, где ее по-прежнему могут увидеть все посетители церкви.

Кардинал Сфондрати, похоже, так впечатлился всей этой историей, что завещал похоронить себя в этой же церкви, а его надгробие украшает статуя святой Цецилии. Она опирается на музыкальный инструмент – портативный орган, с которым ее часто изображают.

Житием святой вдохновлялись многие художники: ее писали Рафаэль, Гвидо Рени, Рубенс, Доменикино, Пуссен, Симон Вуэ, Гверчино, Артемизия Джентилески и прерафаэлиты, обожающие душещипательные истории о любви и смерти.

Почти везде заметен тот самый орган или другие инструменты.

Почему именно Цецилии выпала почетная роль покровительницы музыки?

Точно этого никто не знает.

До конца Средних веков никто не связывал имя святой с музыкой. Об этом заговорили только в эпоху Возрождения.

Возможно, все дело в ошибочном толковании фразы из часослова.

Там сказано примерно следующее:

«Пока играли музыкальные инструменты, дева Цецилия пела в сердце своем только для Господа – Господи, очисти сердце мое и тело мое, дабы не ввергнуть меня в смущение».

В латинском тексте использовалось словосочетание cantantibus organis («певческие инструменты») – вот откуда растут ноги у органа на картинах.

В попытке дать разумное объяснение исследователи сошлись во мнении, что речь наверняка идет о свадебном банкете, где Цецилия, не в силах заткнуть уши от звуков языческих песен, тихо напевала под нос христианские молитвы.

В более ранних источниках, откуда взята цитата, используется другое слово – candentibus. Оно означает уже не «музыкальный», а «раскаленный добела».

Ошибочка вышла! Кто-то переписал неразборчиво. Значит, не про банкет речь?

Может, про пытки железными щипцами?

Есть еще идея, не связанная ни с какими текстами. Мол, во время трех дней предсмертных агоний Цецилия слышала пение ангелов.

Как обычно в таких случаях, непонятно, что правда, что выдумка.

Но на ангелах я бы хотела остановиться поподробнее.

Не тех, что сопровождали муки святой девы, а других, что прячутся в недрах церкви. На мой взгляд, это еще одна причина обязательно заглянуть в этот уголок Трастевере.

Об их присутствии вряд ли знает большинство посетителей. И немногие авторы книг о базилике Св. Цецилии упоминают это сокровище.

Но вам я расскажу секретный способ их увидеть.

Нужно выйти из церкви обратно во двор с фонтаном, подняться по короткой лестнице слева и позвонить в монастырскую дверь.

Ее откроет монахиня-бенедиктинка строгого вида. Предупредит, что фотографировать нельзя, и предложит оставить добровольное пожертвование церкви (тариф 3 евро на человека).

Удивительно современный для такого места лифт доставит на этаж выше – туда, где размещается трибуна хора. Это пространство над входом в церковь, с «изнанки» фасада. Снизу его не видно, зато через отверстия в ставнях окон открывается вид на всю базилику, включая главный алтарь.

Но самая ценная здесь правая от входа стена.

По ней протянулась средневековая фреска работы Пьетро Каваллини, предполагаемого наставника Джотто.

Задолго до того, как Микеланджело