В поисках фресок Тассили - Анри Лот

Анри Лот

В поисках фресок Тассили

Предисловие

В течение 16 месяцев французская археологическая экспедиция Анри Лота работала в труднодоступном горном районе Центральной Сахары — Тассили-Аджер (Тассили-н-Аджер). Результаты исключительно ценны: участники ее привезли множество копий многоцветных фресок — картонов и калек. Все эти зарисовки сначала были выставлены в Лувре, в павильоне Марсан, а затем переданы в Музей Человека, где собраны богатейшие коллекции по археологии Африки.

Впервые в истории изучения Сахары археологическая экспедиция была так хорошо снаряжена. Обычно в условиях пустыни ограничивались фотосъемками или любительскими зарисовками наскальных росписей. Только некоторые специально снаряженные экспедиции сопровождали специалисты-художники, и то лишь в том случае, если предполагалось посещение районов, где можно было рассчитывать на интересные находки.

Экспедиция, о которой идет речь, готовилась в совершенно иных условиях. Она выезжала в район, уже в значительной степени изученный. Заранее было известно, что в горном массиве Тассили сохранилось множество наскальных росписей и он представляет собою что-то вроде музея доисторической живописи.

Работы экспедиции Лота были подготовлены многими исследователями, в числе которых следует упомянуть Фуро, Картье, Рейгасса и прежде всего Бренана, проведшего в этом районе Сахары более восьми лет и собравшего там богатые материалы. В 1952 году крупнейший знаток доисторической археологии А. Брейль опубликовал зарисовки Бренана, недурного любителя-рисовальщика, переданные ему незадолго до начала второй мировой войны. Исследование Брейля — пока наиболее основательное научное описание художественных сокровищ Тассили (Н. Breuil, Les roches peintcs da Tassili-n-Ajjer, Alger-Paris, 1952). Материалы Бренана показали, что этот район заслуживает более основательного изучения, и тогда была организована экспедиция, руководство которой было поручено Анри Лоту, известному знатоку быта и обычаев туарегов, истории и археологии Сахары. А. Лот принимал участие в публикации материалов Бренана и к тому же великолепно знал район Тассили, где неоднократно бывал.

Аэрофотоснимок района Тамрит, Тин-Беджадж, плато Тассилин-Аджер.

Еще относительно недавно никто не мог подозревать, что Сахара — эта величайшая пустыня мира — была некогда пригодна для жизни. Изменения климата, как утверждали географы, происходят до такой степени медленно, что практически, говоря об истории человечества, их не приходится принимать во внимание. Однако археологические исследования последних десятилетий с несомненностью доказали, что Сахара некогда была обитаема. На всем ее протяжении, от Атлантического побережья вплоть до долины Нила и далее к востоку, в Нубийской пустыне, обнаружены следы деятельности человека. Почти повсеместно в Сахаре найдены каменные орудия. Изучение их показало, что они относятся к двум различным периодам, отделенным друг от друга многими тысячелетиями. Орудия первого периода появились в эпоху раннего палеолита. Орудия второго датировались временем неолита. Оказалось, что в глубокой древности в Сахаре было два периода относительной влажности, когда в ныне безводных районах пустыни существовала жизнь.

Первый из этих дождливых периодов приходился на эпоху раннего палеолита. Сахару населяли тогда предки современного человека, им-то и принадлежали каменные орудия так называемых шелльского и ашельского периодов. Они представлены исключительно богато на всем протяжении Сахары и отличаются удивительным единообразием. Первый дождливый период сменился весьма продолжительным и очень засушливым периодом, когда условия в Сахаре резко изменились, она стала непригодной для жизни и превратилась в огромную пустыню, лишенную всякой растительности. По своим размерам эта древняя пустыня значительно превосходила нынешнюю Сахару. Она простиралась далеко на юг и доходила, вероятно, до самых границ нынешнего тропического леса. Таким образом, вся северная часть современного Судана, ныне парковая саванна, представляла собой пустыню.

Затем наступил второй дождливый период. Он приходится уже на эпоху неолита, когда Сахару населяли племена охотников и рыболовов, живших по берегам больших рек и озер. Следы этих некогда могучих потоков — вади, или древние русла рек, прорезавшие ущелья в горных массивах. В отличие от палеолитических неолитические орудия очень разнообразны, но они встречаются не повсеместно и, в частности, отсутствуют в районах каменистых пустынь (хаммада) и песчаных пустынь (регах). Неолитические культуры представлены главным образом наконечниками стрел. Многообразие форм наконечников показывает, что население занималось преимущественно охотой и основными орудиями были лук и стрелы.

Однако среди орудий эпохи неолита, кроме наконечников стрел, скребков и других предметов самого разнообразного назначения, встречаются также каменные зернотерки. Это невольно наводит на мысль, что население Сахары того времени было знакомо с обработкой зерна. Найденные вместе с ними каменные серпы подтверждают такое предположение. Но можно ли на основании этих находок утверждать, что люди, пользовавшиеся зернотерками и серпами, были уже знакомы с земледелием? Вполне вероятно, что некоторые из этих орудий относятся к тому времени, когда человек собирал дикорастущие злаки и перерабатывал их в муку. В подтверждение сошлемся на поселение доземледельческого периода, раскопанное археологом Аркелом на берегу Нила около Хартума (Судан) (A. J. Arkell, Early Khartoum, Oxford, 1949). В нем жили рыболовы и охотники, но они собирали также плоды дикорастущих деревьев, называемых по-арабски "лабинга", и употребляли их зерна в пищу. Найденные в поселении скелеты показали, что его жители по своему антропологическому типу относились к негроидной расе. Поселение датируется 3900 годом до н. э.

Исследователи, изучавшие неолит Сахары, были хорошо знакомы с археологией Египта. Они, естественно, предположили сначала, что неолитические культуры Сахары находились под сильным влиянием культуры древнего Египта. Однако в настоящее время крупнейшие специалисты-археологи считают, что неолит Сахары не уступает по возрасту неолитическим культурам Египта. Более того, они доказывают, что неолит Фаюма развивался под влиянием неолита Тибести и Судана. Судя по некоторым характерным особенностям неолитических орудий, можно предполагать, что район Тибести был, по-видимому, центром, откуда распространялись культурные влияния на Фаюм, Хартум и Тенере (A. J. Arkell, A History of the Sudan to AD 1821, London, 1955, p. 34).