Несколько страниц - Андрей Корольков

«Я кругами хожу. Я лечусь наложением рук…»

Я кругами хожу. Я лечусь наложением рук.Если мелочь – к слезам,то к чему снятся ихние баксы?Опишите мне время, и если получится круг,не сочтите за труд,перешлите картинку по факсу:там семнадцать мои. Остальные – неведомо где…– Подержите арбуз! —И прохожий разводит руками.Разведённые руки, как будто круги на воде,над которыми синь, чуть подёрнутая облаками.И прохожий идёт, разведёнными руки держа,по московским кругам,по садовым и литерным кольцам…И спросить бы ещё, да ушёл он далёко deja.Потому что француз.У него и фамилия – Гольцман.О московские кольца! Линючи на вас тополя!А возьмись убирать,так за те же семнадцать не свёз бы…Опускается пух на зыбучие камни Кремляи летит над рекою, где плавают красные звёзды.Опишите мне время, пока я иду по кольцу,или, как иногда говорят, окажите услугу,ибо мне одному неизвестно, к какому концуприближается время, бредя по такому же кругу.

«На простом языке слесарей по ремонту а/эм…»

На простом языке слесарей по ремонту а/эмо весне закричали грачи на высокой берёзе;вот и я выползаю из дома (неважно зачем),но, поднявши главу,замираю в немыслимой позе,потому что сугробы значительно выше колен,да и солнце в глаза, и любое движенье излишне.Вон горят колокольни уездного города N,а звонят ли к обедне,отсюда, конечно, не слышно.Да и видно-то плохо, поскольку сии города —на три четверти пьяные слёзыв гранёном стакане,и когда электрички уходят незнамо куда,остаются в округе всё те же грачи и цыгане.Этот необитаемый остров почти что ничей.Обитаем условно. И не исчисляема паства.Только солнце и снег. Нецензурные речи грачей.Ну, берёзы да избы.А в общем, пустое пространство.

«Это место – какой-нибудь северный порт…»

Это место – какой-нибудь северный порт,замечательный тем, что туда – прибываюти что там даже злые собаки не лают,потому что за всех отдувается норд;

где прибой безразмерную тянет губу,

Конец ознакомительного фрагмента.