Полное собрание стихотворений и поэм. Том 1 - Эдуард Вениаминович Лимонов

от земли свои впечатленья не так-то просто. довольно не легко как индеец в парке волосы связал — не мешают индейцем в парке я волосат толпа сотканная из трёх-пяти тысяч криков надсмехается над волнами и водой течение заимствовано в аптеках пресмыкаются перед больными как у ручья заплатите мне своими тёмными глазами и неудачным куском судьбы

«Вот воспылала не действительность. да и какая она…»

Вот воспылала не действительность. да и какая она? вот воспылали предметы крапивным цветом вот я над миром пролетел на высоте трёх метров вот я ничто — но аппарат для увидения вот я никто — но лечу над Бискайями сколько бы не бежал человек с палкой как не метай он свою палку я покину золотистое внизу и образую зелёное это моя воля зелёное и белое представляющее волны темно-зелёное и чёрное пагубные моряки с отвислыми волосами и моё хрупкое мечтательное тело оглянувшись. стоит с палкою он на берегу иногда брызги. иногда нету и Британские острова поросшие городами всё ввысь или всё ниже Путанная Скандинавия. влево задумчивая Россия блестит ножами Привет вам — милые Соловецкие острова трудного монаха воспитание. путём ямы Иван Ювачёв написал а я прочитал А он прочитал отца знаменитого сына Секта скопцов. Серебряный голубь Вся эта библиография плещет в глаза Быстро растворяясь вниз он спускается Зажмурив глаза всё вниз и вниз Никакие эскимосы никакие тунгусы его не привлекают. он сразу в Москву Бездна Москвы. Москвы завалы Неимоверная Москвы семья Старо-Москва никуда не вклинивается повсюду царит новая Москва

«как немчура приехал я на дачу…»

как немчура приехал я на дачу в таком резиновом плаще заморском и чуть не телескоп тащу в кармане и всё ж моя любовь — ты безнадёжна Не примет меня край — не примут люди Как немчура повсюду как не свой И книжку Гёте-Гейне я сжимаю ну против воли — тонкою рукой Откуда я родился с этим знаком и почему в сложеньи двух существ Удвоилась тоска над белым злаком его и дождь не тронет. конь не съест И не богатые мои родители и революция для деда благо А внук чуть ли не с лейденскою банкой Разумным европейцем над бумагой Чего ж мне ожидать от населения ему не нравится и плащ и книга и видят что в лице моём волнение и некое стеснение от ига

«Я люблю когда изрезанную судьбу. кладут передо мною…»

Я люблю когда изрезанную судьбу. кладут передо мною на страницах мелко-натёртой книги с перебираниями и причитаниями за два-четыре часа всё выдыхает о человеке и тогда можно полежать громко насилуя собственную скуку За грань книги тебе не перейти можешь оставить историческую форму в покое