Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

насколько я знаю, собирается устроить именно такую дискуссию, и я поддерживаю его всем сердцем.

Ханни:

— Теперь третий вопрос. Что вы выберете из предложенного: жить тысячу лет, выходить в открытый космос без скафандра или отличать правду от лжи?

Луиджи Тарано:

— Еще раз, я религиозный человек. Творец наградил Мафусаила тысячелетним веком — очевидно это и мой выбор.

Ханни:

— Прекрасно! Спасибо больше за интервью.

Глава 27. Один пишем, два в уме

Станция Клондайк

Май 20, 2523 г.

— Подруга, а что вот это? — пальчик Рейны указал на новый камень в коллекции Эмили.

«Солнечная виверна» недавно вернулась из своего странного во всех отношениях вылета. О чем-то было необходимо доложить нанимателю в подробностях, о чем-то предпочтительно умолчать. А кое-что — хранить в строжайшем секрете!

При этом рассказ должен выглядеть правдоподобно и не противоречить рассказу Артемиса. То, что адмирал в отставке — исключительно честный человек, знали все, включая Рейну и Эмили.

Вот эта сложная задача решалась Капитаном Либеро последние два часа. Был привезен огромный набор геологических проб, в настоящий момент дроиды выгружали их в пакгауз корпорации, где и был обнаружен необычный для всех, но не для Рейны, камень. Также выгружался столь же огромный архив записей исследования планеты. Искин-контролер филиала только что перекачал его к себе и вовсю изучал.

— Записи аномалии в точности повторяют те, что дал мне экипаж «Артемиды», — для первичного анализа мозгу-эпсилон было достаточно нескольких секунд.

— Что это за сооружение, можно понять? — поинтересовалась Эмили. В этот раз она была одета в нежно-голубой брючный костюм и весьма дорогой ювелирный гарнитур.

— Можно, и было сделано мной еще тогда. Это небосвод соседней звездной системы.

— Какой? — Рейна навострила ушки.

— Бета Южной Гидры.

***

Эмили проводила Рейну долгим взглядом, затем направилась на обед в «Громозеку». Было ощущение, что Рейна что-то не договаривала. Что-то важное. Они привезли более сотни геологических проб, была подробно обследована гравитационная аномалия. Что же тут не так?

В клубе был обнаружен Альберто Херейро, а это означало, что надо задержаться у входа, посмотреться в зеркало, окинуть взглядом зал. Уловка сработала: ее заметили и пригласили к столику.

— Эмили! Вся в заботах, барыши пересчитываете?

— Ах, ты всегда был меркантильным!

— И это говорит корпоратка вольному художнику? — Альберто поднял бровь от удивления.

Вместо ответа девушка взяла в руки меню.

— Что ты мне порекомендуешь на этот раз?

Альберто, не глядя, перелистнул пару страниц и указал пальцем на блюдо.

— Выглядит вкусно. А что это?

— Мелкорубленные кусочки мяса, завернутые в тесто и сваренные. А затем обжаренные в масле до хрустящей корочки. Рекомендую дополнительно взять сметану.

— Никогда не сомневалась в твоих рекомендациях. Могу поинтересоваться твоими планами?

— Ээ… да, конечно. Поинтересуйся.

— Каким вином ты планируешь угостить меня в этот раз?

— Присмотрел бутылочку «Ramon Bilbao».

— Я одобряю твои планы.

Подошел официант, принял заказ. Первым было подано, разумеется, вино, источавшее аромат потерянной Земли.

— Ты выглядишь слегка расстроенной.

— Были большие надежда, а результат оказался куда как скромнее.

— О, я тебя прекрасно понимаю.

— Твои результаты можно назвать как угодно, но только не скромными.

— Шелуха, Эмили. Это всего лишь видимость, обертка. Мы оба ждем что-то неожиданного, а оно все не наступает и не наступает.

— Столько разных событий: Нина, убийство, звезда чуть не взорвалась.

— Еще эпидемия, сбой ансибля и массовое отключение имплантов. К последнему, кстати, ты имеешь некоторое отношение.

— Спасибо, что не повесил на нас всех саламандр!

— Так вот, все как-то разрозненно и не связанно. Где ниточка, которая все связывает?

— Ну, Альберто, это ты у нас специалист по ниточкам… где же она?

Подали салат, в составе которого был картофель, порезанный кубиками, огурцы, раковые шейки, оливки, нарезанные листья салата, мясо птицы, скорее всего грудка. Он был приправлен майонским соусом.

— Пока ничего не получается. У тебя, я вижу, точно такая же проблема.

— Увы, да. Вернулась экспедиция, но привезла… да ничего не привезла! Информации море, вот только все это мы уже знали и так.

— Но что-то тебя удивило?

— Да, но…

Эмили замерла. Перед глазами опять стоял последний разговор в пакгаузе.

— Продолжай. Что, «но»?

— Рейна увидела на нашем складе тот здоровенный кристалл… и она даже не удивилась!

— Любопытно. Дай взглянуть запись.

— Там нет сферы. Нам пришлось его изолировать.

— Да, помню. Удивляться — базовое свойство любого человека. Если нет удивления, значит, уже видел ранее. Это психология зрительного восприятия, изучают на втором курсе Гобера.

— Ты хочешь сказать, она уже видела этот кристалл?

— Может быть, не конкретно этот, а похожий. Где ты нашла свой камень?

— Купила.

— Эмили, как я тебя люблю!

— Это было предложение руки и сердца? Или снова репетиция?

Подали горячее. Поджаренные шарики из теста с мясом внутри — для Эмили, а для Альберто — нечто иное, но в целом похожее: кусочки мяса были отдельно, а тесто в виде небольших трубочек. Все это совершенно не походило на обычную еду фронтира, основой которой были питательные полужидкие кремы и сублимированные брикеты. Разнообразие вкусов, конечно, соблюдалось и в этом случае, но… почему-то еда, приготовленная из натуральных продуктов руками человека, обладала неповторимым изысканным вкусом.

— Вначале поговорим про камень. Я слышал, один такой попал на станцию с «Ухмылкой Гермеса». Оттуда перекочевал на «Милость богини Кали», а далее — на «Addams Glory». Так где ты нашла свой камень?

— А говоришь, нет соединительных ниточек… Купила у сестры.

— Любопытно. Давай, заодно, поищем другие: в «Ухмылку Гермеса» попал метеорит, похожий на большой кристалл. В какой еще корабль попадал метеорит?

— Ааа… «Солнечная виверна»!

— Ну, вот видишь. Рейна увидела метеорит и не удивилась. Можем предположить, в ее корабль попал такой же или похожий метеорит. И если твой дает помехи на все импланты станции, то что может сделать их?

***

— Я уже подумал, что тебя тоже заперли в пакгаузе. Как образец добычи.

— Алех! Так-то ты любишь свою сестру?

— Как видишь, я был настороже и готов прийти на помощь.

— Ни за что не поверю. Ты пришел за чем-то другим.

Брат и сестра прогуливались по центральной улице второй палубы, в сторону дока № 1. Алехандро оглянулся