Повелители теней - Майкл Кобли

Покинув лабиринт, они поплыли вверх, пробились сквозь воду на свежий воздух. Начался отлив, который тащил с собой огромного, слабо сопротивляющегося Хегруна. Когда они выбрались на песок, Джилли услышал всплеск, повернулся и увидел, как полупрозрачный змей качается над водой. У него было лицо Хегруна.

— Сегодня ты нажил себе смертельного врага, ты, лисий сын! — прокричал тот и потянулся к Джилли…

На него разом нахлынули все чувства, он снова оказался в повозке, Ясгур стоял рядом и тряс его за плечо.

— Слава духам Пространства, он снова с нами! — Ясгур посмотрел Джилли в глаза. — Атрок рассказал мне, как ты предложил свою помощь. Я никогда не забуду, что ты сделал сегодня, никогда!

Джилли скосился на Атрока, на лице которого было написано неприкрытое изумление. Его веревки разрезали, он растирал лицо, стараясь придумать, что сказать.

— Обязанности и… и слава ничего не значат для меня, господин, — произнес Атрок.

— Они значат для меня, — мрачно подтвердил Ясгур. — Я знаю, кто вызвал моего отца из могилы и направил его против меня. Я знаю их имена, и я буду преследовать их, несмотря на их силу. Никакая магия не остановит меня. — Он посмотрел на Джилли. — Я должен заключить перемирие с повстанцами как можно скорее. Ты будешь моим гонцом?

— С радостью, — ответил Джилли. — Если только этот мудрый старик даст мне что-нибудь от молота, бьющего у меня в голове.

Атрок покачал головой, отвязывая от пояса флягу:

— Не смог осилить такого вина. Точно, не было у тебя могонцев в роду.

ГЛАВА 29

Под сенью ночи

Пусть смерть поднимет свой древний стяг,

Пусть жизнь падет, захлебываясь кровью.

Мне все равно. Ведь я земля,

Я принимаю все.

Воздух в тоннеле был мертвяще холодным, таким он стал от медленного хода времени в каменном лабиринте Сонма Испытаний, но Керен казался сладостным, как вино. Она позволяла ему свободно входить в горло и легкие и замирать в груди, особенно теперь, когда она только что преодолела очередную преграду. Она потеряла счет всем барьерам, которые они с Орграальшенотом уже преодолели за время их небыстрого спуска, вместо этого она чувствовала ткань каждого барьера, его натяжение и силу его удара.

Она мрачно усмехнулась. Последние ловушки уже не вызывали у нее никаких трудностей, по мере продвижения ее силы возрастали, а их — истончались. Теперь в ней пели голоса силы.

Керен подошла к стене, прижала ладони к шершавой поверхности и позволила своим закалившимся чувствам проникнуть сквозь камень. Теперь она издалека могла услышать древнюю мощь, живущую в громаде Ошанг-Дакала, услышать пение камня, его дрожание, услышать ветер в ночи, обдувающий утесы, услышать скрежетание когтей и щелканье клювов ночных охотников, сидящих в своих пещерах или парящих над горами, услышать боль пленников, заключенных в их клетках. А потом уже услышать шаги…

Она открыла глаза и увидела Порождение Демона. Оно снова приняло форму Рааля Хайдара, и вокруг него, так же как и вокруг Керен, мерцала аура, освещающая тоннель.

— Я слушала пение камня.

— Все на свете поет, — подтвердил Орграальшенот.

— Да, но, как я ни прислушивалась, я не услышала голоса Хрустального Глаза и вообще ничего похожего.

Орграальшенот согласился:

— Он хитрый, он маскирует свои силы и способности и не поддается магическим влияниям. Он может защитить себя, нейтрализуя любое направленное на него магическое воздействие. — Он улыбнулся. — Это качество я особенно ценю. А Тревада — место, в котором повсюду ощущается темное влияние магии Слуг, я внимательно исследовал его и обнаружил, что существует место, где оно сходит на нет. Это башня над Высокой Базиликой.

— И как мы туда попадем?

Он ткнул пальцем в потолок:

— Этот тоннель проходит через пустую пещеру, а потом ведет под пол Высокой Базилики и выходит наверх в комнатке за алтарем. Там есть лестница, ведущая в башню.

Керен ждала, что он повернется и пойдет, но он не двигался.

— Ты хочешь сделать привал?

Порождение Демона глядело на нее безразличными лазурно-голубыми глазами:

— Нет. Прежде чем мы двинемся дальше, я должен выполнить свое обещание и вернуть тебе твою плоть и кости в их изначальном виде.

Она отшатнулась:

— Но ты же знаешь, что я хочу вернуться с тобой и стать одной из вас!

— Только потому, что я на время заставил тебя служить мне. — Холодная улыбка тронула его губы, и он поднял руку. — Мы из тех, кто служит, мы не создаем слуг.

— Погоди…

Изменения начались, волна грубых чувств захлестнула ее с головой. Она закричала, схватилась за стену, упала, почувствовала уколы острых камней, почувствовала свою кожу. Потом, дрожа, заставила себя встать, волна продолжала заливать ее, заполняя собой каждый уголок ее существа. Она ощутила себя как набор разрозненных элементов, которые никак не желают работать вместе. У нее отчаянно заболела голова, ее замутило, она почувствовала острую боль в растянутых мышцах.

— Сила, которую я дал тебе, все еще с тобой, — объявил Орграальшенот. — Ты чувствуешь ее?

Она чувствовала. Сила походила на низкую дрожащую ноту, которая звучала все яснее, по мере того как ее физические чувства успокаивались и приходили в норму. Керен пыталась вспомнить, какой она была раньше, вспомнить ощущение полупрозрачности, свечения, вспомнить звучавшие в ней металлические голоса. Огромную силу и огромное одиночество.

— Твое тело такое же, каким и было, но твой дух изменился навсегда, — произнес Демон. — Даже если ты решишь остаться здесь, ты всегда будешь ощущать влияние Королевства Руин.

— Я хочу вернуться с тобой.

— Тогда идем.

Он повернулся и пошел, и Керен последовала за ним.

Могонское войско двигалось к Беш-Дароку, оставляя на своем пути дымящиеся развалины. Хижины были разрушены, поля и сады превращены в грязные пустоши, люди сожжены, припасы разграблены, и любое сопротивление подавлено.

Бернак смотрел через плечо на огромную темную массу всадников: флаги хлопали на ветру, штандарты вздымались, Войско двигалось вперед. У некоторых всадников были его собственные символы солнца и черного меча, и он улыбнулся. С момента отбытия из Аренджи Войско выросло, сейчас в нем было больше четырнадцати тысяч конных. Эта грубая сила порождала в его душе восторг, все омрачало лишь присутствие Истрегула.

Он вспомнил об остальных Повелителях Теней, и его восторг окончательно угас, превратившись во всепоглощающую ненависть. Конечно, Бернака именовали генералом Войска. Но на самом деле армия была разделена. Бернак вел правое крыло, Истрегул — левое, и каждый имел собственных последователей, тогда как ни к кому не примкнувшие племена двигались в центре или в хвосте колонны. На стороне Бернака была мощная поддержка таких крупных кланов, как Красный Коготь и Черная Луна, но у Истрегула были шаманы, которых Слуги наскоро научили припадать к силам Источника.