Семья волшебников. Том 3 (СИ) - Рудазов Александр

Гробаш про нее вроде что-то говорил, но Астрид не запомнила.

— Ну а так норм, — сказала она, ища, куда выкинуть тыкву. — Уроки норм, преподы норм… все, кроме одного, но это наше с ним личное дело.

— Ты себя хорошо ведешь? Классные наставники тобой довольны?

— О да, — гордо ответила Астрид.

Но больше ничего не сказала. Чтобы мама прочувствовала, насколько Астрид посерьезнела и стала ценить свое время и вес своих слов.

— Я чувствую недосказанность, — вкрадчиво сказала мама. — Неужели все тобой довольны?

— Ну только физмагию надо подтянуть, — пожала плечами Астрид. — Немножко.

— Физмагию?.. — изумилась мама. — Тебе?.. Ты ж спортивная.

— Ну да, но тут требования высокие. Надо уметь бегать с гирьками на ногах.

— С гирьками?..

Астрид показала лодыжки, и Лахджа изумленно уставилась на стреноженную дочь. Она как-то не обратила внимания, что та подволакивает ноги.

— А у других тоже утяжелители? — спросила она, разглядывая ноги других детей.

— Нет, я особенная, — гордо выставила подбородок Астрид.

— Понятно. А тебе не тяжело?

— Тяжело. Но я тренируюсь. А когда я их сниму, то буду вообще летать.

— Молодец, — погладила дочь Лахджа.

Ей не очень понравился этот армейский метод. Но, наверное, преподаватель знает, что делает. Астрид — высший демон, так что, видимо, меньшие нагрузки для нее слишком легкие.

— Если начнут болеть суставы или будешь косолапить — снимай, — все же сказала Лахджа. — Ты же можешь их снять?

— Да, они вот там расстегиваются. Но Гробаш только и ждет, что я сниму! Я не сниму!

Астрид выпятила подбородок и уперла руки в бока. Встала посреди гостиной в позе гордого капитана, супергероя или… Лахджа потрясла головой, отгоняя непрошеные ассоциации.

— А как у тебя с другими предметами? — спросила она.

— Ну, я духов вижу неправильно, и на маносборчестве меня отдельно от остальных сажают, — пожала плечами Астрид. — Но это ничо.

— Как это неправильно? И почему отдельно?

— Ну их не так надо видеть… я пока не поняла. А отдельно — потому что когда я медитирую, остальным плохеет.

Она непроизвольно вбирает ману из людских душ. Она же демон. Тут ее, конечно, придется… ломать. Иначе она всех одногруппников заморит.

Они еще немного поговорили. И еще немного. А потом Астрид заторопилась, потому что все пошли на ужин. А пирожки, тем более настоящие, это, конечно, кудесно, но совместные с группой приемы пищи очень важны.

Лахджа чмокнула дочь на прощание, хотя та вырывалась и шипела, что одногруппники же смотрят, ну мам, ну ты чо!.. и двинула прямиком в кабинет классрука. Она хотела побеседовать с этим магистром Гробашем.

Тот оказался мужчиной представительным и симпатичным. Метра три ростом, похожий на прямоходящего дракона или чешуйчатого фархеррима с вараньей мордой. Уже немолодой, видно по чуть слоистым когтям, но еще крепкий.

— Мир вам, мэтр Гробаш, — вежливо сказала Лахджа. — Есть минутка? Я хочу поговорить о ваших педагогических методах.

Классрук выслушал ее в ледяном молчании. А когда Лахджа закончила, бесстрастно произнес:

— Медам Дегатти, будучи законным родителем ученицы, вы имеете право подать заявление на ее отчисление. Его удовлетворят, если найдут веские основания. Вы хотите подать такое заявление?

— Что?.. Нет!.. Речь же не об этом!

— В таком случай выйдите из моего кабинета и закройте дверь с другой стороны.

— Я хочу быть уверенной, что вы знаете, что делаете. Я не думаю, что у вас была возможность тренировать демоненка до этого. Вы не экспериментируете над ней? Ее здоровье в безопасности?

— Медам Дегатти, я преподаю триста лет, — еще более ледяным тоном произнес Гробаш. — Я знаю, что делаю. А теперь выйдите. Идите жаловаться на меня в деканат, если вам угодно.

— Дети вас, наверное, просто обожают, — саркастично сказала Лахджа, покидая кабинет.

— Души во мне не чают, — хмыкнул Гробаш.

Лахджу этот тип немного вывел из себя, так что она немного хлопнула дверью. Не очень сильно, потому что это была хорошая дверь из черного дерева, и Лахджа решила, что она не виновата в том, что принадлежит мудаку.

Но она чуточку разозлилась, и по коридору шла, сердито бубня себе под нос. А потом услышала чей-то радостный голос и сначала не поверила ушам, а когда поверила — ускорила шаг.

— Госпожа Отшельница!.. — донесся ускоряющийся топот. — Это же я!.. Какая встреча!..

Нет. Только не он. Только не сейчас. Что он вообще здесь делает⁈

Но это оказался он. Лахджу догнал Ахвеном. Еще сильнее выросший за прошедший год, в скроенной по фигуре одежде и сияющий, как начищенная монета.

— Ахвеном, прежде чем ты что-то скажешь… я сейчас очень злая, — предупредила Лахджа.

— Я просто хотел поздороваться! — воскликнул Ахвеном. — Мы так давно не виделись… может, беседа с племянником поднимет тебе настроение!

— Что ты тут делаешь вообще? — против воли заинтересовалась Лахджа.

— Работаю. Твоими же стараниями, госпожа… спасибо, кстати, огромное, у меня появилось много интересных возможностей. А долг в виде презренных монет не так уж меня тяготит, тем более, что он понемногу тает.

Ахвеном не отставал. Лахджа уже вышла из здания, уже шагала по парковой зоне, а юный демон все топал где-то рядышком и настойчиво ворковал, как токующий голубь. Оказалось, что ему пришлась по душе работа на Вератора, он нашел это занятным, а потом его вовсе взял под крыло мэтр Драмм… ты знаешь мэтра Драмма, госпожа?.. он ректор Апеллиума!..

— Знаю, — сказала Лахджа. — Осторожно с ним. Демонов он ненавидит, я думаю.

— О, я это сразу понял. Но так даже лучше — знаешь, чего от него ждать. Представь, госпожа, я работаю на него… учебным пособием!

— И ты тоже? — удивилась Лахджа.

А, нет! Зря! Зря сказала! У Ахвенома аж глаза округлились, а улыбка до ушей расползлась!

— Какое совпадение! — вкрадчиво произнес он. — Мы коллеги по работе! Но почему мы ни разу не встречались?

— Разный график… полагаю… — упавшим голосом сказала Лахджа. — В последнее время меня не так часто… призывают…

А ведь и правда. В последнее время совсем редко. И… и теперь понятно, почему. Похоже, Драмм нашел себе манекен подешевле. Глупый, самонадеянный и не имеющий мужа-лауреата, который в случае чего Драмму шею свернет.

— Будь осторожен с Драммом, — настойчиво повторила Лахджа. — Он старше и хитрее тебя… и меня. Это не ахти какое достижение, но нас с тобой это утешать не должно.

— Спасибо за заботу… Отшельница, — протянул руку к ее руке Ахвеном… но тут же отдернул, поймав взгляд Лахджи. — Извини. Я помню. Не хочу ставить тебя в неловкое положение. Сколько лет твоему мужу, кстати?..

— Девяносто.

— О, тогда я просто немного подожду, — одарил ее ослепительной улыбкой Ахвеном, распахивая крылья. — Может, по чашечке кофе? Я знаю тут прекрасную тратторию.

— А что ты делал в здании Риксага? — полюбопытствовала Лахджа.

— Навещал под… друзей.

— У тебя тут уже друзья? Я очень рада за тебя.

— Да, вступление в сеть Вератора открыло передо мной много новых горизонтов. Мне теперь доверяют. Я все расскажу!.. но лучше тогда посидим где-нибудь?.. Зачем стоять среди улицы?

Чувствуя на затылке пристальный взгляд мужа, который там явно оторвался от редактуры монографии и целиком перевел внимание на супругу, Лахджа согласилась выпить кофе. После разговора с классным руководителем Астрид ей требовалось где-то посидеть, успокоиться… переключиться.

К тому же ей стало интересно, чем теперь живет ее… названый племянник. Все-таки она аж дважды спасала его из передряг и чувствовала некоторую ответственность.

Вы посмотрите на него. Он похож на маленького прирученного шакаленка, который выбегает навстречу человеку, пытаясь махать хвостом.

Глаза, правда, все еще ледяные.

Узнав, сколько Ахвеном получает, Лахджа чуточку разозлилась. Стало понятно, почему ее призывать практически перестали. Демпингует, паршивец. Берет всего по пол-орба за урок, дешевка.