ICO: Замок в тумане - Миюки Миябэ

Времени осталось мало.

Йорда протянула руку и подхватила мальчика на обе руки.

Столбы рушились, плитки пола прогибались. Йорда продолжала идти, не обращая внимания на клубящуюся пыль и рушащиеся стены. Она уверенно продвигалась по стонущему, визжащему, плачущему замку. Она миновала коридор, и он рухнул за ее спиной. Пересекая зал, она увидела, что пол в нем провалился, рухнув под землю. Осколок камня задел пятку Йорды. Она не остановилась. Через залы, разрушение и обвал следовали за ней. Но Йорда не оглядывалась. По качающимся ступеням и разрушающимся мостам, по тайным лестницам, которые знала только Йорда, они добрались до подземного причала. Йорда ступила на мокрый песок и направилась к воде. Под ее ногами загрохотала земля. Ударные волны становились все сильнее. Когда она ступила на пирс, одна из гниющих свай подалась, и пирс рухнул, оставив на воде лишь несколько разбросанных досок.

Йорда улыбнулась.

Все еще неся мальчика, она вошла в воду. От колебаний в замке наверху по поверхности воды пошла рябь. Йорда подняла руки, держа лицо мальчика над волнами.

Продвигаясь вперед, она добралась до одной из досок от разрушенного пирса. Она положила мальчика на нее. Он все еще спал. Кровь сочилась из того места, где его правый рог прикреплялся к скальпу. Кровь стекала на доску, окрашивая ее в красный цвет.

Йорда продолжала двигаться вперед, подталкивая мальчика к доске. Вода поднималась, пока не оказалась чуть ниже ее подбородка, а затем все выше, пока она не смогла пройти дальше.

Собрав все свои силы, Йорда изо всех сил толкнула доску вперед. Словно услышав ее невысказанную просьбу, течение изменилось и понесло доску через грот в открытое море. Йорда смотрела, как он плывет.

Последние предсмертные крики замка гулко отдавались в гроте. Йорда что-то прошептала мальчику, хотя, даже если бы он не спал, услышать ее за грохотом рушащегося замка было бы невозможно. В любом случае он никогда не понимал ее языка.

"Прощай", — сказала она.

Затем, оттолкнувшись от воды, она тихо повернула обратно к замку.

Одна из колонн провалилась. Когда она упала, следующая за ней треснула и прогнулась, словно жертва быстро распространяющейся чумы, за ней последовала следующая и следующая.

На Западной арене первыми рухнули трибуны для зрителей. Обломки погребли под собой помост, на котором когда-то рыцари сражались за свою жизнь и честь. Наконец сама арена рухнула под тяжестью обломков, увлекая за собой стены и погребая под собой трон королевы.

Большие отражатели на востоке и западе сияли, не поддаваясь землетрясениям. Когда их основания задрожали, а земля раскололась, они упали на землю, обращенные к небу. В то же время две сферы над главными воротами рассыпались в пыль.

Ветви ив во внутреннем дворе колыхались, как волосы девы, и задевали внутренние стены замка, которые начали рушиться. Надгробные камни раскалывались и проваливались в землю, а гробы вылетали на траву.

По воде, наполнявшей подземную тюрьму, пробегали волны, и медные трубы, проходящие через замок, гулко отдавались эхом, словно колокола, возвещающие о гибели замка. Вода брызгала из трещин в трубах, стекая в землю.

Серая пыль поднималась вверх, смешиваясь с белым туманом, плывущим по территории замка. Окутанные его пеленой, башни замка накренились и рухнули. Они рушились изнутри и снаружи, новые обломки падали на старые.

У гигантского водопада цепи восьми висящих клеток одна за другой порвались, и клетки погрузились в воду далеко внизу. Вода увеличилась в объеме, подняв вверх потрясающие брызги, отличающиеся отсутствием радуги. Их предназначение было утрачено, и клетки погрузились под воду.

Башни на востоке, западе и в главном храме рухнули, словно замок был не более чем картиной на складной ширме, которую теперь убирали гигантские руки.

Остались лишь главные ворота, единственный путь во внешний мир, и Башня ветров, простоявшая так долго и видевшая так много тьмы.

Всё кончается. Прах к праху, пыль к пыли.

Затем главные ворота и Башня Ветров накренились и начали падать под алым вечерним небом, над синевой волн. Когда Башня Ветров упала, статуя Озумы все еще стояла на конце старого каменного моста, глядя на нее сверху. Когда внешняя стена башни рухнула, ближайшая к ней половина каменного моста провалилась под тяжестью обломков. Крепления с другой стороны рухнули, и оставшаяся часть моста была снесена рушащимся замком и упала в волны далеко внизу.

Однако камень Озумы не разбился, не рассыпался, не сломался. Единственное, что он потерял за долгие годы покаяния, — это один рог. Когда мост рухнул за его спиной, а каменный парапет начал осыпаться, статуя оказалась на вершине башни, и камень с ее стен упал ему на лицо.

Опираясь ногами на кусок камня, статуя Озумы полетела к морю, а Башня ветров и Замок в тумане последовали за ней. Озума, странствующий рыцарь, рогатый воин, защитник земли. И снова его черный плащ снова развевался на ветру, пока он вел замок к забвению. Путь, из которого никто не вернется. Путь к свободе.

Небо и море наблюдали за происходящим. Между ними замок плавно рассыпался на камень и траву, а над землей поднимался туман.

В тот же миг далеко в столице невидимый всплеск энергии пронесся по залу, где священники собрались на вечерню, и сдул с их голов капюшоны. Дворяне потеряли свои короны от внезапного порыва ветра, а солдатские шлемы слетели с голов и покатились по земле.

В центре столицы, в большом храме Бога Солнца, зазвонили все колокола, хотя там не было никого, кто мог бы их зазвонить. Жители столицы со страхом смотрели друг на друга и на небо, прислушиваясь к звону колоколов. И хотя не было отдано ни одного приказа, один за другим люди опускались на колени и начинали молиться.

В забытом городе, обнесенном стеной, к северу от Запретных гор закончилось долгое проклятие, и время снова начало двигаться. Каменные тела людей начали крошиться, и ветер взметнул их пыль в небо. После вечного молчания их души наконец-то освободились.

Когда камни города вернулись в поток времени, они в одно мгновение превратились в пыль.

И все же среди них было одно дыхание жизни. На шерсти Стрелы Ветра появился блеск. Его грива вздыбилась, и он фыркнул. Освободившись из каменной тюрьмы, конь топнул копытами и огляделся в поисках маленького охотника, который привез его в это место.

Повернув нос к ветру, он искал запах дома. Солнце опустилось на небо. Ему нужно было найти своего молодого, но храброго наездника и убедиться,