Предлагаю ничью - Алиса Ростовцева

с Тимуром, защитные чары быстро сходят на нет. И это чертовски несправедливо. Притворяться спокойной, игнорировать шутки и едкие взгляды Тимура сложней и сложней с каждой… bloody fucking… минутой. Тим не делает мое положение легче.

Черт…

Мне ужно расслабиться. Мне нужно все это закончить…

Выдох…

* * *

'Нужно успокоиться'.

Я мысленно повторила про себя эту фразу, стараясь унять неприятную дрожь. Усмешки и глупые фразочки Тима выводили меня из себя. И хотя я изо всех сил пыталась казаться невозмутимой, Тимур, безусловно, заметил мое состояние. После его последнего заявления мне потребовалось пару секунд, чтобы придумать нормальный ответ. Нам пора прекращать это хождение по кругу.

— Давай поговорим, наконец, серьезно? — стерев со своих губ улыбку, я снова взглянула на Тима.

— Серьезно? — он фыркнул чуть-чуть удивленно, словно не ожидал резкой смены моего настроения.

— Да. Серьезно… Что тебе от меня сейчас нужно?

Тим усмехнулся.

— Я не мог прийти к тебе просто так?

— Ты?! — я помотала головой. — Нет, конечно.

Керимов едва заметно напрягся. Можно было подумать, что мое заявление чем-то его удивило.

— И какова же тогда моя цель? — спросил.

— Скажи мне сам. Я не собираюсь играть с тобой в угадайку.

На пару-тройку секунд Тимур замолчал. Усмешка, кривившая его губы, почти растворилась.

— Хорошо, — наконец, он согласно кивнул. — Может, сходим в театр? У меня есть билеты на эту пятницу. Мастер и Маргарита у Станиславского на Тверской. Я помню, ты любила Булгакова в школе.

Что?..

Я растерялась. На несколько мучительно долгих мгновений спряталась в собственных мыслях. Мне стало капельку страшно. Страшно от того, что я не смогу устоять. Перед ним.

Опять?

— Что будет… потом? — мой вопрос звучал глухо. Я спрашивала у себя. Приглашение Тима заставило меня сомневаться.

Тим изогнул одну бровь.

— Тебе рассказать по минутам?

— По ми… — я встретилась с Керимовым вглядом и вдруг разозлилась. Почувствовала ту же самую злость, что питала меня все это время. Последние недели четыре, если быть точной. — Не переиначивай. Я совсем не об…

— Я закажу нам где-нибудь столик, — Тимур оказался проворней. Прохладные длинные пальцы коснулись моей руки. — Мы поужинаем и обсудим премьеру. Потом я тебя провожу, и ты отправишься засыпать в одиночестве в своей огромной постели. Следующим утром пораньше я напрошусь к тебе в гости. На завтрак вдвоем. Идет?

Абсолютно, всенепременнейше…

— Нет. Мне не нравится.

Надеюсь, мой голос не дрогнул.

— Чего же ты хочешь? — Тим подобрался на стуле. Он был как будто спокоен, когда задавал свой вопрос. И только глаза следили за мною с волнением.

— Мы знаем, к чему все это придет.

— И к чему же?

— Не заводись. Не хочу с тобой больше ссориться. Ты же понял прекрасно, о чем я сейчас говорю. Все эти походы в театры, посиделки в кафешках… Мы приятно проведем с тобой время. Переспим пару раз. И все. Разбежимся. Финита комедия.

Я видела конец этой истории так же четко и ясно, как видела перед собой раздраженного… почти взбешенного Тима.

— И давно ты стала гадалкой? Кто тебе сказал, что мы…?!

— Ты собираешься меня убедить в том, что я тебе нравлюсь? В том, что тебе нужна только я? Не смеши, — я отодвинулась чуть-чуть от Тимура. — Тебе понадобилось с кем-то развлечься, и я не самый плохой вариант. Чтобы пощекотать свои нервы точно сгожусь. Что там еще? Отвлеку от рутины?

— Ты… — Тим, стой! — заведенный Керимов не лучший для меня собеседник. Мы как борцы в легком весе мотаем друг друга по рингу. — Пожалуйста. Дай мне закончить, — я сделала знак Тимуру, призывая его замолчать. Моя злость (или ее отголоски?) заставляла меня быть циничной. Прояснить все до конца хотелось прямо сейчас. — Я не всезнайка, Тимур. Но я насквозь тебя вижу. И то, что я для тебя, всего лишь одна из интрижек, я тоже в состоянии понять. Просто играть по твоим правилам больше не собираюсь. Мы пробовали заставить это 'работать' пять лет назад.

У нас ни черта не вышло.

— Ясно, — Тим недовольно кивнул, но вместо того, чтобы начать возражать, или спорить со мной, или пытаться меня убедить в обратном, он потянулся в карман за портмоне и вытащил деньги.

Какого черта?..

— Всего хорошего, — мужчина приторно улыбнулся мне на прощание, и больше ни разу на меня не взглянув, направился прочь из зала.

В возмущении и в ступоре я смотрела на то, как Керимов выходит из ресторана. Ощущение было такое, будто меня только что окунули в холодную воду. Ледяная волна накрыла меня с головой, и лишь спустя пару мгновений после того, как Тимур растворился бесследно в дверях, я поняла, что мои руки мелко трясутся. То ли от злости, то ли от… удивления. Я готовилась к длинному и тяжелому разговору. Хотела доказать свою правду Тимуру и…

Блин!

Я усмехнулась собственным мыслям, неожиданно осознав, насколько же быстро я превратилась в ту прошлую Кси из наших общих с Керимовым школьных лет. Не так ли я вечно вела себя вместе с ним, цеплялась за каждое слово? И говорила, и спорила. И снова и снова пыталась его уязвить?

Смешно. Пора уже вырасти, Кси.

Пора.

Задумчиво уставившись на оставленные Тимом купюры, придавленные маленьким блюдцем, я потратила пару минут на то, чтобы допить свою почти полную чашку латте и привести свои мысли в относительный полу-порядок. В конце концов, чего еще я могла ожидать от Тимура? Только побега в самый неподходящий момент. Впрочем, сейчас подобное поведение Тима больше меня не удивляло.

Тот кто любит, так никогда не поступит. И это все, что имело значение для меня.

— Привет.

— Привет, — Миша ответил на мой звонок почти моментально.

Я даже не успела придумать причину (благовидную, я имею в виду), по которой могла бы ему позвонить в разгар рабочего дня. В наших наметившихся отношениях с Мишей телефонные разговоры в обед были еще в новинку. Кажется, только что я пересекла черту и сделала первый шаг. Но разве не этого я только что захотела?

— Приятная неожиданность, Ксюш. У тебя все в порядке?

— Конечно, у меня все в порядке, — ответила с легким намеком на раздражение. С чего бы ему беспокоиться о моем настроении?

— Тогда отчего у тебя такой голос? — Миша своей заботой о моем состоянии напомнил мне в этот момент Андрея.

— Я просто устала. Можно же мне иногда?

— But supergils don't cry, — почти без фальшивых ноток мелодично ответила телефонная трубка, и я… засмеялась. Нет, не фыркнула в ответ на комплимент Михаила. А рассмеялась искренне и легко. Напряжение,