Кровавое пророчество (ЛП) - Бишоп Энн

Они собрались в углу комнаты, достаточно далеко, что Мег, вероятно, не услышит их, особенно с закрытой дверью Служебной комнаты, чтобы задержать тепло в помещении.

— Что-то в задней комнате встревожило Мег настолько, что ей пришлось разрезать кожу для пророчества, — сказала Тесс. — Она попросила меня о помощи.

Она вытащила бумаги из кармана и протянула их Саймону.

— Это те образы, которые она видела.

Генри и Блэр склонились над его плечами, желая тоже прочитать.

— Не имеет смысла, — пробормотал Блэр.

— Кусочки головоломки, — ответил Генри. — Нам нужно сложить кусочки вместе, чтобы найти ответ.

— Ответ — яд, — тихо сказала Тесс. — Череп и скрещенные кости это человеческий символ яда. Именно это Мег и пыталась нам сказать. Кто-то отравил сахар, чтобы убить пони.

Шутник заскулил. Влад взял у Саймона бумаги, чтобы самому прочесть написанное.

— Этот скелет в плаще с капюшоном и дети, — сказал Влад. — Это не про нас.

— Может быть, этот яд использовался раньше или может быть использован в другом месте, — возразила Тесс. — Может быть, эти изображения единственный способ, которым пророк может помочь кому-то идентифицировать этот конкретный вид смерти.

— Значит, надо звонить в полицию, — сказал Генри.

Саймон кивнул.

— Монтгомери.

— Мы позволим ему войти в заднюю комнату? — спросил Влад.

— Нет, — ответил Саймон. — Но дадим ему коробку сахара, пусть его люди разберутся с ядом, — теперь он посмотрел на Тесс. — Что мы можем сделать для Мег?

— Она говорит, что ей давали пищу и отдых, когда раньше резали, — сказала Тесс. — Заднюю комнату и ванную нужно вычистить, а все тряпки сжечь вместе со всем, что испачкано кровью Мег. Я займусь уборкой. Мэри Ли поможет мне.

— После того, как полиция уйдёт, — сказал Саймон. — После того, как яда не будет.

Шутник посмотрел на Саймона.

— Когда пони получат почту, я расскажу Зиме. Но думаю, она захочет поговорить с тобой.

Саймон кивнул. Затем он огляделся.

— А где Джейк?

— Вероятно, сообщает всему Кроугарду, что с Мег что-то случилось, — кисло сказал Блэр.

— Влад, возьми у Лорна коробку и упаковочную ленту, — сказал Саймон. — Мы положим туда коробку с кусочками сахара. Я позвоню Монтгомери и попрошу его приехать сюда. И я позабочусь обо всех поставках, которые придут пока офис не закроется на полуденный перерыв.

Влад открыл входную дверь и перевернул табличку «ОТКРЫТО» обратно, когда вышел на улицу. Шутник проскользнул обратно в сортировочную и вернулся с пачками почты, которые он разложил на стойке перед входом, прежде чем выйти наружу, чтобы подождать пони.

— Пусть Вороны разнесут весть, что сегодня днём Связной не будет делать никаких доставок, — сказал Генри, прежде чем уйти.

Блэр вышел, не сказав никому ни слова, оставив Тесс и Саймона.

— Я не уверена, что эйфория стоит той боли, которая ей предшествует, — тихо сказала Тесс. — Она сделала этот разрез не для себя, Саймон. Она сделала его ради нас. Запомни это, прежде чем начнёшь рычать на неё.

Она вышла из офиса, но потом помедлила и направилась к тротуару, вместо того чтобы остаться в Дворе. Она забыла своё пальто, придётся забрать его позже. Когда она прошла короткое расстояние до «Лёгкого перекуса», её вьющиеся волосы стали красными и чёрными в равной мере, и она позволила мельчайшему проблеску своей истинной природы проявиться сквозь человеческую кожу.

И все, кто смотрел на неё, чуть-чуть умирали.

* * *

Саймон вошёл в сортировочную, посмотрел на Натана и ткнул большим пальцем через плечо.

<Выйди>.

Натан оскалил зубы.

<Я охраняю>.

<Я хочу поговорить с ней. Иди в другую комнату. Возвращайся, когда я закончу>.

Волк был не доволен этим, но прошёл в переднюю комнату.

Когда он остался наедине с беспокойной женщиной, которая сбивала его с толку, Саймон наклонился достаточно близко, чтобы почувствовать её дыхание на своём лице, вдохнуть её запах.

От неё пахло болью и каким-то странным возбуждением, отчего ему захотелось понюхать её между ног. От неё пахло кровью и лекарством, которое Тесс наложила на порез. Он хотел понюхать и это, хотел избавиться от человеческого лекарства и промыть рану, как это сделал бы Волк.

Но Мег была человеком, так что человеческая медицина была для неё лучше всего.

— Я знаю, что ты не спишь, — прошептал он. — Ты не можешь обмануть того, кто слушал твой сон.

— Ты хочешь сказать, что я храплю? — спросила она, не открывая глаз.

— Нет, — задумчиво произнёс он. — Я так не думаю. Но знаю, когда ты спишь.

Она сглотнула. Такое соблазнительное для укуса горло, такое мягкое и вместе с тем твёрдое.

«Нет», — подумал он, прижимаясь лбом к её руке. «Мег не для укуса». Он поднял голову и посмотрел в серые глаза, которые теперь смотрели на него.

— Я здесь главный. Ты должна была позвонить мне. Даже если ты хотела, чтобы там была Тесс, а не Волк, ты должна была сначала сказать мне.

— Я знала, что здесь что-то не правильно. Не хотела, чтобы случилось что-то плохое, пока я спорила с тобой.

Это был веский довод. Не то чтобы он скажет ей об этом.

Он коснулся её волос. Всё ещё странные по цвету и более забавные с чёрными корнями. Когда они отрастут, он может и впрямь соскучиться по оранжевым волосам.

Этого он ей тоже не скажет.

— Я буду следить за доставкой, — сказал он. — Ты отдыхай. Тут есть еда. Ты хочешь есть?

— Пока нет.

Её глаза закрылись, затем снова открылись.

— Натан сердится на меня?

— Да. Если ты снова его запрёшь, он тебя укусит.

Мимолётная улыбка.

— Держу пари, он не захочет, если я скажу ему, что он может взять всё печенье.

Саймон смотрел на неё, слушал и знал, что она действительно спит. Он поцеловал её в лоб и нашёл этот поступок приятным сам по себе. И, он признался, облизывая губы, это было приятно и по другим причинам. Мег не была соблазнительной для укуса, но ему очень нравился её вкус.

Он поменялся местами с Натаном. Наблюдая за тем, как Шутник наполняет корзины почтой и объясняет пони, почему нет угощения, он набрал номер, чтобы Криспин Джеймс Монтгомери вернулся в Двор.

* * *

Монти понял, что Ковальски разговаривал с ним, только когда тишина внезапно заполнила патрульную машину.

— Извини, Карл. Я не слушал. У меня кое-что на уме.

— Например, почему нас вызвали на этот раз? — спросил Ковальски. — Как-то странно, когда тебе говорят, что что-то срочное, а потом дают определённое время, чтобы явиться.

— Отчасти.

А ещё капитан Бёрк сообщил ему, что мэр ворчит по поводу того, как много ресурсов расходуется на нужды Иных, когда они не склонны отвечать взаимностью. Бёрк подозревал, что Его Честь выдвинул идею «Намида только для людей» в качестве своей потенциальной предвыборной платформы.

«Позвольте мне побеспокоиться о мэре, лейтенант. Вы просто помните, что все дороги ведут в лес».

Другими словами, оставаться в хороших отношениях с терра индигене было важнее людской политики.

Они въехали в зону доставки офиса Связного. Монти глубоко вздохнул. На двери табличка «ЗАКРЫТО», но он увидел кого-то за стойкой.

Кто-то, кто не был Мег Корбин.

— Пойдём со мной, Карл.

Необычная для него просьба, но на этот раз он хотел, чтобы его сопровождали, а не ждали в машине.

Когда они подошли к двери, с другой стороны к ней подошёл Саймон Вулфгард. Он повернул замок и открыл дверь.

— Мисс Корбин взяла выходной? — спросил Монти, когда они все подошли к стойке.

— Полуденный перерыв, — ответил Саймон. — Она вернётся к дневным поставкам.

Судя по голосу, это его не радовало.

Дверь в соседнюю комнату была распахнута настежь. Сама комната не интересовала Монти, но инвалидное кресло, поставленное рядом с большим столом, заинтересовало.