"Фантастика 2023-157". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Шелест Михаил Васильевич

Преобразования, произошедшие в течении первых лет правления, реально убедили народ, что Махди пришёл, ибо порядка в империи стало больше. Я не стал ломать систему рабовладельчества, а лишь ввел закон, названный «меморандум рабовладельца и раба». Документ ограничивал права «собственников» на наказания, и вводил нормы содержания для рабов. Попутно мы создали службу контроля, надзиравшую за содержанием рабов и соблюдением их прав.

— Они не выполняют предписания Корана, шахиншах-баба, — повторил Балым-Султан, видя, что я о чём-то задумался, — и противятся законной власти в твоём лице. А вся власть, как мы знаем, от Аллаха.

— Да-да. Делайте, что считаете правильным, — согласился я, прислушиваясь к доносящимся снаружи дворца звукам резкого и сильного соприкосновения металла с металлом, вскриков, ругани и проклятий.

— Вам, визири, сейчас предстоит важная и сложная работа. Главное — измерить и описать прилегающие к Казани земли и раздать их нашим людям, возложив на них план по заготовкам продовольствия. При соблюдении законности и порядка. В случае выявления мздоимства, вы знаете, что будет с виновником. Это касается, в основном, моих османских руководителей, коих за эти годы сильно поубавилось именно по вышеназванным причинам.

У каждого визиря с некоторых пор в помощниках находилось несколько индейцев тупи, перенимавших и контролировавших работу визиря и его кабинета. Но всё равно ежегодно, одного-двух чиновников-османов приходилось показательно казнить. Однако их оставалось ещё слишком много.

Звуки сражения за стенами дворца стихли и вскоре появился Санчес. Удивительно спокойный.

«Словно выходил купить сигареты», — подумал я, увидев в руке Санчеса какой-то предмет.

— С бунтовщиками покончено, ачык[79].

— Много их было?

— Человек тридцать. Остальные сложили оружие, когда я крикнул: «Именем светлейшего».

— А остальных сколько?

— Человек сто… Кто их считал?

— Ну, да ладно, — я встал с трона. — Всё, наместник, принимай власть и гостей на сегодняшнем пиру. Тут найдётся нормальное помещение чтоб собраться?

— Найдётся, ачык, — сказал Санчес.

— Ладно, пошли посмотрим, что ты там «натворил»?

— Ничего особенного, — пробубнил Санчес по-испански. — Они первые начали. Может подождёшь пока приберут?

— Пошли-пошли, — хмыкнул я. — И Сафа Гирея прихватите. Он уже пришёл в себя. Покажем ему плоды деяний его. Не замыслил бы худого, глядишь и вышло бы иначе.

Хан, действительно, уже шевелился, валяясь перед троном животом вниз и даже несколько раз посмотрел на меня, скосив глаза и вывернув голову.

Обойдя лежащего на полу Сафа Гирея, я подошёл к двери и вышел на улицу. Войско, увидев живого шахиншаха, радостно взревело. Минутами раньше мне было слышно, как Санчес кричал: «Измена! Измена! Покушение на жизнь шахиншаха! Именем светлейшего, сдать оружие!»

Площадь перед дворцом была усеяна телами. Не тридцать, конечно. Человек шестьдесят. В основном утыканные стрелами и арбалетными болтами. Я вскинул голову и посмотрел на стоящих на стене лучников и арбалетчиков. Помахал им рукой. Тупи и гурами радостно взвыли, отвечая на приветствие.

— Пытались вырваться? — спросил я тихо.

— Ну да…

— Нормально так… А за ханским двором?

— Там некому было. Бии все тут.

Я обернулся к Сафа Гирею, стоящему… нет, почти висящему на связанных за спиной руках, удерживаемый вертикально двумя индейцами.

— Киньте его к его нукерам! — приказал я. — Лицом вверх.

Бывшего хана подтащили и уложили на двух, лежащих рядом убитых татар. Я снова махнул лучникам. Застучала «очередь» и тело Сафа Гирея ощетинилось стрелами.

Глава 23

Границы Казанского ханства проходили по реке Суре, где оно соседствовало с Касимовской ордой, по Волге до устья реки Керженец, далее по Ветлуге, Усте и Вятке. О том писали двухсотлетней давности пергаменты.

Однако, был найден пергамент, в котором границы Казанского ханства указывались в составе Золотой Орды, или как тогда её называли — Улус Джучи, отделившейся от Монгольской Империи. Документ был подписан ханом Золотой Орды Менгу-Тимуром[80].

Согласно этому «документу» границы Казанского ханства простирались на запад много дальше. Почти до самой Рязани. К документу было приложено соглашение между Московским князем Василием и ханом Золотой Орды Улугом Мухамедом о возвращении территории Касимовского улуса в управление Казанского ханства.

В этом же «документе» было указано, что и вся остальная Московская земля является частью Улуса Джучи. Подписи и печать Московского князя на пергаменте присутствовали. А сама Золотая Орда заканчивалась на Балтике.

Мне очень не хотелось воевать с Московским князем.

Великий князь Иван Васильевич, как уже говорилось раньше, себя царём ещё не провозгласил. Пока по недостижении совершеннолетия которое должно свершиться в 1547 году. Да и не мог он себя объявить царём, потому что это титул ханов Золотой орды, обозначающий «властелин» и передался им ещё от ассирийцев, скифов и сарматов. А на Руси царей до сих пор не было, ибо она всегда была лишь частью большого царства.

Первым из Русских князей попытался самоназвать себя царём дед Ивана Грозного Иван Третий, но, как-то не прижилось… Его детей: Василия и Юрия, отца нынешнего Ивана Грозного, возвести в цари не рискнули

От того Иван Грозный даже после помазания на престол не провозглашал себя царём, пока не взял Казанское, а потом и Астраханское ханства. Ему нужно было получить власть фактически, чтобы потом претендовать юридически.

А когда крымский хан Давлет Гирей в 1571 году подошёл к Москве и поджёг предместья, дал обещание не называть себя царём. Однако вскоре обещание нарушил.

В следующий раз Иван Четвёртый добровольно сложил с себя полномочия царя в 1974 году, тоже под угрозой нашествия крымского хана. И даже посадил на трон касимовского хана Бекбулата, официально короновав его в церкви. Это произошло после того, как Иван Грозный узнал, что Давлет Гирей хочет посадить на царский трон своего «царя».

Бекбулат был потомком Чингиз-хана и Гирей, узнав о помазании на престол чингизида, не рискнул свергать его с трона. Бекбулат просидел на троне всего лишь одиннадцать месяцев и успел принять несколько непопулярных законов. Лишил церковь автономии, земель и много ещё чего… Вот бояре и духовенство и вернуло Ивана Грозного на трон. Переиграл царь всех. Зело хитёр был, потомок Рюрика и своеволен. Не хотел ни под кого подлаживаться. Вот всех его отпрысков и извели ближние.

До меня доходили слухи о том, что и сейчас при Московском дворе ждут, не дождутся совершеннолетия Ивана Юрьевича дабы провести обряд венчания на трон. И царские регалии уже изготовили: брамы, шапку Мономахову. Но я-то знаю, кто сейчас воду мутит и толкает Русь на конфронтацию с остатками Золотой Орды, — это мои «коллеги» по ордену иезуитов, но «тогда» кто это делал, ежели Англия только в 1554 году «открыла» для себя северный путь в Московию. Сейчас с моей помощью это произошло много раньше. И в советники к Князю Юрию и Глинской, матери Ивана, они пролезли вполне официально.

Купцы Английские получили привилегии в торговле. В том числе и мои торговые агенты наполняют Русь металлами и оружием. Сам против себя накачиваю Русь мощью. Послы русские удивляются делам моим.

Иван Никитич Беклемишев практически постоянно находившийся в моей ставке, недоумевал.

— Не пойму я тебя, Пётр Иванович. Что ты хочешь, не пойму. Вроде бы и не враг ты нам, а землю нашу прибираешь. Вроде и товары от тебя через Великий Новгород продолжают идти. Очень важные для Руси товары… А приближаешь свои города к нашим границам всё ближе и ближе. Ты же знаешь, что наши князья многажды раз Казань брали и не думаю, что и далее откажутся от сих земель. Зело сии земли богаты пастбищами и урожаями. Не пойму я тебя.