Обжигающая спираль (СИ) - Ольга Горовая

Света переворачивалась на другой бок и взбивала подушку, но все равно не могла уснуть.

Она даже не знала, почему так восприняла этот подарок. У нее и самой имелись деньги. И Света могла позволить себе поездку в Париж. Может и не в лучшие отели, но все-таки…

Однако она никогда бы не собралась. Да и даже не подумала о подобной вероятности. А вот родители, мать, которая так хорошо знала, что именно переживает Света сейчас — подумали об этом за нее.

Наверное, родители всегда остаются родителями и заботятся о детях даже тогда, когда те совсем взрослые. А каждый выросший ребенок нуждается в такой заботе. Пусть и мало кто признается, поняла Света.

Но, проваливаясь в сон, она думала не об этом. А о том, что у Руслана такого не было. И он не понимал, давно забыл, какого это — ощущать любовь и поддержку семьи. Не привык кого-то любить.

Может потому и совершал такие глупые поступки?

Однако Света напоминала себе, что не должна сочувствовать ему. Не стоило идти по пути, который никуда не ведет.

Только вот, заснув, она все равно видела его глаза, и обнимала Руслана. И поняла, что плачет, когда будильник разбудил Свету, превратив теплое и надежное убежище его рук лишь в сон.

Глава 23

«Чего она ждала?», Света с издевкой хмыкнула и печально проследила за неотвратимым полетом пожелтевшего кленового листа на землю. «Все-таки поверила, пусть и не хотела, но поверила тем словам, а теперь — стало еще больнее».

Она заставила себя поднести к губам чашку и отпить глоток горячего кофе со сливками.

За большими окнами ее любимой кондитерской тихо шелестел дождь, барабаня по стеклам и опадающей листве. Но внутри было хорошо — тепло, сухо, божественно пахло свежей выпечкой и кофе. Тихо играла музыка, и гармонь в мелодии волей-неволей напоминала Свете, что завтра она уже будет гулять по Монмарту.

Света не знала, чего ждала. Может, его обычных тихих звонков, или хоть каких-то попыток доказать то, о чем так громко заявил Руслан, пообещав ей, что сумеет возродить их отношения.

Только не было ничего. Совершенно.

Словно он забыл о ее существовании, или будто бы того человека, который обнимал ее ночью у машины даже в мире не существовало.

А у Светы все-таки имелась гордость, чтобы не спрашивать Глеба, чем сейчас Руслан занимается.

Да и не видела она друга. Тот тоже, как сквозь землю провалился, и почему-то не заходил эти дня в гости.

Впрочем, у Светы и без этих мужчин забот хватало.

Она медленно собирала небольшую сумку, просиживая над каждой вещью едва ли не по часу. И все время сомневалась — ехать? Остаться?

Но молчание Руслана… оно делало выбор очевидным, разве не так?

Какой смысл ждать того, что он не мог и не хотел ей дать? Тем более Света и через прошлое предательство еще сердцем не переступила.

Именно потому она сказала отцу, что машина ей нужна к одиннадцати вечера. Согласилась на то, чтобы полковник еще утром послал другого водителя забрать документы из посольства, где все и правда сделали быстро и без проволочек.

Однако, отчего-то, предстоящая поездка не радовала, а в глазах все время стояли слезы.

Ошибаться дважды — невыносимо больно. И не помогали унять боль уговоры, что не стоило развешивать уши и верить ему. Она же и не собиралась, просто не смогла придушить глупое, безмозглое сердце…

— Привет, — немного неуверенный голос заставил Свету вздрогнуть, и чашка звякнула о блюдце, когда она неловко поставила ту на стол.

— Привет, — Светлана кивнула Лине.

Девушка села в плетеное кресло напротив.

— Спасибо, что пожертвовала обедом ради встречи со мной, — как-то тихо и немного смущенно поблагодарила та. — Тем более, что я вот так, с бухты-барахты позвонила, — казалось, Лина ощущает себя не в своей тарелке, совсем как тогда, в начале их первой встрече.

Света даже заметила, что девушка то и дело поглядывает в окна, и проследив ее взгляд увидела припаркованный у бровки темно-красный «лексус».

«Наверное, Лина все же не чувствовала себя комфортно, когда мужа рядом не было», решила Света.

— Да, ничего, мне не сложно, — вяло отмахнулась она.

У Светы никак не выходило встряхнуться.

Хандра и опустошенность завладели ею с новой силой в последние сутки. И казалось, что ничего не могло пробиться сквозь их плотный кокон. Ничего, кроме боли и обиды.

— У тебя что-то случилось? — поинтересовалась Света, когда Лина промолчала в ответ и все так же неуверенно перелистывала папку меню, поданную официантом. — О чем ты хотела поговорить?

— Я…, — Лина умолкла, едва начав говорить, и быстро ткнула пальцем в первую попавшуюся строчку карты напитков, когда официантка вернулась к их столику. — Нет, у меня ничего не случилось, — покачала она головой и нервно покрутила на пальце массивное золотое кольцо с тремя камушками. — Света, только не сердись, и выслушай меня до конца, пожалуйста, — Лина вдруг отчаянно посмотрела ей в глаза, удивив такой экспрессией.

— Конечно, Лин, ну что ты, — и сама растерялась Светлана. — Что случилось?

— Понимаешь, — Лина продолжала теребить кольцо и поглядывать поверх принесенной официанткой чашки в окно. — Ты мне очень понравилась, и я действительно хотела бы, чтобы мы стали подругами, хоть и понимаю, что сейчас, вероятно, тебе не до того, — она глотнула кофе.

Света покачала головой.

— Лина, я бы тоже хотела с тобой ближе подружиться, — честно призналась она, глядя ей в глаза. — И неважно, что…, — Света оборвала себя, не имея сил упомянуть о Руслане. — Ты из-за этого нервничаешь? — опустив глаза на свой кофе, спросила она. — Не стоит, нам никто не мешает дружить и так, правда же?

— Да, наверное, — Лина улыбнулась, впрочем, это выражение не задержалось на ее лице надолго. — Только я не совсем об этом хотела с тобой поговорить, — она намотала на палец прядь волос. — Собственно, меня Валик попросил поговорить с тобой, — Лина вдруг решительно вздохнула и посмотрела Свете прямо в глаза. — И попросил он поговорить меня с тобой о Руслане.

Света с трудом глотнула кофе, который как раз набрала в рот.

— Я не хочу о нем разговаривать, — она отвела глаза и вперила их в стол.

— Ты обещала выслушать до конца, — напомнила Лина.

— Я помню, — Света отвернулась, чтобы скрыть набежавшие слезы. — Но о нем я ничего не желаю знать.

Лина вновь принялась крутить свое кольцо, но казалось, не собиралась отступать.