Врата Бальдура - Мария Трещёва

 – Ты как? – Не оборачиваясь, спросила полудроу у названой сестры.

 – Я могу говорить, – с лёгкой хрипотой в голосе ответила Имоен. – А ты?

 – Я могу пошевелить пальцами ног, – Равена критически осмотрела отчищенный от крови гусеницы меч. – Дайнахейр, ты плохо себя чувствуешь. По тебе это заметно.

 – Думаю, это из-за испарений, – ответила побледневшая ведьма из Рашемана. – Поднимемся на свежий воздух, и всё пройдёт.

 Минск, сидящий рядом со своей подопечной, всем своим видом выражал обеспокоенность. Бу прижался к холодным рукам Дайнахейр, и та машинально гладила его по рыжей спинке. По тоннелю канализации пронеслось эхо шлёпающих шагов. Супруги-полуэльфы возвращались из разведки.

 – Недалеко отсюда есть выход наверх. Проблема в том, что он находится прямо у здания Железного Трона, – сообщила Джахейра.

 – Сейчас ночь, – отмахнулась Равена. – Нас никто не заметит.

 Воительница попыталась встать. С трудом, но она могла уже передвигать ноги. А вот Имоен отошла от парализатора гусеницы настолько, чтобы иметь возможность прошептать несколько слов и повернуть голову. Минск снова взял её на руки. Дайнахейр поддерживал Халид, а Равена опёрлась на посох Джахейры.

 Вверх по поручням первым полез следопыт, чтобы отодвинуть тяжёлую решётку. Полудроу наблюдала, как аккуратно поднимали недвижимую Имоен и бледную Дайнахейр. Её внимание вдруг привлекло нечто, нарисованное на противоположной стене. Равена сделала несколько неловких шагов, чтобы подойти поближе и рассмотреть. На стене была начертана эмблема Железного Трона, тщательно замаскированная паутиной и грязью. Она подозвала Джахейру. Друид только пожала плечами. Это могло означать, что Железный Трон ответственный за этот район канализации, а могло и ничего не значить.

 Борк встретил еле плетущихся искателей приключений понимающим взглядом. Он скрылся в подсобке, друзья услышали его крик, адресованный сонной служанке: «… горячую ванну, чистые полотенца и бельё! И в воду добавь что-нибудь, что запах убивает…»

 Утром оказалось, что воздух стоков сильнее всего воздействовал на Имоен и Дайнахейр. Они обе страдали тошнотой и головокружением. Джахейра прописала им постельный режим и вместе с Равеной отправилась к Шраму.

 Командир Пламенного Кулака молча выслушал всё, что рассказали ему полуэльфийки, молча открыл ящик стола и пододвинул гостьям мешочек с деньгами, молча спрятал кольцо с рубином и надписью на языке дроу.

 – Вы говорили, что подозреваете Железный Трон в создании Железного Кризиса, – тихо начал он. – Мы дадим вам возможность подтвердить или опровергнуть свои подозрения. До поры до времени мы прощаемся с вами. Я пришлю вам весточку.

 Это заявление пресекло все попытки возмущения Равены и Джахейры по поводу приключений в стоках. Они молча переглянулись, молча кивнули и молча вышли за дверь.

 Наутро здоровье Имоен и Дайнахейр ухудшилось, и у всех остальных, кроме Минска, проявились признаки недомогания.

 – Ничего не понимаю, – качала головой Джахейра. – Наше общее состояние больше походит на отравление, но я не нашла яда ни у кого в крови.

 – А если это яд, который ты не знаешь… – С загадочной интонацией произнесла Равена.

 – Тогда я не смогу ни выявить его, ни нейтрализовать… Что тебе известно?

 – Скажи, заклятье обета… оно существует?

 – Причём здесь…

 – Оно существует, Джахейра?!

 – Да. Но…

 Равена, не дослушав, направилась к выходу. Друид успела схватить её за локоть.

 – Что случилось, Равена? – С нажимом спросила она.

 – Мы действительно отравлены. Нас с Имоен предупредили, но мы не поверили. Яд убивает за десять дней. Тот, кто предупредил нас, обещал помочь, если мы поможем ему снять заклятье обета.

 – Это, действительно может быть ловушка, Равена. Надо было сразу рассказать мне. Ну, ничего. У нас есть ещё десять дней, чтобы найти противоядие.

 – У нас их нет. Это случилось около пяти дней назад.

 Полдень щедро одаривал солнечным светом улицы Врат Бальдура. Несколько детей бегали наперегонки, их пытался ухватить за пятки маленький щенок. Равена мрачнее тучи направлялась к ярмарке в надежде, что Лотандер не соврал и будет ждать где-то там. Её бросало то в жар, то в холод. Лоб покрылся испариной. В желудке была тяжесть, будто после порции недоваренной острой фасоли. Полудроу оглядывалась вокруг, пытаясь заметить наёмного убийцу. Вдруг к горлу подкатило, рот наполнился густой слюной. Она перегнулась через невысокий заборчик. С трудом съеденный завтрак рвался наружу.

 – Ты плохо выглядишь, – раздалось сбоку.

 Лотандер, прислонившись плечом к стене дома, наблюдал за Равеной. Девушка обернулась на него и вытерла губы.

 – Не надо так смотреть на меня. Я же предупреждал.

 – Убери издёвку из голоса. Я умею признавать свою неправоту.

 – Не горячись. Я бы поступил на твоём месте так же.

 – Давай о деле. Нам осталось…

 – … дней пять, может чуть меньше. Ты готова помочь мне за свою жизнь и жизнь своих друзей?

 – Да.

 – Тогда слушай. Кроме того, кто наложил на меня это проклятое заклятье, знает, как его снять прорицатель на ярмарке. В смысле он может узнать, как его снять.

 – И… в чём проблема?

 – Он берёт за предсказание деньги, их у меня нет.

 – Ясно. Иду к прорицателю.

 Мужчина посмотрел в хрустальный шар через круглые очки.

 – Заклятье обета… жестоко… Твой знакомый сможет избавиться от него, если обратится за помощью… – мужчина замолчал и всмотрелся в клубящийся туман в шаре или делал вид, что хочет там что-то рассмотреть.

 – К кому? – Не выдержала долгой паузы Равена. В шатре было ужасно душно, и она боялась, что её опять стошнит.

 Прорицатель взглянул на неё поверх очков.

 – К Джаланте Мистмир. Верховной жрице Амберли.

 – Джаланта Мистмир? – Лотандер покачал головой. – Лучше уж умереть от нарушения обета, чем связываться со служителями Амберли.

 – У нас нет другого выбора, – еле шевеля языком, проговорила Равена из-за угла, утерев губы после очередного приступа рвоты.

 – Как хочешь. Если действительно сможешь чего-то добиться, найди меня в гостинице «Клинок и Звёзды». Удачи.

 – Угу… – Промычала Равена и снова согнулась пополам.

 – Это же служители Амберли, Равена! – Возмущалась Джахейра, следя за сборами подруги.

 – Знаю. Но что мы можем сделать ещё? Джахейра, мы умираем. Все. Даже Минск, хоть по нему и не заметно. Быть может, он переживёт нас денёк-другой, но и он обречён. Если связь с Амберли и наёмным убийцей поможет нам выжить, я готова рискнуть.