Подари мне мечту - Бренда Джойс

— Я уже говорила тебе. Они в безопасности.

«Я уже говорила!» Касс снова содрогнулась.

— Но где они находятся? Пожалуйста, скажи мне, прошу тебя!

— Не могу. — И Трейси улыбнулась.

От этой леденящий улыбки Касс покрылась гусиной кожей.

Трейси повернулась и пошла прочь.

Прежде Касс кинулась бы за ней вдогонку и схватила сестру за руку. Но только не сейчас. Она даже подумать не смела о том, чтобы приблизиться к этому существу.

— Чего ты хочешь? — хрипло выкрикнула она Трейси в спину. — Скажи наконец, чего ты хочешь?

Трейси остановилась, обернулась и вперила в Касс пылающий взгляд.

— Я хочу добиться справедливости.

Касс едва стояла на дрожащих, подгибающихся ногах.

— Но мы все хотим справедливости! И мы можем ее достичь. Можем! Но, Трей… Изабель, пожалуйста, не впутывай в это детей!

Но Трейси — точнее, Изабель — уже вышла из библиотеки, не обратив внимания на ее мольбы.

— Мы должны помириться! — кричала Касс ей вслед. — Изабель, нашим семьям нужно обрести покой! Пожалуйста! — Она разрыдалась от бессилия.

Чтобы не упасть, Касс пришлось ухватиться за край письменного стола. Ее сестра шла по коридору и ни разу не оглянулась. Может, за ней стойло проследить? Не выведет ли она на детей?

— Изабель! Не уходи!

Трейси оглянулась, но не замедлила шаги.

Касс плюхнулась на стул, чувствуя, что мозги буксуют, как колеса автомобиля, засевшего в грязи.

Итак, она хочет справедливости.

Касс даже думать не смела о том, что Изабель понимает под этим словом.

Селия вдруг вскрикнула.

— Что еще? — обернулась к ней Касс.

— Компьютер! — шепнула служанка.

На экране светилась надпись:

ПОКОЙ — ЭТО СМЕРТЬ

Касс застала Антонио возле брата. Он стоял в напряженной позе, готовый к бою. Перед ним стояла Трейси.

Ожесточенно подгоняя оцепеневший рассудок, Касс — прикинула, что смысл последнего сообщения совершенно очевиден. Изабель хотела бы — вернее, собирается — убить кого-то из них. Если не всех скопом.

— Что здесь творится? — Голос Касс нарушил молчание, царившее в холле.

Грегори был в сознании и тоже не сводил с Трейси широко распахнутых глаз. Антонио не шелохнулся. Он караулил каждое движение Трейси.

— Да что с вами? — Касс прошиб холодный пот. Больше нельзя было закрывать глаза на то, что Изабель овладела рассудком Трейси и скорее всего заставила ее убить электрика и спрятать детей. Касс запретила себе думать о том, что она могла сделать с Алисой и Эдуардо. Не сейчас.

Судя по его виду, Антонио был готов на все, даже на убийство. Касс понимала, что обязана спасти Трейси и в то же время каким-то образом уничтожить Изабель.

Но как это сделать?

Трейси стояла спиной к Касс и разглядывала Грегори.

— Живой! — Ее удивленное восклицание вырвало Касс из задумчивости.

У Касс все сжалось внутри.

— Да, мой брат вполне живой! — хрипло подтвердил Антонио.

Стараясь держаться как можно дальше от сестры, Касс обошла ее и встала рядом с Антонио.

В памяти мелькали обрывки их рассуждений, что излюбленная тактика Изабель — разделять, чтобы властвовать. Касс набралась храбрости взглянуть на неподвижную маску, в которую превратилось лицо Трейси, и удивилась. Следы усталости и истощения пропали без следа. Брови стали тоньше и длиннее. Но ведь это невозможно!

Антонио наклонился и занялся братом, несмотря на его протесты.

— Оставь, я уже в порядке! — сказал Грегори. — Я просто устал.

— Неправда! — возразил Антонио, стараясь промыть рану на лбу. — Какой-то маньяк столкнул тебя с дороги. Ты чудом остался жив!

Касс снова посмотрела на застывшую физиономию младшей сестры. На этот раз сходство с Изабель показалось ей более явным. Мозг машинально уложил на место и этот кусочек головоломки. Ведь кто-то упоминал о том, что Кэтрин стала похожа на Изабель незадолго до гибели Эдуардо!

Касс передернуло. Черт побери, вот и волосы у Трейси стали ярко-рыжими… Или это игра света?

Касс пришлось напомнить себе, что Изабель способна проникнуть в сознание и внушить человеку все, что угодно.

Она следила за тем, как Антонио накладывает мазь на рану Грегори.

— Так, значит, ты упал? — спросила Касс.

— Я не просто упал! Все было гораздо хуже, хотя вряд ли мне кто-то поверит! — Грегори перевел взгляд с Касс на Трейси и спросил: — Как она?

Касс, не зная, что ответить, снова покосилась на сестру. Ее нос стал длиннее, губы тоньше, а глаза расставлены более широко. У Касс тоскливо сжалось сердце. А что, если у них больше нет надежды?

— Хорошо, — солгала Касс. По ее спине побежали мурашки. Трейси вовсе не было хорошо, но теперь невозможно угадать, где кончается Трейси и начинается Изабель. Если только Трейси вообще не изгнана навсегда. Касс не знала, что предпримет Антонио, если ему станет известно об их с Трейси разговоре в библиотеке, и не смела ему доверять. — И что же с тобой случилось?

«Я люблю тебя! Положись на меня!»

Касс усилием воли отогнала неуместные воспоминания.

— Ох, черт, больно! — вдруг застонал Грегори, оттолкнув брата.

Антонио резко ответил ему по-испански.

— Это была Изабель. Она хотела меня прикончить. Она каким-то чудом оказалась за рулем грузовика, столкнувшего меня с дороги!

Касс смотрела на Грегори, не зная, что сказать.

—  — Вряд ли женщина, умершая в 1555 году, умеет водить автомобиль, — мрачно заметил Антонио. — Ты не хочешь перевязать колено? Это должно помочь.

— Ерунда, мне просто нужно отлежаться, — ответил Грегори и горячо добавил, не спуская глаз с Трейси: — Не приснилась же мне она!

Касс тоже следила за тем, как отреагирует ее сестра.

Трейси встретила ее взгляд с холодным, невозмутимым видом. Однако в синих глазах мерцал злорадный огонек.

— Скорее всего это шутки твоего воображения, — возразил Антонио. — Или шутки Изабель, игравшей с твоим воображением.

— А грузовик вел просто какой-то сумасшедший, да? — ехидно осведомился Грегори.

Касс, чтобы придать себе смелости, расправила плечи и вы тянулась во весь свой невысокий рост, прежде чем спросить у Трейси:

— А ты что думаешь?

— Я не умею водить машину! — сказала та и глазом не моргнув. Однако Касс все еще видела этот злорадный, предательский огонек.

— Нет. Ты не водишь. Но другие-то водят, верно?

— Другие водят, — подтвердила Трейси с холодной улыбкой.

— Кто ты? — вдруг выпалила Касс. Пусть братья ловят каждое их слово — она не в силах больше терпеть эту неизвестность!

— Ты знаешь кто!

— Ты ведь больше не моя сестра, верно?

— Я твоя сестра, — заверила Трейси. — Отныне.

Антонио резко вскочил.