Красавицы и чудовища(СИ) - Татьяна Шульгина

  -- Мертва? - граф отшатнулся. Теперь он заметил, что с ним происходят перемены. Крылья за спиной висели, как мокрое полотно, он чуть не наступил на них, пятясь назад.

  -- Она наложила на себя заклинание. Еще до моего прихода, - Велиамор подошел к девушке и взял ее запястье. На тыльной стороне был начертан замысловатый узор. - Это руна смерти, одна из десяти. Если произнести нужное заклинание она остановит сердце.

  Кристиан опустился рядом на пол и закрыл лицо руками.

  -- Как я устал, - произнес он. - Вот бы мне такую руну кто нарисовал.

  -- Ты теперь исцелен, - Велиамор улыбнулся. - Не время отчаиваться.

  Маг вынул небольшой нож и сделал незначительный надрез на запястье Евы.

  -- Что ты делаешь? - Кристиан недоверчиво покосился на друга.

  -- Это заклинание мертвой крови, - ответил маг. - Она наложила его, зная, что снять можно будет только ценой жизни.

  -- Она хотела, чтоб мы были одинаковые, - Кристиан смотрел на прекрасное бледное лицо девушки.

  -- Вы и были одинаковые, - ответил маг, собирая темно-алую струйку в свою склянку. - В ее силах было пойти против хозяев до конца. Они не владели ее волей, как и твоей.

  -- Как это надо расценивать? - поинтересовался граф недовольным тоном. - Мы третья сторона? Ни белые, ни темные.

  -- Давно уже нет сторон, - усмехнулся Велиамор. - Люди в сговоре с темными, влюбленные оборотни и черные маги, а королева эльфов готова выйти замуж за демона.

  -- Ты, наверное, переутомился, - Кристиан удивленно посмотрел на мага, несущего какую-то околесицу.

  Велиамор не стал отвечать. Он собрал достаточное количество крови и взял руку графа.

  -- Мне надо сделать надрез, - предупредил он. Кристиан кивнул.

  Маг рассек кожу на его ладони своим кинжалом и смазал рану кровью Евы. Кристиан безразлично наблюдал за его действиями. Как вдруг почувствовал резкую боль и зажмурился, сдержав крик. Перед глазами во всех подробностях промелькнули события той злополучной ночи, когда он поддался искушению. Но это были не его воспоминания, а Евы. Она целовала его, водила ладонью по обнаженной груди. Потом острой заколкой сделала надрез на своей ладони и на затянувшейся ране на его плече. Слегка надавила и из нее потекла кровь, смешиваясь с ее кровью. Граф застонал, но не открыл глаза. Ева склонилась к нему и поцеловала.

  Гордон тихо вошел в комнату, удивленно разглядывая всех, кто в ней был. На полу сидел Велиамор, держа на коленях голову Кристиана. Рядом валялись сморщенные черные крылья, на кушетке лежала фрейлина принцессы.

  -- Мисс Лизард? - Гордон подошел ближе. - Что она здесь делает? И Кристиан. Он умирает?

  -- Нет, напротив, - маг попытался привести графа в чувство. Тот метался, словно в горячке. - Он исцелен.

  -- Но как? - князь глазам не верил.

  Ранд тоже заглянул в комнату. Он появился, когда маг уже вошел. Теперь Гордон оставил его сторожить.

  -- Я слышал, что сюда идут люди принца, - сказал слуга встревоженно.

  -- Сможешь идти? - Велиамор помог Кристиану подняться.

  -- Я все видел, - слабым голосом произнес граф, опираясь на его плечо. Он хотел описать свое видение, но вспомнил, что предшествовало наложению заклятья, и промолчал.

  -- Лучше пока уйти. Виктору вряд ли понравятся наши объяснения, - маг поднял свою сумку. Гордон собрал вещи графа, а Ранд сложил крылья в покрывало и забросил на спину.

  Никто не видел, как они покинули гостиницу, и потом не мог вспомнить, как они выглядели. О таинственном убийстве девушки из Вандершира еще долго говорили в Итилиане, но виновных так и не нашли. Спустя некоторое время ее тело тоже исчезло при загадочных обстоятельствах. Подозревали только лорда, спешно покинувшего гостиницу за несколько часов до того как было обнаружено тело.

  Глава пятнадцатая

  Итилиан.

  Дом Халида.

  25е. Первый весенний месяц. 697 года.

  Кристиан уже совсем оправился и теперь наслаждался солнечным светом, сидя на террасе. Велиамор почти все время проводил в беседах со старейшиной. Только князь не находил себе места. Теперь он сидел с другом, но мысли его были далеко.

  -- Ты не представляешь, как я скучал по этому, - начал граф. - Вот так спокойно сидеть, ни о чем не думать. Только, похоже, ты не понимаешь.

  -- Я не осмеливался заговорить с тобой об этом, но мне не дает покоя мысль о Еве, - ответил Гордон.

  -- Прошу, не начинай, - умоляюще произнес граф, не открывая глаз.

  -- Почему вы с Велиамором не хотите признать, что это странно, чтоб фрейлина уехала так далеко от принцессы. Тем более что я видел Николь тут в Итилиане.

  -- Так тебе неловко говорить не о Еве, а о Николь. Велиамор говорил мне, что она тебе везде мерещится, - Кристиан улыбнулся. - Я сам еще не решил, что со всем этим делать.

  -- Нет, я видел ее только раз, и она была в мужской одежде, как и Ева, - Гордон, наконец, привлек внимание друга.

  -- Это действительно странно, что Ева была в мужской одежде. Она говорила, что приехала с Николь, но я не поверил ей. Король ни за что не отпустил бы Николь в такое путешествие, - Кристиан задумался. - А где ты видел ее?

  -- На площади Старейшин, возле лавки. Мы сами там покупали маски.

  -- Что ж, можно все выяснить у торговца, - решил граф, поднимаясь.

  Друзья покинули дом и отправились на нужную площадь. Днем в городе было не так людно, и лавка пустовала. Торговец, лысоватый мужчина, сидел перед ней за выносным лотком.

  -- Что угодно господам? - спросил он.

  -- В первый день карнавала у вас были посетители, - начал Гордон. - Трое мужчин.

  -- О, сколько было покупателей, - покачал головой мужчина. - Теперь уж торговля пошла на убыль.

  -- Они выбирали платья. Было недалеко до полуночи, часа за два или три, - князь боялся, что торговец не запомнил их.

  -- Ох, эти, - тот с опаской посмотрел на мужчин. - Знайте, я с ними не знаком и совсем ничего не знаю о них.

  -- Один из них был женщиной, ведь так? - Гордон терял терпение. Кристиан, напротив, был спокоен и сосредоточен.

  -- Нет, двое, - торговец испуганно вжался в стул, на котором сидел. Друзья переглянулись.

  -- Одна белокурая, а вторая рыжая? - спросил Кристиан.

  -- Нет, обе блондинки. Одна хрупкая и робкая, а другая статная и хорошо знающая эти края, - отвечал торговец.