Античная наркомафия 4 - Безбашенный

Казалось бы, при чём тут оставшиеся на Крите семьи наёмников? Но вышло так, что всё-же при отцах, мужьях и братьях. Часть распущенных Набисом лучников на службу к победителям-ахейцам не перешла, а решила дембельнуться, и уж дома-то те дембеля порассказали о событиях за морем, преувеличив их, как водится в «стандартные» три раза. А в результате семьи погибших за спартанского тирана страшно обиделись на семьи «предателей» и выразили свою обиду весьма бурно, так что дальнейшая судьба Меропы, если и отличалась от судьбы Гелиодоры, то только в мелких малозначительных деталях. Дикари-с! По пути с Крита в Ахайю беглецы еще и к пиратам в лапы угодили — ведь Набису пришлось распустить не только сухопутных наёмников, но и морских, и те, само собой, тут же вернулись к прежнему ремеслу. Меропе ещё повезло, поскольку успевший уже подзаработать у новых нанимателей отец смог уплатить за неё выкуп, а многие ведь отправились и на невольничий рынок Родоса. Но это было уже «после того» — спасибо хоть, ни изобиженные сограждане, ни морские хулиганы скверной болезнью как-то ухитрились не наградить…

— Пятнадцать человек на сундук мертвеца,

Йо-хо-хо, и бутылка рому!

Пей, и дьявол тебя доведёт до конца,

Йо-хо-хо, и бутылка рому! — тут же спародировал Володя, сбренчав на кифаре, чем изрядно нас развеселил, так что мой прогноз оказался вещим.

Потом, после очередного тоста «за тех, кто в море», настала очередь танцев. Кифаристка забрала у спецназера свою бренчалку, и они с флейтисткой изобразили музон, а «девочки» критянки — «танец осы». В принципе это стриптиз на античный лад, но не просто так, а по поводу — полагается считать, что под одёжку танцовщице забрался ос — не тот, который «такой палочка», а тот, который «жёлтый полосатый мух». Ради наглядной убедительности музыкантши даже время от времени жужжание зловредного насекомого изображали — как раз в те моменты, когда танцующая трясла краем ткани, как бы пытаясь вытряхнуть это шестиногое безобразие. Разумеется, это не удавалось, и ей приходилось вообще снимать с себя эту часть одёжки, а проклятый кусючий ос заползал всё глубже и жужжал уже оттуда — ага, со всеми вытекающими. С современным стриптизом сходство в том, что «мы ж скромные и стеснительные», гы-гы! Танцовщица ж не просто тряпку с себя снимает, а то снимет, то вновь наденет, и так несколько раз — типа, хрен бы я тут перед вами разделась, если бы осиного жала не боялась. Нас-то, современным стриптизом избалованных, сие действо не шибко впечатлило — кто не вживую его наблюдал, тот хотя бы видео с интернета качал, и у меня на флешке, например, хороших стриптиз-роликов добрый десяток. А вот на Велтура, смотревшего их у меня всего один раз, а вживую наблюдавшего «танец осы» только в Карфагене, то бишь на отшибе эллинистического мира и с соответствующим уровнем квалификации исполнительниц, здешнее коринфское исполнение впечатление произвело ощутимое. Греков же наверняка цепляет ещё хлеще…

А вот когда «отстрелялись» все пять рабынь — музыкантш Гелиодоры для этого сменили две уже полностью разоблачившиеся «девочки» Меропы — тут настала очередь метресс, то бишь самих хозяек. И уж они, надо признать, показали класс коринфской школы. Сперва — обычный «танец осы», но и тут ведь фокус в том, что хозяйки-то внешне куда эффектнее своих служанок, и это само по себе немалую роль играет, а потом ведь и продолжение последовало. Первой выступала гитийка. Оставшись в ходе «вытряхивания жёлтого полосатого муха» в одних только котурнах, да в браслетах с ожерельем, она тут же сменила стиль, выдав вдруг что-то близкое к современному с подбрасыванием ног вверх а-ля французский канкан, а затем перешла к собственно «изюминке». Вся верхняя часть неподвижна как статуя, а по всей нижней части мышца играет в духе бегущей волны. Потом наоборот — нижняя часть застывает, а двигается в том же духе верхняя. Вот не грек я ни разу, и не в моём вкусе баба, говорил ведь уже, да ещё и ни разу я не тонкий ценитель танцевального мастерства, так что внешность исполнительницы для меня куда важнее, но тут — зацепило без базару. Умеют коринфские шалавы! А потом всё то же самое гортинка исполнила, и уж всяко не хуже — хрен ли, одна и та же школа! Причём, обе исполняли этот номер так, что как взглянет на тебя, так кажется, что только персонально для тебя и исполняет. Дело-то ведь к развязке близится — ближе к телу, как говорится.

Тем более, что и «девочки» уже распределяются — кифаристка-блондинка вон к Володе на колени уселась, миниатюрную брюнетку-флейтистку Серёга оглаживает, и та явно не против, Васькин колеблется между двумя рабынями критянки, да и я схватил за руку и притянул к себе грудастенькую третью, которая ещё когда «осу вытряхивала», то дёрнулась так, что всё её верхнее хозяйство из нагрудной повязки вывалилось. Потом заметил краем глаза, что на неё же и мой шурин облизывается — ну, нам не жалко. К нему её развернул, да шлепком по филейной части ускорение ей придал. В принципе-то ни одна из них не дурнушка, да и трахать-то один раз, а завели нас гетеры своим выступлением так, что тут в любую подходящую дыру впендюришь — вот дам Хренио определиться и оставшуюся оприходую… И тут вдруг ощущаю попытку прощупать мою эфирку. Гляжу в направлении воздействия — Меропа на меня смотрит и улыбается эдак едва заметно, но весьма намекающе. Протягиваю руку — подаёт свою и на колени ко мне усаживается. А глядя на неё, и Гелиодора вдруг решилась, рабынь отогнала, да сама на колени к испанцу плюхнулась. В общем, баб распределили, и теперь самое время самим по комнатам с ними рассредотачиваться…

Не зря финикийцы утверждают, что греческая Афродита с Астарты ихней творчески сплагиачена, а её первых жриц как раз финикийские жрицы Астарты по этому делу и натаскивали. На ложе гортинка своим искусством здорово напомнила мне Бариту из Гадеса. Перепихнулись, выпустили пар, спрашиваю её:

— А почему тебе не дали в школе высшего разряда?

— Я провалила выпускное испытание.

— Гм… И в чём же ты оказалась плоха?

— В чём плоха? Наверное, в том, что не собиралась возвращаться в Гортину и вообще на Крит, а рассчитывала остаться в Коринфе.

— К таким повышенные требования?

— Нет, требования ко всем одинаковы. Но видишь ли, римлянин, иногда в нашей школе проваливаются и не самые плохие. Некоторым даются и невыполнимые задания. Они должны выпадать по жребию, но на деле часто бывает, что такое задание достаётся не кому попало, а той, которая… ну, как бы это сказать?.. Ну, кажется наставницам опасной соперницей в будущем, что ли? Именно поэтому в качестве наставниц школы приглашают обычно знаменитых гетер из других городов, а не коринфянок, но не всегда помогает и это. Все ведь учились в одной школе, и у многих здесь хорошие знакомые…

— И поэтому СЛИШКОМ хороших тоже заваливают?

— Да, слишком хорошо — тоже очень плохо. Ты ведь ощутил моё НЕЗРИМОЕ воздействие? Ты ведь знаешь, что это такое? И судя по твоей силе того же рода, ты ведь наверняка знаешь и о возможности управлять случайностью? Вот и скажи мне, римлянин, могло ли невыполнимое задание СЛУЧАЙНО достаться МНЕ?

— И что же тебе досталось?

— Мне выпало соблазнить старика! Мало того, что лысого, морщинистого и бородавчатого, так ещё и совершенно бессильного по этой части! Я сделала всё, что могла, он — тоже. Всю меня общупал и обслюнявил, я едва выдержала, но проникнуть в меня он так и не смог, и виноватой я оказалась не только у него, но и у наших наставниц — выполнения задания мне так и не засчитали…

— И часто бывают такие, СЛИШКОМ хорошие для высшего разряда? — и у Арсеньевой упоминалось об умышленном заваливании наставницами школы чересчур перспективных выпускниц.

— Наша школа — единственная во всём эллинском мире, римлянин, и в неё отбирают учениц со всей Эллады, а учат их лучшие из лучших. Почти в каждом выпуске бывает хотя бы одна такая, которую слишком опасно иметь в соперницах и которой поэтому наверняка что-то помешает выдержать все испытания. В этом выпуске, например, который будет скоро, таких целых две. И хотя я не дельфийская пифия — вот увидишь, им высшего разряда не получить…

— А ты откуда о них знаешь?

— Я подменяла их наставниц по танцу ног и НЕЗРИМОМУ воздействию, когда те болели или бывали в отъезде…

— Ты? Разве твой разряд допускается к обучению аулетрид?

— Нет, только высший. Но наставницы ведь знают, ПОЧЕМУ я его не имею…

— Ну, раз так — расскажи-ка ты мне теперь, Меропа, ВСЁ, что ты знаешь об аулетридах этого выпуска! — ради такого дела я решил повременить со вторым заходом в весьма того стоящее нутро критянки и даже временно убрал руки с её весьма аппетитных выпуклостей. Наверное, с точки зрения правильного рафинированного грека я совершал тем самым изрядное святотатство, но хрен ли мне эти греки? Дикари-с!