Сила разума - Е. Николаичева

— Так, Кайр, притормози… — Ронра перехватила друга и тоже затащила его в кусты. — Живо пространственный экран за во-о-он те колючие кустики…

— Зачем? — подозрительно осведомился Кайр, тряхнув русой чёлкой, но послушно выплетая заклинание.

— Информация. — веско ответила Ронра, азартно сверкнув синющими глазищами.

— О-о-ох!.. — выдохнул Кайр, явно налетев на мощный заслон.

Но перед ними послушно замерцал и открылся прямоугольный проём, в котором всё чётче и чётче начало проявляться изображение. Вскоре донёсся и звук.

— Не понял? — раздался крайне изумлённый голос того самого первокурсника с таким упорством добивавшегося доступа к их библиотеке.

— Прихвостни Мастера повсюду. — глухим голосом отвечала Элдара.

— Так кто такой этот Мастер, сирены меня подери? — взвыл Мир, хватаясь за голову.

— Ладно, если уж ты такой любопытный… — вздохнула дроу. — Кстати, откуда про Мастера услышал?

— Я же не глухой. — с досадой ответил Мир. — Давайте, говорите.

И Элдара начала рассказ…

— Давно, очень давно, около тысячелетия назад… когда наше королевство было чуток побольше и являлось островом…

— Всего тысячу лет назад? — изумился Мир, перебивая. — Здесь был остров всего тысячу лет назад? И за это время возник целый континент с кучей королевств?

— Так, а это ты откуда знаешь? — озадачилась дроу, но тут же опомнилась. — С кем я говорю! Опять Брист тебе информацию слил… Так ты всё знаешь?

— Только то, что здесь был остров, а к юго-востоку другой континент, на котором обитали эльфы и ещё пара после исчезнувших рас, да и другие человеческие государства, потом перебравшиеся на возникший вокруг нашего острова континент. — сухо изложил первокурсник. — А эльфы перебрались на возникший на юге от нас остров, когда первый континент исчез под водой.

— А почему такие резкие перемены — знаешь? — вкрадчиво поинтересовалась Элдара.

— Вообще-то я думал, что это происходило гораздо раньше, чем вы говорите, и отнюдь не быстро, а как раз где-то тысячу лет…

— Что ж, я продолжу. — приняла к сведению дроу. — На острове располагались не менее пяти десятков школ магии… — Мир присвистнул. — Естественно, не все были такие крупные, как нынешняя, но встречались и такие, каким наша ШМИ и в подмётки не годится. Эх… — тут дроу мечтательно закатила глаза. — На каком уровне тогда была магия, ты бы знал! Никаких запретов — магичь, сколько хочешь, придумывай, что хочешь, смешивай всё, что хочешь — красота!..

— Но ведь тогда должен был царить хаос?

— Ничуть. Хаос мог твориться только в школах, но там существовали свои правила — к примеру, как запрет «сбоя», который придумал твой дед. К тому же, на любое придуманное опасное заклинание почти сразу же находилось антизаклинание, свободное творение превосходило все возможные границы, остров буквально жил магией! Семьдесят! Семьдесят процентов населения острова было магами! Сюда съезжались со всего мира, чтобы обучаться магии и — не только люди! Так сюда попала и я, но это отдельная история. А наша история началась чуть позже. Нынешние архимагистры тогда, как, впрочем, и я, обучались как раз на четвёртом курсе, и, хоть и представляли собой весьма перспективных, можно сказать, уникальных магов, но были обыкновенными раздолбаями, каких по всему острову было полным-полно… — тут она перевела дух. — Твой дед, кстати, был директором той самой школы, в которой мы учились. Не самая крупная школа была, да… Был он тогда всего лишь магом третьего уровня… Не удивляйся, тогда уровень было заполучить гораздо сложнее, чем сейчас, не смотря на полную свободу творения заклинаний. Я бы тебе объяснила суть запретной ныне магии, но тогда, боюсь, ты не удержишься и ступишь на эту тропу, после чего защитить тебя не сможет даже твой дед… Да что там, он сам встанет в первых рядах для твоего устранения! — тут дроу невесело усмехнулась. — Конечно, не всё было так гладко, как я рассказываю, но, видишь ли, это свойство памяти — каким бы ни было прошлое, если оно было в годы твоей юности (а мне тогда было около двадцати), оно кажется безоблачным. Так вот, длилась эта «идиллия», по моим меркам, недолго. Я застала её конец, можно сказать. Какому то… «гению» совершенно внезапно пришло в голову использовать так называемую ныне запретную магию в своих целях. Нехороших целях. Притом — совершенно по-новому, так, как никто не мог до него и помыслить… И вот тогда… тогда, дорогой мой ученик, пришёл ХАОС. К запрещению заклинаний пришли не сразу — даже нет! Никто просто не успел запретить. Тот, кто всё это провернул, невероятно точно всё спланировал, даже реакцию на всё то, что он сотворил… Никто и глазом моргнуть не успел, как случилась война. Война в масштабах всего мира… После чего магическое равновесие этого самого мира рухнуло, как карточный домик… — в голосе дроу всё чаще проскальзывали боль и невероятная тоска, от которых у слушающих сжималось сердце… — И начались глобальные катастрофы. Те, кто не погиб в результате войны, разделил участь товарищей, сгинув в пучине моря, а где и лавы… Нам повезло. Невероятно повезло. Наша школа оказалась в той единственной части острова, которая не претерпела никаких изменений ни в результате войны, ни в результате глобальной катастрофы… Но в то-то и дело, что всё это время мы не сидели, сложа руки. Брист, как ты уже понял, в те времена отличался особым взглядом на мир, да и сейчас… Пока все сражались и воевали против невиданной силы, захватывающей мир, он вёл свою войну. И, так получилось, единственными его помощниками оказались мы… конечно, нас было больше десятка. Просто, видишь ли… не бывает войны без потерь, какой бы она ни была… Учителя ушли на войну, бросив школу на произвол судьбы, как и большинство остальных учителей. Только Брист не пожелал совершать подобную глупость и, видишь ли, не прогадал. Он искал, как и мы, искал центр — первопричину всего совершающегося… и нашёл. Он нашёл Мастера, как окрестили мы его пару лет спустя. С трудом, но — нашёл. И вот тогда пошла война в открытую. Мы так и не узнали его личность, нам было известно лишь прозвище и крылатая фраза, которую повторял любой мало-мальски приближённый к нему маг… «Смерть должна быть красивой», представляешь? Смешно… Ну… что я могу сказать? Мы победили, если это можно назвать победой. Выбили почву из-под ног этого Мастера, оставив его без силы, той, прежней силы, которая давала ему столько возможностей… И, на руинах собственной школы, мы стояли и радовались, радовались, как никогда в жизни… как оказалось позже — рано. Даже сейчас радоваться рано… Тогда-то одному из нас (но уж точно не Бристу) и стукнуло в голову, что школ-то вообще нигде не осталось… да что там, даже города — и те были в дефиците! Не говоря уж о достаточно сильных магах. И вот кто-то из нас, особо умный, и решил начать всё с нуля. Без прежних ошибок — то есть, с всевозможными запретами и прочая, прочая… Поначалу мы запретили только САМЫЕ-САМЫЕ заклинания. И зажили, можно сказать, счастливо. Таскали со всех сторон найденные там или там книги, целые библиотеки… мы не проводили никаких вступительных испытаний и сами бродили по свету в поисках учеников, возрождая из пепла всё, что могли возродить… А потом вновь объявился ОН… И нам пришлось запретить некромантию. — Мир изумлённо охнул. — А ты как думаешь? Целый пласт одарённых именно этой силой магов пришлось буквально убить… это были страшные времена… Кроме некромантии знаешь ещё сколько существует направлений в магии? Нет? А их больше десятка! Он… Мастер… буквально уничтожил их все и — ты не поверишь! — нашими руками! — тут Элдара задохнулась и ненадолго замолчала. — И он до сих пор жив, Мир… и может быть кем угодно… Никто не знает его истинного лица, везде и всюду его уши, почти каждая война — его рук дело. И так — по всему миру… Хотя, в последнее время, в нашем королевстве, — тут она выделила «в нашем». — Относительно спокойно, даже удивительно. И это подозрительно… Ты хотел знать, кто такой Мастер? Этого не знает никто. Хотя я могу сказать, что он из себя представляет… Безумный гений, вот кто он. Мастер с большой буквы… и, сколь бы я его ни ненавидела… я не могу не признать, что восхищаюсь им…