Сандровские. Трилогия (СИ) - Марина Кистяева

Только он!

Он даже не пытался понять, что с ним происходит со вчерашнего дня! Девчонка полностью перевернула его жизнь с ног на голову, но пока он не был готов разбираться, что к чему. Им двигали инстинкты. И для него это было достаточным аргументом.

Майя сдерживала жажду, точно боялась ненароком поранить "донора" — женщину лет сорока пяти. Борис, отправляясь за "донором" сразу отмел лиц мужского пола. Ещё не хватало, чтобы в его присутствии другой самец закатывал глаза от прикосновений Майи. Борис знал — он бы тотчас порвал его.

— Спасибо, — Майя оторвалась от руки женщины и искренне поблагодарила её.

Та, находясь в состоянии эйфории, кивнула и, молча, вышла из номера.

Они снова остались наедине.

Майя, преодолев себя, сказала:

— Надеюсь, князь Сандровский, ты успокоился и дашь мне моральную передышку?

На её губах появилась слабая улыбка, и у Бориса дрогнули ноги. Он смотрел на девчонку и решал, что с ней делать дальше.

— И в чем же будет заключаться моральная передышка?

— Ты не будешь снова набрасываться на меня.

— Эта гостиница не то место, где я тебя возьму, — раздраженно ответил он и провел рукой по коротким волосам. — Не хочу, чтобы нас снова прервали.

— К тому же, наверное, скоро прибудет самолет?

— Да, осталось ждать немного.

— Телефон мне так и не отдашь?

— В России.

— Ловлю тебя на слове, Борис, — Майя поднялась на ноги и указала на дверь, ведущую в ванную. — Я хотела бы умыться. Не возражаешь?

— Нет.

Майя пошла в ванную комнату, он же подошёл к окну. И стал невидящим взглядом смотреть за горизонт.

Весь перелёт они молчали.

Майя думала о Ларисе и Алексе Юнгере. То, что сестре было всё равно — добралась ли она до аэропорта или нет, в этом сомневаться не приходилось. Скорее всего, они теперь снова не будут общаться несколько лет. Юнгеру могло не понравиться, что на его лимузин напали и вырубили водителя. Когда Сандровский вернет ей телефон, надо будет позвонить ему и извиниться.

Больше Майя не пыталась узнать, куда именно везет её Борис. Проще будет разобраться, когда они прибудут на место.

Настроение Майи приходило в норму. Пока он не делал попыток взять её, она могла здраво соображать и контролировать свои эмоции. Но то, что будет происходить дальше — страшило её.

Она не была девственницей, и относилась к сексуальной жизни положительно. Вопрос заключался в другом. Из-за её образа жизни, отсутствия стремления выделиться, в конце концов, даже из-за той же хромоты, у неё было всего несколько партнеров. А точнее — два. Секс Майя находила приятным, но не могла сказать, что от него у неё кружилась голова и подгибались ноги. Она вполне могла обходиться без него. Оба её сексуальных партнера были для неё скорее друзьями, а не возлюбленными.

Поэтому её страшила страсть Бориса. Создавалось впечатление, что он находился в одержимом состоянии. Разве можно желать другого человека с такой страстью?

Хотя….

Князь Сандровский привык получать, что хотел.

А он ясно дал понять, что хочет её…

Может, зря она порадовалась, что в гостинице их прервали? Она бы потерпела, максимум, час, зато сейчас была бы свободна…

Майя поморщилась от этой мысли. Она, наверное, совсем плохой становится, раз подобные безобразия лезут в голову. Где её оптимизм? Почему она думает негативно? Пора поменять жизненный взгляд на сложившуюся ситуацию.

— Я буду занят несколько часов, — прервал затянувшееся молчание Борис, когда они приземлились в аэропорту и сошли с трапа. — Ты остаешься на попечение Егора. Он отвечает за тебя головой.

Майя не успела ему ничего ответить, как он повернулся к вампиру, следовавший за ним тенью, и уже отдавал ему распоряжения:

— Отвезешь её на мою квартиру. Я к Игорю. От неё ни на шаг.

— Всё понял.

И не взглянув на Майю, Борис быстрым шагом отправился к стоянке, где его уже ожидал автомобиль.

— Пойдемте, — обратился к ней Егор.

— Вы теперь выступаете в роли моего телохранителя или охранника? — чуть насмешливо поинтересовалась Майя, но ни один мускул не дрогнул на лице вампира. Видимо, ему не впервой выполнять такие поручения. — Я бы с радостью последовала за вами, но, может, сначала мне вернут трость? Сандровский дал на это добро.

Вот тут Егор неожиданно покраснел. Майя удивилась — неужели воины Сандровского умеют краснеть? Ещё не до конца ожесточились?

— Извините, — пробормотал Егор, и уже через несколько секунд Майя опиралась на серебристую трость.

— Так значительно лучше. Теперь везите меня в берлогу князя Сандровского.

Её так и подмывало спросить про телефон, но она решила воздержаться. Всему своё время.

Егор сам сел за руль, и за время дороги несколько раз Майя ловила на себе его задумчивые взгляды.

— Егор, что-то не так? Почему вы на меня постоянно бросаете взгляды? — миролюбиво поинтересовалась она. К тому же, ей надоело молчать. За разговорами и время быстрее проходит.

— Я хотел сказать, что вы хорошо держитесь.

— Хорошо? Что это значит в вашем понимании?

— Ну…. Вас похитили, и вы не истерите, ведете себя достойно.

— А было бы лучше, если бы вам пришлось меня утихомиривать? — Майя улыбнулась и немного расслабилась. Не так страшен черт, как его малюют. — Я представляю эту картину — вы меня скручиваете, связывая по рукам и ногам, и ещё кляп в рот.

— Думаю, до этого дело бы не дошло.

— Кто знает, кто знает….

На самом деле, Егор думал о другом — Борис впервые отдал распоряжение привезти девушку к себе на квартиру. До этого он отвозил их или в родовое поместье, или в гостиницы. И никогда — к себе.

Для Бориса квартира была его убежищем. Он и братьев в ней особо не жаловал. Это была его территория.

Но Егор не привык обсуждать приказы хозяина. Раз он так решил, значит, так и надо.

Квартира Бориса находилась в центре города и занимала весь верхний этаж элитного дома. Стеклянные стены открывали ночную панораму на город, и Майя, оказавшись внутри квартиры, сразу подошла к одной из стен. Как красиво…Такую красоту она видела только в кино. Самым роскошным домом она считала дом Юнгера, но тот относился к ретро-постройкам. Тут же всё было обустроено по последнему слову техники и отличалось минимализмом. Огромная гостиная, в которой из мебели был лишь диван, столик и два кресла. Встроенный бар. Большой плазменный телевизор на стене.