Война (СИ) - Ильинская Яна Игоревна

— Я еще надеюсь.

— Спасибо за Стенли.

— Видел бы ты его, — внезапно рассмеялся Иллар.

— Был в ярости? — не удержался от улыбки Потанг.

— Врезал мне прямо при Курхоте, и потом устроил разборки в лагере.

Потанг рассмеялся.

Тяжесть, довлевшая над ними десяток лет, дала небольшую трещину.

Они продолжили осмотр. Река заполнила очищенные и углублённые рвы, из воды лишь торчали заостренные колья. Бруствер у края рва увеличился.

— На сколько метров углубил Бахтин ров? — спросил Иллар, не надеясь на ответ.

Но Потанг ответил:

— На восемь.

— А расширил, — задумчиво проговорил Иллар, — до десяти. Как он успел?

— Тебе может не понравиться ответ, Иллар. Если ты щепетилен, как королева. Она была недовольна решением Бахтина. Но согласилась не вмешиваться.

— И как?

— Бахтин переловил в городе всех карманников и мелких мошенников. В столице была настоящая охота за ними. Он выдворил их всех сюда, заодно выгнал из города нищих и присоединил к ним заключенных.

— И что?

— Всех нищих и увечных осмотрели. Половина из них была здоровей, чем мы с тобой. Он выдал им и преступникам лопаты и кирки. И заставил работать.

— Чем была недовольна королева?

— Они были в цепях.

Иллар кивнул. Жестокая мера. Но Бахтин был прав.

— И куда он дел настоящих увечных?

— Отправил в горы. Подальше, чтобы не мешались.

— А где сейчас те, что копали в цепях.

— Ты немало встретишь их на улицах города. И многие давно не в цепях. Некоторые присоединились к солдатам. Ты не представляешь, насколько воришки оказались меткими стрелками.

— Зоркий взгляд.

— И отменная реакция.

Они рассмеялись.

— Глубина на всем протяжении такая?

— Да.

— А кладка стены?

— Пониже дна.

— Значит, подкоп сделать не реально?

— Мы не можем так утверждать.

Они закончили осмотр речными воротами. Место, где река входила в город, претерпело значительные изменения. И даже не тем, что уровень воды понизился за счет рва. Если арку и невозможно было усилить, то дополнительную решетку Бахтин поставил. Как и усилил береговые башни, построив со стороны города, Иллар видел это через решетку, целые каменные стены. Если противник разрушит решетку и прорвется в город на плотах или на лодках, стрелки на башне и стене сметут их стрелами. Дополнительно из воды торчали уже не деревянные, а железные колья.

— Такое воришкам не под силу, — только и мог сказать потрясенный Иллар.

— Нет, тут работала целая артель каменщиков. У них имеется толковый инженер. Он руководил всеми работами. Но Бахтин и сюда привлек жителей. Я видел и подростков, которые обтесывали камни и женщин, которые месили раствор.

— Раствор успел схватиться, башни не развалятся?

— Ну, был момент, когда мы боялись, что зарядивший дождь размоет свежую кладку. Но, к счастью, через несколько дней он прекратился.

— Кандир сказал, ты помогал ему и Бахтину. Здесь, на реке?

— Сначала да, но потом мы устанавливали метательные машины. Учились управлять, пристреливали их, смотрели на дальность, решали, где удобней их поставить.

— Теперь надо учить этому войска Хайдира и Ботрана.

— Ну, думаю, там тоже не новички, справятся.

— Пристреливались? — Иллар кивнул он на видневшиеся из башенных бойниц арбалетные луки.

— Было и такое.

— И какова дальность?

— Стена спокойно простреливается с двух башен. Штурмующим будет нелегко под таким обстрелом. Но если противник установит перед своими осадными машинами брустверы или даже деревянные щиты, стрелами не пробьем. Только каменными ядрами.

— Ну, для того они и делаются. В столице еще двое речных ворот, — продолжал расспрашивать он Потанга. — С ними то же самое?

— На одном месте Бахтин поставил шиты. Бревна, обитые железом, — пояснил Потанг. — Вода в реке, после того как прорыли сток во рвы, обмелела, мы смогли поставить щит как можно ниже.

— Но не до дна?

— Поставив на дно, мы запрудили реку. Сейчас там небольшой потоп, пришлось приподнимать.

— Чем крепится щит?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Цепями. По углам и по краям.

— К решетке? Это надежно?

— Беренс сказал, что больше ничего нельзя сделать. Усилить башни мы не успевали. Но там река узкая и арка более надежна.

— А если построить дамбу, чтобы река огибала город, а не текла через него. Тогда укрепления будут надежней.

— Ставить кладку на илистом дне реки — пустая трата времени. Да и Бахтин не решился лишить город реки. Иначе гасить пожары будет нечем.

— Что с третьими речными воротами? Как дела обстоят с ними?

— То же самое. Но там расстояние меньшее, так что сооружение проще.

Иллар вернулся к лагерю беженцев без Потанга. Тот решил осмотреть остальную часть внешних крепостных стен.

В лагере дымились костры, вода кипела в чанах, и варилась горячая еда. Первые подводы раненных и детей двигались в ворота города.

Карташа и сопровождавших его женщин нигде не было видно. Иллар направился к лекарской палатке и не ошибся. У Карташа только закончили менять повязку. Он был вымыт и переодет, а свежая мазь намного облегчила его боль. Его лицо выражало облегчение. Девушка, наоборот, с отрешенным лицом, с болью в глазах, стояла у другой палатки.

— Твоя мать? — кивнул Иллар на палатку, — с ней что-то серьезное?

Девушка недоуменно подняла на него глаза, потом неуверенно кивнула. Иллар заглянул в палатку. Лекарь недовольно оглянулся, но, узнав Иллара, разрешающе кивнул. Женщина лежала на постели, и, казалось, спала.

— Я дал ей укрепляющий и согревающий настой. У нее застарелая лихорадка. Без надлежащего ухода ей не долго бы осталось.

— Мы можем ей помочь?

— Думаю всё возможно. Не место ей, конечно, в осажденном городе.

— Эта болезнь ведь не заразна? Если перенести её во дворец, там будет удобней?

— Нет, болезнь не заразна. Обитателям дворца ничего не грозит. И, несомненно, во дворце будет удобней. Если вы настаиваете, я распоряжусь.

— Пусть с ней будет её дочь, она поможет ухаживать за ней.

— Дочь?

— Она стоит у входа.

— Как прикажите.

Иллар вышел и сказал девушке:

— С ней все будет в порядке. Ей нужен особый уход. Во дворце можно его обеспечить. Тебе разрешат находиться с ней.

Лицо девушки просветлело, но ответила она не сразу.

— Спасибо, — наконец, произнесла она. — Я подумаю.

— О чем ты подумаешь? — недоуменно переспросил Иллар.

— Ни о чем, — решительно тряхнула головой девушка. — Спасибо.

— Пройдемся? — предложил Иллар. — Я хотел бы услышать, как вы шли. Как тебя зовут?

— Кандия, — с заминкой ответила девушка.

— Ты видела битву? Ты видела войска Курхота?

Девушка кивнула.

Они шли по лагерю, Иллар спрашивал, она отвечала. О битве за Переправой, как шли они к Алмике, битва под столицей Арилазы, потом на границе. Многое ему уже рассказали, но он с удовольствием услышал подтверждение тому, что Хайдир прислушался к его просьбе. К этой группе беженцев илонийцы отнеслись с особой внимательностью, что, впрочем, не исключило трудности пути и болезни как людей, так и лошадей.

Неожиданно спросила она:

— Мы слышали странные вещи, когда шли сюда, лорд Иллар.

Иллар напрягся. Он сразу понял, о чем была речь.

— Почему же пришли? — с деланным равнодушием, давшимся ему нелегко, спросил он.

— Вы обещали, что примете нас.

— Если вы верите, что я предатель, то грош цена моему приглашению. В таком случае вы рискуете угодить в ловушку.

— Мы рискнули.

— А зачем вы рискнули? Почему вы не пошли в Стокс, ведь это логично? Основная масса беженцев Кордии сейчас в Стоксе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Девушка промолчала.

— Как самочувствие королевы? — спросил Иллар, не дождавшись ответа.

— Если встретим, я справлюсь, если меня допустят до неё. И почему бы вам самому не послать вопрос в Сегот? Ведь она там.