Спуск к ядру - Максим Балашов

в их отношении к Четвёртому. Крог воспринимал медведя как обычную систему безопасности — бездушный механизм, пусть и в мохнатой оболочке. Но по дрожи в руках Дрога, по тому, как его голос становился на тон выше при упоминании погибшего стража, было ясно: для него это был не просто зверь, а верный друг. Точно такой же, как Умка для Краса. В груди героя что-то болезненно сжалось — он слишком хорошо понимал эту боль.

Решив перейти к делу, Крас рубанул воздух ладонью:

— Призрак Холпека украл душу Умки. Поможете вернуть?

Эффект был как от разорвавшейся бомбы. Братья разинули рты так, что, казалось, вот-вот выпадут окладистые бороды. Посыпались вопросы: «Как?», «Где?», «Когда?». Крас подробно, со всеми кровавыми подробностями, изложил историю экспедиции. Особенно настаивал на главном: у него сохранился коготь Умки — значит, с биоматериалом проблем нет. Но, к его разочарованию, кузнецов больше волновало не трагическая история, а сухие цифры.

— Сколько руды добыл? — перебил его Крог, пальцы уже по привычке теребя воображаемый слиток.

Крас скривился:

— Сорок пять кубов.

Лица братьев осветились, будто они узрели саму Преисподнюю. Крог даже потёр руки с таким видом, словно собирался разделывать праздничного поросёнка.

— О-о, этого нам хватит на столетия! — просипел он, воображая уже будущие творения.

— Бородатый, губёнки то закати, я дам только то, что полагается для изготовления мобильных пустот и за работу. Готов заплатить пять процентов за переработку руды.

Голос Краса звучал твёрдо, как закалённая сталь, с той самой жилкой дельца, что заставляет трепетать даже опытных переговорщиков. Внутри же клокотала ярость — его бесила эта гномья алчность, превращающая священный акт возрождения в грязный торг. Но сейчас требовалось не эмоции выплёскивать, а понять главное: есть ли шанс вернуть Умку?

Кузнецы же вели себя как заправские рэкетиры. Крог, обнаглев до предела, демонстративно поглаживал рукоять молота, на котором вдруг появилась свежая кровь какого-то несчастного.

— Малыш, — сипел он, — ты отдашь половину за переплавку, а вторую — продашь нам. Или ты всерьёз думаешь, что можешь сказать «нет» божественным кузнецам? — Его жирная усмешка растянулась до ушей. — Сейчас твоя задница стоит больше, чем все обещания Уравнителя. Что мешает мне просто… — Молот со звоном опустился на наковальню, — отобрать всё, выкинуть твой труп в шахту, а матрицу спустить в колодец душ?

Говоря эти слова, Крог демонстративно поглаживал молот. Эта картина заставила Краса думать гораздо быстрее. Он разогнал сознание и стал говорить сам с собой.

«Твою мать, вот что делает астролитит с разумными, похоже на золотую лихорадку на Земле, когда за кусок цветного метала, люди готовы глотки друг другу перегрызть. И что теперь делать? Я рассчитывал выменять руду на что-то по настоящему ценное, ну или хотя бы на возврат сознания Умки и её возрождения, а по словам Гирохи и этих олухов это не возможно, призрак никогда не вернёт её душу. Так, ладно, об этом подумает потом, сейчас главное не сыграть в деревянный макинтош и остаться целым. Нужно что-то срочно придумать.»

Мысли метались как пойманные в ловушку звери:

«Чую Ведом этих уродов не запугать, они уже пояснили, что руда за моими плечами стоит дороже его расположения. Может предложить что-то взамен в будущем. Стоп, скорее наоборот, если брать на понт, то по крупному».

Внешне же Крас оставался ледяным. Лишь едва заметное подрагивание левого глаза выдавало бурю внутри.

— Крог, а ты ничего не попутал? Как я понял, Ведом вас пугать — без толку, хотя я и не уверен, что он встанет на мою сторону и защити. Вот только вы же помните, что у меня идеальная память, и я помню все разговоры, что когда-то вёл, все книги, которые когда-то читал? Помните? — Крас замолчал, и вопросительно уставился на братьев. Его монолог явно заинтриговал их, и они ждали продолжения. — Так вот, уравнитель сказал, что когда-нибудь я стану очень сильным вольным наёмником, и смогу вершить судьбы целых миров. И как вы думаете, что мне лучше запомнить о Холпеке, то, как меня ограбили и убили, или? — Глаза Краса вспыхнули холодным синим огнём, — мир, который мне помог? Десять процентов — и ни грамма больше.

В пещере повисла гнетущая тишина. Дрог открыл рот, впечатлённо потирая бороду. Пламенная речь Краса явно подействовала на божественных кузнецов. Крог аж присвистнул, удивившись его красноречию. Крас заметил, как тень сомнения скользнула по лицам братьев. Они долго переглядывались между собой, возможно даже общаясь так, втайне от посторонних ушей, и спустя пару минут Крог заговорил.

— Морф, ты давай с козырей-то не заходи. — Он нервно провёл рукой по наковальне. — Мощный и властный вольный наёмник это когда-то там, в будущем, возможно через тысячи лет, а руда она здесь и сейчас. И знаешь, хорошее быстро забывается, а плохое нет. Когда ты станешь очень сильным, ты про нас забудешь десять раз. — Остывшим голосом ответил Грог, в нотках его интонации герой даже уловил страх.

Крас заметил, как тень сомнения скользнула по лицам братьев. Они стояли теперь не так уверенно, словно почва под ногами внезапно стала зыбкой. В воздухе витал невысказанный вопрос: стоит ли сегодняшняя добыча возможной мести в будущем?

Губы Краса дрогнули в едва заметной победоносной ухмылке — его блеф сработал лучше, чем он ожидал. Он видел, как в глазах Крога мелькнуло понимание: этот «малец» действительно может однажды стать угрозой.

— Повторяю в последний раз, — голос Краса звучал сладко, как мёд с ядом, — я ничего не забываю. Ни-че-го.

Дрог, всегда бывший более дипломатичным из братьев, поспешил разрядить обстановку:

— Ладно, десять так десять, этого тоже достаточно! — Он хлопнул себя по лбастому челу, будто только что осенило. — А может, тебе ещё что пригодится на обмен руды? Отличная котомка, например? Или лёгкие доспехи? — Его пальцы нервно перебирали пряжки на фартуке, выдавая внутреннее напряжение. Казалось гномьи великаны из атлантов превратились в учеников начальных классов.

Эти тысячелетние кузнецы, пережившие не одну эпоху, понимали простую истину: с потенциально опасными людьми лучше сохранять шаткий мир, даже если сейчас они — всего лишь пылинки на ветру истории. Как говорили древние: «Хочешь пить из золотого кубка — поддержи дружбу с подмастерьем». Ну или как на Земле говорят: «Если хочешь стать женой генерала, выходи замуж за лейтенанта.»

— Вот это уже деловой подход, — лицо Краса озарилось хищной улыбкой. — Котомка как раз в