Обитель отверженных магов (СИ) - Кели Яна

– Мы стоим за тех, кто один из нас. Кай смог доказать это.

Ая снова смеялась:

– А я никогда не была одной из вас, да? Потому что… что? Не рассказала про свое прошлое? Когда вы насмехались и наезжали толпой? Или потому, что была сильнее, и это мозолило глаза!

– Мне надоел этот разговор, – Оля, до этого как-то размякшая, снова собралась и уставилась на Аю когтистым взглядом. – Будешь с нами дальше или одна – как хочешь, просто знай: одна ты не выживешь. Не мы, так сломают тебя они. Сама же понимаешь, магам не рады, дай только повод. У них уже есть миллион причин считать тебя неконтролируемой, повезло, что вернули. Но боюсь, это последний шанс, поэтому советую…

– А как же наша маленькая потасовка в душе? Забыла?

Оля замолчала.

– Или тебя там не было? Никогда не поверю. Вечно строишь из себя взрослую и равнодушную к их движу, но ведь ты всегда в курсе, что делают ребята, так?

Старшая глядела в сторону, рот чуть приоткрыт, она будто медленно выдыхала.

– Они и шага не ступят без твоего одобрения, и уж тем более Мирим!

Эта тихоня, ментальный маг, сама боялась способностей, и только дружба с лучшими помогала держаться на плаву. Если бы Оля одобрила… Ая была уверена, что Мирим бы сделала что угодно, лишь бы не выпасть из-под ее крыла.

– Ведь она стерла мне память?

Ая вытянулась, стараясь рассмотреть в лице Оли что-то. Думала, упоминание ситуации ее напугает или хотя бы взволнует, ведь все шло не по плану: жертва обо всем догадалась! Но девушка напротив теперь равнодушно смотрела, даже высокомерно. Как тогда, у стадиона.

– Знаешь, что в твоем файле? – сказала Оля, проигнорировав выпад. – Первое, что бросается в глаза – портрет.

Разве курсанты должны видеть чужие файлы? Или старших это не касается? Зачем вообще Оля смотрела?

– Лицо, будто ненавидишь людей, – продолжила девушка, отчеканивая каждое слово. – А еще заключение профайлера: склонность к жестокости, небезопасность. Это и мое первое впечатление. Дураку ясно, такой эспер и в патруле…

Все-таки причина была.

– Иди спать, – приказала Оля. – И не слоняйся по центру, пока не назначат дежурство.

С этими словами старшая курсантка удалилась в комнату. Умудрилась даже не хлопнуть дверью.

А Ая все стояла, откинувшись к стене и упрямо сжимая кулаки. Хотелось показать, что Оля тут не главная, назло вернуться. Но если идти назад, к куколке не попасть, момент упущен. Поэтому Ая просто оставалась в коридоре, будто этот маленький бунт мог помочь.

Все двигалось, крутилось, но она стояла на месте. Ее по-прежнему ненавидели, она по-прежнему была лишней. Почему же так стремилась сюда? Неужели для того чтобы чувствовать себя своей, нужно было быть как Оля? Заслужить место в стае шакалов, набиваться в друзья… тогда бы старшая закрыла глаза на натуру Аи? Позволила бы монстру держаться рядом? Или нужно было льнуть, как Дельфиния, ко всем, кто пахнет властью…

Ая не хотела идти в комнату, но какой выбор? Так старательно бежала, чтобы снова забраться в тупик.

Стало интересно, что бы сейчас уловила Ева? Какой увидела Аю? Снова чудовищной, желающей все разрушить?

Все дело в даре? Поэтому она была такой? Магия отравляла и мешала быть доброй, нормальной, желать контактов. Не источать нечто столь неприятное, что хочется стереть, убрать с глаз.

Магия – это проклятье…

Почему-то вспомнился Джей: как он метался после ситуации с автобусом. Сотворил что-то совершенно нечеловеческое, ненормальное. Что-то, выходящее вон, даже для эспера.

Джей боялся магии, он бы точно хотел избавиться от нее. Положил бы себя под скальпель, вырезающий опасность, прежде всего, для других. Ая была уверена в этом, ведь он спас девушку на переходе. Если бы не он, она бы не успела даже поплакать.

Если бы не он, ничего бы не было: этой разрушенной дороги, этих орущих машин, этих охающих людей. Джей мог спокойно стоять, смотреть, отвернуться, в конце концов. Сделать вид, что не заметил, что это не его дело. Но он использовал силу, даже не думая. Он был похож на человека, который делает что-то спонтанно. Перед глазами стояла картинка, как он задавал глупые вопросы и подливал Ае кофе, нелепый в своем переднике, но в этом было столько непосредственности! А на перекрестке парень рискнул своей и так ограниченной свободой и забыл о страхе ради человека, которого даже не знал.

Разве было бы лучше, исчезни девушка под тяжестью металла? Одна оборванная жизнь против вожделенного спокойствия – заплатила бы эту цену Ева? Лишь бы не разрушался ее хрупкий красивый мир. Мир, где эсперы должны доказать свою безопасность. Мир, где вытащат зубы и когти, посадят в клетку. А если не поможет, выбросят поломанное на задний двор. Неважно, живое или мертвое.

Да, Оля лукавила, говоря, что для ненависти ничего не нужно.

Глава 36. Последний шанс

В груди что-то трепыхалось, но Ая была неподвижна. Она осталась одна в комнате: утром Элина ушла на смену, а Ая так и была не у дел. Осмотр медика не помог, Ева не собиралась допускать до дежурств, а Оля следила за каждым шагом.

А еще перед глазами постоянно возникало лицо учителя, который зачем-то просил жить. Что-то внутри хотело поддаться. Может быть, он прав. Если Ая послушает, тогда все будет иначе?

Идея напрашиваться на задание почему-то перестала казаться такой удачной. Ая могла бы просто сидеть в академии, не спешить, плыть по течению. Так и пыталась раньше, и всегда мешало то, что хотела быть лучше, сильнее остальных, вырваться. Но почему-то отчаянные гребки относили все дальше от цели. Почему-то оказывалось, что течение против Аи. Или она просто не умела выбирать направление.

Она не понимала, почему все так зыбко, почему под ногами трясина? Ведь выбралась из болота, ушла. Но оно не отпускало, почему-то болото шло вместе с Аей.

И она думала о синих хрусталиках глаз, тех, что были во сне, и тех разноцветных, что ужасающей правдой открылись наяву. Сломанные. «Те, кого никто не стал бы искать» – лицо Левина было твердым, когда упоминал о несчастных объектах, но не так, что полон решимости, нет, скорее, злости. Родители не понимали последствий или им все равно, или их просто не было – решал кто-то еще.

Стал бы морион держать Мишу в камере?

Воспоминания о жуткой картине в лаборатории стягивали грудь печальными нитями. Может быть, и ребята, и Ева правы: Мише будет лучше, если выпустить из нее энергию. Если в процессе умрет… хотя бы больше не будут использовать. Девочка так и не увидит мира, полного лицемерия и ненависти. Не будет лежать беспомощно, как тот мальчик в больнице, охраняемая лишь странной тенью.

Ая поймала себя на том, что хотела бы оказаться там. Снова положить голову на постель, закрыть глаза в темноте, настроиться на магнетизирующий голос. Послушать еще немного о куколках и метаморфах.

Послушать о себе.

Забраться в болото глубже.

Ая дернулась. Уже некоторое время она стояла у окна, уставившись на холмы вдалеке, и сжимала полы кителя. Руки дрожали.

Она бросилась на кровать и достала коммуникатор. Стала искать упоминания морионов в сети. Но видела лишь объявления про камни: продажа, изготовление, заговоры, сглазы и прочая пошлость. Затем попыталась найти что-нибудь про Левина. Но в общедоступной базе – ничего. Никакого реального мориона, охраняющего от злых чар. Про куколок тоже пустота, и вообще не попадалось чего-то о магии, хоть немного похожего на правду. Зато много предложений сомнительных экстрасенсов, явно шарлатанов. Связь с призраками, привлечение успеха… А еще, конечно, море критики в сторону эсперов. Этого в достатке.

Дверь открылась, кто-то заглянул. Ая была так увлечена пролистыванием бесполезного спама, что даже не подняла головы. Послышался усталый голос Кая:

– Повезло тебе, Крылова. Прохлаждаешься.

Парень лениво прошел по комнате и плюхнулся на койку Элины. Ая сверлила его взглядом: что-то подозрительно.