Будет только хуже (СИ) - Виктор Климов

Раньше хоть был нормальный интернет, и можно было убить время, сидя в соцсетях или в какой-нибудь отупляющей игрушке. Сейчас же сеть если и появлялась, то тупила нещадно, да и заточена была, в первую очередь, на передачу официальных новостей, правительственных сообщений и сигналов МЧС на случай движения радиоактивных облаков с возможными осадками.

Под рукой сама собой оказалась аптечка, а в ней нашлись таблетки анальгина, и Влад проглотил сразу две, чтобы заглушить тягучую боль в ноге. Была мысль даже воспользоваться м@рфием, но Алексей запретил, сказав, что это совсем уж на крайний случай, и вообще без должного лечения от него по итогу может стать только хуже. Ну, хуже, так хуже. Значит, шприц подождёт. Хотя к анальгину у Влада выработалась привычка ещё несколько лет назад, и он, если что, пользовался гораздо более сильными обезболивающими препаратами. Но таковых, кроме морфия, в наличии не оказалось.

В какой-то момент, Влад понял что засыпает, но сны были тяжёлые, от них болела уже не только нога, но и голова. В один из моментов сонного забытья, он опять увидел Алю. Они шли вместе куда-то по парку, она улыбалась и была, как всегда, весёлой и озорной, смотрела на него, а он рассказывал какие-то анекдоты. Вот они остановились, Аля обхватила его руками за шею и потянула к себе. И Влад ощутил прикосновение её губ и вкус малиновой помады.

Резкий звук клаксона безжалостно вырвал его из вязких объятий сна в реальность.

— Куда прёшь?! — кричал в открытое окно капитан какому-то водиле, у которого похоже совсем сдали нервы и он пытался прорваться вперёд, царапая соседние автомобили, в том числе и их «патриот».

Влад потянулся в кресле, суставы хрустнули. Если честно, то царапина на двери автомобиля сейчас его волновала меньше всего.

— Не понимаю.

— Чего?

— Куда они все прут? В Москву?

— Скорее всего, — подтвердил Алексей.

— Но должны же быть какие-то планы по рассредоточению населения. То, что происходит — не правильно.

— Не правильно, — согласился пограничник. — Только мы имеем дело не с людьми, а с толпой безмозглых баранов! — последние два слова он вновь выкрикнул в открытое окно. — Баранов, которые решили, что если Москва устояла, то она неуязвима и к тому же, как никогда резиновая!

Видно было, что движение со скоростью улитки его тоже начинало выводить из себя. Влад ощутил лёгкий укол чувства вины, а виноватым он себя ощущать не любил. Особенно тогда, когда от него не шибко что и зависело.

— Они думают, что там мёдом намазано! А о том, что туда может прилететь далеко не одна боеголовка, предпочитают не вспоминать. Начинаю думать, что кто-то осуществил очередную диверсию. И не факт, что это сделали внедрённые агенты, а не какие-нибудь тупые бараны!

— Я когда в лагере работал, людей вывозили, правда, тогда только автотранспортом и поездами. Взлётную полосу только-только начали восстанавливать, чтобы можно было тяжёлые транспортники принимать. Не успели, — он вздохнул, вспоминая лагерь. — Раздавали памятки, вели разъяснительную работу.

— Значит, кто-то провалил свою работу, Влад, — жёстко произнёс Алексей и обматерил очередного нетерпеливого водителя, подпиравшего их сзади.

Нет ничего страшнее по своей тупости и беспощадности, чем толпа, объединённая какой-то одной идеей: мести, расправы, спасения жизни… Люди теряют возможность рационально мыслить и принимать взвешенные решения. Готовы затоптать друг друга, не обращая внимания на крики и вопли упавших им под ноги менее удачливых сограждан.

А ещё толпа имеет такое свойство, как возможность внезапного появления в месте, где её совсем не ждёшь.

Вот и сейчас, вместо того, чтобы понять, что как раз сейчас надо бежать как можно быстрее и дальше от крупных городов, особенно уцелевших милионников, которые в любой момент могут стать целью для очередного ядерного удара, народ ломится в столицу, которая каким-то чудом отбилась от атаки первой волны.

Отбилась раз? Значит, отобьётся ещё раз! Где больше всего капитала и ресурсов было сосредоточено до войны? В Москве! А значит надо ехать туда. Все же едут туда, так? Вот, значит, есть для этого причина. Значит, и я с семьёй поеду! Нагружу свою колымагу по максимуму скарбом и поеду.

Но у Влада всё-таки оставалась надежда, что власти в какой-то момент возьмут ситуацию с беженцами под контроль, даже учитывая нехватку личного состава в МЧС, и не мытьём, так катаньем, не уговорами, так пинками разгонят людей по стране, чтобы спасти как можно большее количество граждан.

— Откуда они только бензин берут, — задался риторическим вопросом Алексей. — Вроде все АЗС под контроль взяли, реализация топлива ограничена, а они вон какое стадо образовали!

— Чёрный рынок, — ответил было задремавший Влад. — Не поверишь, но у барыг чего только нельзя купить. Я как-то на тушёнку выменял антибиотики. Почти все банки тогда отдал. В лагере лекарства все под строгим учётом, постоянно не хватает, а у этих — без проблем! Главное — плати.

— Расстрелять таких н@хрен и делу конец! — возмутился Алексей.

— Так и расстреливали, а толку-то? Цена только возрастала. Наценка за риск, понимаешь ли. Барыги всегда были, есть и будут.

— Но это же не значит, что с ними не надо бороться!

— Бороться надо, кто же спорит. Если бросить всё на самотёк, то будет в разы хуже.

Когда уже даже обычно флегматичный Влад готов был взорваться от долгого нахождения в пробке, впереди внезапно появились заграждения блокпоста и солдаты, методично проверяющие документы у всех проезжающих.

Видно было, что часть автотранспорта отправляли в отстойник. Скорее всего, это были те, кто не смог подтвердить свою личность и право владения на автомобиль. И это несколько обнадёживало: значит это не из-за них, а по какой-то другой причине. Мао ли кого могут искать. Да хоть бы того же американского посла!

— Документы! — строго произнёс подошедший военный, когда Алексей опустил окно. Казалось, вид военной формы и капитанские звёздочки Алексея на него не произвели абсолютно никакого впечатления. Налицо был резкий контраст между тем, как их досматривал поутру патруль.

Какие именно документы его интересовали, он не пояснил — права, ПТС или пропуск на них двоих — поэтому Алексей решил выдать сразу по максимуму, протянув сразу несколько карточек и бумаги, а заодно паспорт Влада, который каким-то непостижимым образом сохранился у него ещё с

Получив от пограничника документы, лейтенант долго их изучал, буквально перечитывая каждый лист. Несколько раз посмотрел в лицо Алексею, потом Владу. Что-то набрал на планшете. Долго ждал ответа. Причина образования пробки становилась понятной — если так пробивать каждого водителя