Путин навсегда. Кому это надо и к чему приведет - Владимир Большаков

Не случайно у ныне покойного депутата Виктора Илюхина (КПРФ) после обсуждения пакета законов о коррупции создалось впечатление, что "контроль будет где-то внизу, а в верхних эшелонах власти его не будет".

Маска, мы тебя знаем

Справедливости ради отметим, что за 20 лет, в течение которых в России шла борьба за принятие закона о коррупции, с ней все же боролись. Даже вышеприведенные цифры о судебном преследовании коррупционеров, хотя, как правило, это мелкая сошка, говорят об этом. Несомненно, что противодействие коррупции в государстве, где взятки не берет только ленивый, дело не простое и не быстрое. В РФ опубликованы тома литературы, посвященной этой теме, и чаще всего правящему тандему ставили в вину не столько неспособность одолеть коррупцию, сколько нежелание с ней бороться. Несомненно, пойти на действительно радикальные меры для борьбы с таким злом, нелегко и сопряжено с большим риском. Прежде всего, потому, что доля государства в национальной экономике слишком мала для того, чтобы противостоять мощным олигархическим кланам. Кроме того, государственный чиновный аппарат, коррумпированный даже по официальным данным на 80 %, саботирует любые попытки прорыва на антикоррупционном направлении. Примеров того, как руководители министерств и ведомств, депутаты, сенаторы, губернаторы и мэры ложились костьми, чтобы вызволить из следственного изолятора своих уличенных в коррупции коллег, чаще всего подельников, великое множество. В судах по-прежнему действует телефонное право. Таможня, сколько ее ни перетряхивали, по-прежнему напоминает решето, через которое в Россию просачивается любой необходимый криминальным дельцам товар. Всюду царит кумовство, и орудуют тесно спаянные кланы, по сути, мафиозные группировки. В Государственной Думе и Совете Федерации, в региональных парламентах профессиональные лоббисты пробивают законы и подзаконные акты, в которых заранее закладывают лазейки для коррупции и прикрывают потенциальных коррупционеров. В стране такое количество неприкосновенных лиц, что любой следователь десять раз подумает, прежде чем, даже с неопровержимыми уликами в руках, предъявить обвинение VIP-коррупционеру. И любой прокурор должен обладать немалым мужеством, чтобы такое обвинение поддержать. Коррупционеры открыто используют свой административный ресурс, чтобы уйти от ответственности самим и выручить своих подельников. Особенно на местах.

Не секрет, что в ряде регионов РФ власть и криминал действуют синхронно. В этот союз нечестивых вовлекаются правоохранительные и судебные органы. Люди, идущие во власть, не могут не учитывать страшной реальности современной России. В противном случае им об этом напомнят.

Все знают, почему в сентябре 2006 г. от пули киллера погиб первый зампред Центробанка А.Козлов. Его "заказали", как только он попытался пресечь операции связанных с криминалом банков, занимавшихся обналичкой и отмыванием грязных денег. И он - далеко не единственная жертва трижды преступного альянса чиновников и воров. Рыбная мафия на Дальнем Востоке расправлялась и не раз не только с теми таможенниками и пограничниками, которые пытались пресечь незаконный вылов и экспорт рыбы и крабов, ной сих семьями. Все знают, что журналистов, копающих слишком глубоко, может постигнуть та же самая судьба- Россия держит первое место по числу моих убитых коллег, опережая даже районы боевых действий в Афганистане и Ираке. Так что, критикуя тех, кто пришел во власть и пытается противостоять коррупции, будем помнить надпись в одном салуне времен освоения американского Дикого Запада: "Не стреляйте в нашего пианиста! Он делает только то, что может".

Громкие коррупционные аферы пришлись в основном на второй президентский срок Путина, когда президентская власть окрепла и влияние ельцинской "семьи", по сути международной мафии, стало постепенно сходить на нет. В мае 2005 года были сняты со своих должностей два десятка высокопоставленных чиновников ФСБ, МВД и Федеральной таможенной службы, а также прокуратуры. В тот же год по России началось расследование порядка 20 уголовных дел о должностных преступлениях, связанных со злоупотреблениями на таможне. Конечно, все это, как заявил тогда Президент Путин, "результат целенаправленной длительной работы правоохранительных органов- прежде всего, ФСБ и Службы собственной безопасности самой таможни". Тогда же он пообещал, что будут новые отставки и даже аресты провинившихся чиновников и силовиков. И они последовали.

Задержанные таможенники указали на причастность и трех весьма высокопоставленных сотрудников ФСБ- замначальников ОРУ службы по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом генерал-майора Евгения Колесникова и генерал-майора Александра Плотникова и замруководителя Службы экономической безопасности, начальника Управления по борьбе с контрабандой и незаконным оборотом наркотиков генерал- лейтенанта Сергея Фоменко. Их, как и сотрудников МВД, также отстранили от занимаемых должностей "за неоднократные и грубые нарушения служебной дисциплины". Но это - формальный повод. Дело было куда серьезнее. В 2005 году по обвинениям в коррупции были освобождены от должности четверо членов Совета Федерации. Это сенаторы Борис Гутин, делегированный от Ямало-Ненецкого автономного округа, Александр Сабадаш - от администрации Ненецкого автономного округа, Игорь Иванов- от администрации Приморского края и Аркадий Саркисян - от Верховного совета Хакасии. Как заявил политолог Станислав Белковский, отставки этих генералов ФСБ были непосредственно связаны с отзывом из Совета Федерации сенаторов Александра Сабадаша и Аркадия Саркисяна.

"Сабадаш и Саркисян, - считает Белковский, - смогли создать собственные силовые империи, экономическая деятельность которых зачастую шла вразрез с интересами кремлевских силовиков. Они выстраивали не подконтрольные Кремлю коммуникации с рядом начальников региональных управлений ФСБ и главами региональных МВД, а также с некоторыми видными сотрудниками центрального аппарата этих ведомств. Например, с генералами Плотниковым и Колесниковым".

18 ноября 2007 г. был арестован заместитель министра финансов Сторчак, который по сообщению следствия пытался в сговоре с двумя крупными российскими предпринимателями похитить несколько миллионов долларов из государственного бюджета. За его освобождение развернулась настоящее сражение на высшем уровне - Сторчака то освобождали под подписку о невыезде, то опять отправляли на нары. И уже в этом перетягивании каната даже не умудренный опытом наблюдатель мог понять, как все в нашей стране по части коррупции запущено.