Танцы во льдах - Александра Лисина

Немного помявшись и освоившись, уже вполне уверенно огляделась, проигнорировала отвисшую челюсть своего нахального помощника. Из вредности показала ему язык. Наконец, решилась и, мощно оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, стремительно прыгнула прямо в пропасть. Легко перелетела через громадную яму, с замиранием сердца проследила за проплывающими внизу облаками. Но уверенно приземлилась на пару сотен шагов ниже, удовлетворенно рыкнула и прыгнула снова. Убедилась, что тело отлично слушается и способно на большее, улыбнулась, выдохнула горячий пар, полюбовавшись тем, как он замерзшими искринками падает на обледеневшие камни. А потом и вовсе помчалась со скоростью дикого ветра, уже не обращая внимания на такие мелочи, как снег, острые скалы, хлесткая вьюга, быстро приближающиеся склоны соседней горы и внезапно истончившийся, ослабленный, но весьма обеспокоенный вопль отставшего Рума:

- Три-и-ис...

Надо же: никогда не думала, что он в кои-то веки не сможет за мной угнаться. Ха-ха. Наконец-то, мне есть, чем похвастать.

Без труда одолев половину сумасшедшего спуска и внимательно глянув на раскинувшиеся у подножия Мглистых Гор Мертвые Пустоши, я снова ненадолго задумалась. Огромный скальный массив охватывал пустынную низину внушительным полукругом, на одной стороне которого высились неодолимые горы, а с другой протянулась почти не видимая с такого расстояния Граница. Где стояли человеческие форты, заставы, Патрули. Где уже много веков идет нескончаемая борьба на выживание. Где бок о бок с людьми упорно сражаются эльфы и гномы, опровергая все прежние споры, сметая старые сомнения и наглядно демонстрируя ушедшим создателям, что даже с такой разной внешностью, со столь странными душами, в пыли, в крови и грязи... они все равно останутся братьями. Одинаково опечаленными детьми своих крылатых родителей, которые и спустя много веков все еще терпеливо ждут их возвращения.

Я плотно сжала челюсти, думая о том, что среди этих бойцов где-то остался Лех и его гнотт. Где-то есть Беллри с Шиаллом, старый Воевода Сид. Старик Омнир. Многие и многие тысячи тех, кто живет в вынужденном страхе перед тем, что еще вяло шевелится во мраке этой мертвой земли. Это наша вина, что так случилось. Это мы не досмотрели. Это из-за нас им пришлось самим взяться за оружие и, не надеясь ни на кого, самим отстаивать свое право на жизнь и спокойное будущее для своих народов.

Однако я могу им в этом помочь.

Да, равнина огромна. Да, я не сумею отсюда ударить по ней так, чтобы не задеть Торрот, Грок, Шепил и все остальные заставы, где еще остались живые. Правда, если попробовать свернуть немного правее, стащить за собой снежную лавину с гор и провести ее по самому краю, буквально у самой Границы, застилая Пустоши ледяным покрывалом, возможно, у меня хватит сил покончить в этим за один раз. Сегодня. Сейчас. Пока у меня еще осталась решимость.

В последний раз оглядевшись, принимаю решение и, тряхнув косматой головой, начинаю разбег. Быстрее, еще быстрее... сильные лапы уверенно несут меня вправо и вниз, по огромной дуге огибая гигантское мертвое болото и, заодно, поднимая за спиной целые стены из обледеневшего снега. Вперед... теперь только вперед, пока эти стены не сорвались и не погребли меня под собой.

Я бегу, незаметно отпуская вовне жалкие крохи оставшейся магии. Бегу, скупо цедя драгоценные капли сквозь тело, и бросаю их там, где к земле прикоснулся мой след. Я бегу, постепенно вздымая за собой целый вал подвластных мне льдов. Бегу, словно за мной снова гонятся полчища демонов. А следом, повинуясь неслышному приказу и окрепшей воле, все новые холодные стены встают неодолимой преградой, грозя вот-вот обвалиться и уничтожить любого безумца, кто посмеет встать у них на пути. Впереди хлещет ветер, позади бьется вьюга, до самых небес взметываются снежные хлопья и возвещают о том, что Летящие Пики очнулись от долгого сна. А я бегу. Как только можно, бегу. И за мной, послушные и пока еще смирные, все быстрее набирают скорость громадные снежные пласты.

Я бегу... нет, я почти уже мчусь. Буквально лечу на невидимых крыльях, торопясь поскорее опустить этот грозный вал на уставшую, исстрадавшуюся за тысячелетия войн землю. Я схожу со снегов, будто с белых ступеней, смотрю на чернеющие воды, где нет проблесков жизни, и, больше не колеблясь, продолжаю свой неистовый бег. Но теперь по прямой, по строгой прямой, точно влево, чтобы не задеть человеческие города, и чтобы несущаяся за мной белая смерть прокатилась лавиной точно посередине Мертвых Пустошей. Быстро, гладко, как по свежезалитому катку, от Мглистых Гор до последнего рубежа людей, укутывая насквозь промерзшие озера мягким покрывалом забвения, даря растревоженным призракам покой и прощение. Помогая уродливым телам закончить свой долгий век, а расколотым душам даря долгожданную возможность на возрождение.

Да, я бегу. Мысленно прочесываю каждую земляную пядь. Чувствуя, как насквозь промерзает подо мной болото. Как с безмолвным криком вмерзают в прочный лед полуистлевшие тела и отпускают, наконец, тех несчастных, что были так долго заточены внутри этого жуткого плена. Я вижу, как сзади укутывает снегами крохотные островки суши. Вижу, как стелется по ним свежая поземка. Как струятся целые снежные вихри, надежно скрывая мой след, сметая следы прошлых битв, ласково глядя израненную землю и милосердно погружая ее в долгий, целительный сон.

Когда-нибудь сюда снова вернется жизнь. Когда-нибудь здесь снова встанут стеной зеленые леса. Когда-нибудь сюда вернутся звери, а певчие птахи будут звонко кричать на весь мир, что Мертвых Пустошей больше нет. Что эта земля ожила. Оправилась. Воспряла. Что здесь больше нечего бояться и не от кого прятаться. Когда-нибудь... но не сейчас. Сейчас она засыпает, благостная и умиротворенная. Засыпает, чтобы забыть о боли, ненависти и пролитой крови. Засыпает охотно, с благодарностью, и плавно отпускает из давнего плена ненужные больше осколки.

Я вижу, как чужие Тени медленно кружат в воздухе, постепенно уходя в иные Миры. Слышу, как облегчено вздыхают их уставшие души. Чувствую, как пристально смотрят они мне во след, и точно знаю, что когда-нибудь... пусть даже через много веков... они все-таки сюда вернутся. И просто бегу, улыбаясь, потому что ничего иного больше не нужно.

В какой-то момент мне вдруг кажется, что впереди что-то подозрительно блеснуло. Какой-то неясный свет, раздробившийся на несколько крохотных огоньков. Что это? Как? Живые?!

Встревожено приближаюсь и вижу: действительно, живые. Пятеро. Трое людей, эльфы и... я словно на стену наткнулась, во все глаза изучая до доли знакомые лица: обветренные, суровые, непонимающе оглядывающиеся в поисках причины неожиданного похолодания. Безумцы. Какие же они все-таки безумцы. Упрямые. Не сдались. Упорно идут, куда не следует, и даже сейчас, когда моя смутная тень возвышается над ними почти на два с половиной человеческих роста, все равно не боятся - покрепче сжимают оружие и вызывающе смотрят в ответ. Смотрят в горящие серебром глаза чудовищной тигрицы, за плечами которой нетерпеливо бьется пурга. А над макушкой, почти незаметный и унизительно скромный, бешеным шариком вьется золотистый комочек и отчаянно ругается на всех языках этого мира.