Брокен-Харбор - Тана Френч

выбора у меня не было. В портфеле еще оставались кофеиновые таблетки после ночной засады; парочка таблеток, душ, сэндвич – и буду снова бодр. Холодный голос в моей голове нашептывал, что я слишком стар и слишком устал для подобных спасательных операций, однако мне удалось его заглушить.

Вставляя ключ в замочную скважину своей квартиры, я все еще перебирал в памяти адреса, выстраивал кратчайший маршрут и потому не сразу сообразил, что что-то не так – дверь не заперта.

Целую минуту я простоял в коридоре, прислушиваясь, – ни звука. Потом положил портфель, расстегнул кобуру и распахнул дверь.

В темной гостиной негромко плыл “Затонувший собор” Дебюсси, блики свечей играли на изгибах бокалов, зажигали искры в темно-красных глубинах вина. На секунду у меня перехватило дыхание, и я потрясенно подумал: “Лора”. Затем Дина спустила ноги с дивана и потянулась к бокалу.

– Привет, – сказала она, отсалютовав мне бокалом. – Наконец-то, черт побери.

Сердце колотилось где-то в горле.

– Какого хрена?!

– О господи, Майки, да расслабься ты. Что это – пистолет?

Застегнуть кобуру удалось только со второго раза.

– Как ты сюда попала?

– А ты кто – Рэмбо? Палку не перегибаешь?

– Боже, Дина, я чуть в штаны не наложил.

– Направить пушку на родную сестру! А я-то думала, ты будешь рад меня видеть.

Недовольная гримаска была притворной, однако блеск в глазах предупреждал, чтобы я вел себя осторожно.

– Я рад, – отозвался я, овладев голосом. – Просто не ждал тебя. Как ты вошла?

Дина самодовольно улыбнулась и запустила руку в карман кардигана; он весело звякнул.

– У Джери есть ключи от твоей квартиры – хотя, пожалуй, что и от всего Дублина. Наша маленькая мисс Благонадежность – прошу прощения, миссис Благонадежность – именно тот человек, кому можно доверить ключи на случай, если тебя ограбят, пока ты в отпуске, скажи ведь? Если бы тебе надо было выдумать человека, у которого есть ключи от всех дверей, он был бы точь-в-точь как Джери, да? Боже, ты бы лопнул от смеха: ключи висят рядком на крючках в чулане – с аккуратно подписанными ярлычками. При желании я могла бы ограбить полрайона.

– Джери с ума сходит от беспокойства. Мы оба места себе не находили.

– Ну да, я как бы за этим и пришла – чтобы поднять тебе настроение. Вчера ты выглядел таким нервным, клянусь, будь у меня кредитка, я бы заказала тебе девочку. – Она наклонилась через стол и протянула мне второй бокал: – Вот. Вместо девочки я принесла это.

Вино либо куплено на деньги Шилы, либо украдено: Дина вечно стремится напоить меня краденым вином, накормить печеньем с гашишем, прокатить на машине очередного бойфренда, за которую не уплачены налоги.

– Спасибо, – сказал я.

– Садись и пей. Меня нервирует, когда ты так нависаешь.

Ноги у меня еще дрожали от всплеска адреналина, надежды и облегчения. Я взял портфель и закрыл дверь.

– Почему ты не у Джери?

– Потому что Джери невыносимая зануда. Я пробыла у нее сколько – день? И за это время выслушала все до последней подробности из жизни Шилы, Колма и мелкого. Я смотрю на нее, и мне трубы перевязать хочется. Садись.

Чем быстрее я водворю ее обратно к Джери, тем больше смогу поспать, но если не продемонстрировать благодарность за этот маленький спектакль, она взорвется и будет бесноваться бог знает сколько часов. Я упал в кресло; оно так ласково обняло меня, что мне показалось, будто я никогда уже не заставлю себя встать. Дина перегнулась через столик, опираясь на ладонь, и вручила мне бокал:

– Держи. Джери наверняка уже решила, что я валяюсь мертвая в канаве.

– И ее нельзя винить.

– Если бы мне было настолько охренительно паршиво, мне не хватило бы сил от нее уйти. О боже, мне ужасно жаль Шилу, а тебе? Если она идет в гости к друзьям, то наверняка должна каждые полчаса звонить Джери, чтобы та не подумала, будто ее продали в рабство.

Дина всегда умела меня рассмешить – даже когда я изо всех сил стараюсь быть серьезным.

– Значит, все это в мою честь? Всего один день с Джери, и ты уже оценила меня по достоинству?

Она снова свернулась в углу дивана и пожала плечами:

– Это в честь того, что мне захотелось сделать тебе приятное. С тех пор как вы с Лорой расстались, тебе не хватает заботы.

– Дина, у меня все нормально.

– Каждому нужно, чтобы о нем кто-то заботился. Кто в последний раз заботился о тебе?

Я вспомнил, как Ричи протягивает мне кофе, как он затыкает рот Квигли, когда тот пытается смешать меня с грязью.

– Мой напарник.

Дина вскинула брови:

– Да ладно! Я думала, он сосунок, который задницу себе подтереть не в состоянии. Наверняка он к тебе просто подлизывался.

– Нет, он хороший, – возразил я и почувствовал, как от этих слов по телу разлилось тепло. Другие стажеры не стали бы спорить со мной из-за камеры, стоило мне сказать “нет” – и разговор был бы окончен. Внезапно тот спор показался мне подарком судьбы, одной из перебранок, которые напарники устраивают каждую неделю на протяжении двадцати лет.

– Хмм. Ну ладно. – Дина подлила себе вина.

– Отличное вино, – сказал я почти искренне. – Спасибо, Дина.

– Знаю. Чего тогда не пьешь? Боишься, что я тебя отравлю? – Она ухмыльнулась, обнажив белые кошачьи зубки. – За кого ты меня принимаешь? Я бы не стала действовать настолько топорно.

Я улыбнулся в ответ.

– Не сомневаюсь, что ты проявила бы незаурядную изобретательность. Однако сегодня напиваться мне нельзя – утром на работу.

Дина закатила глаза:

– О боже, опять ты за свое. Работа-работа-работа… Кто-нибудь, пристрелите меня. Скажись больным, да и все.

– Хотел бы, но не могу.

– Хочешь – так сделай. Займемся чем-нибудь приятным. Музей восковых фигур снова открылся – ты в курсе, что я ни разу в жизни в нем не была?

Я уже чувствовал, что добром наш разговор вряд ли закончится.

– Я бы с удовольствием, но придется отложить до следующей недели. Завтра мне нужно ни свет ни заря быть в конторе, и день обещает быть долгим. – Я отпил вина, поднял бокал: – Чудесно. Допьем бутылку, а потом я отвезу тебя обратно к Джери. Понимаю, с ней скучно, но она старается, так что будь снисходительна, ладно?

Дина меня словно не слышала.

– Почему ты не можешь соврать, что заболел? У тебя же наверняка отпускных уже целый год накопился. Уверена, что ты за всю жизнь ни разу на больничном не сидел. Что они тебе сделают – уволят?

Теплое чувство быстро исчезало.

– Я задержал одного парня и