Руби - Вирджиния Эндрюс

– Значит, ты полностью поправилась и проблемы с желудком больше нет? – подчеркнуто поинтересовалась Дафна.

– Да.

– Выглядит она замечательно, – заметил отец. – Я горжусь тем, как ты входишь в нашу жизнь, Руби, очень горжусь.

Дафна сердито посмотрела на мужа.

– Мы с тобой не были в ресторане у Арно уже несколько месяцев, – заметила она.

– Хорошо, я запомню это, и мы вскоре посетим его. Но ведь не пойдем же мы туда в тот же вечер, что и Руби. Это будет довольно неловко, особенно для нее, – добавил отец. Дафна продолжала сердито смотреть на него.

– Я рада, что ты беспокоишься о том, чтобы не причинять неудобства своей дочери, Пьер. Может быть, пора подумать и о том, чтобы не причинять их мне? – проговорила она, и отец покраснел.

– Я…

– Отправляйся наверх, Руби, я сейчас приду, чтобы выбрать тебе наряд.

– Спасибо, – поблагодарила я и быстро взглянула на отца, который выглядел как маленький мальчик, получивший выговор. Я поспешно вышла и отправилась в свою комнату. Почему всегда каждое приятное для меня событие оборачивается неприятностями? – размышляла я.

Вскоре Дафна важно появилась в моей комнате.

– В косметическом салоне тебе назначено на два часа, – сообщила она, направляясь к моему шкафу. Она раздвинула скользящие дверцы и отступила назад, прикидывая в уме варианты.

– Я довольна, что мне пришло в голову купить тебе вот это, – сказала она, вынимая платье и соответствующие по цвету туфли. Мачеха повернулась и посмотрела на меня. – Тебе нужны будут серьги, и я позволю тебе взять мои, можешь надеть и ожерелье, чтобы уж выглядеть как полагается.

– Спасибо, – поблагодарила я.

– Будь особенно осторожна с драгоценностями, – предупредила Дафна. Она отложила платье и опять с каким-то подозрением посмотрела на меня. – Почему Бо приглашает тебя на обед?

– Почему? Не знаю. Он сказал, что хочет пригласить меня. Я не просила его об этом, если ты это имеешь в виду.

– Нет, не это. Он и Жизель встречались некоторое время. Появилась ты, и внезапно он оставляет ее. Что происходит между тобой и Бо? – не отставала она.

– Происходит? Я не понимаю, что ты имеешь в виду, мама?

– Молодые люди, особенно в возрасте Бо, до некоторой степени движимы сексуальными мотивами, – объяснила Дафна. – Их гормоны неистовствуют, поэтому ребята ищут девушек, которые менее разборчивы и более доступны.

– Я к ним не отношусь, – резко возразила я.

– Так это или не так, но у кайенских девушек определенная репутация.

– Это неправда. Правда заключается в том, – кипела я, – что так называемые хорошо воспитанные креольские девушки гораздо более неразборчивы.

– Это смешно, не хочу даже слышать подобную чепуху, – твердо заявила Дафна. Я опустила глаза. – Предупреждаю тебя, – продолжала мачеха, – если ты что-то сделала или что-то сделаешь, чтобы поставить меня и семью Дюма в неловкое положение…

Я обхватила себя руками и отвернулась, чтобы она не видела моих слез.

– Будь готова в час тридцать поехать в косметический салон, – сказала Дафна и наконец ушла, оставив меня дрожащей от обиды и гнева.

Неужели так будет всегда? Каждый раз, когда я чего-то достигну или со мной произойдет что-то приятное, она будет считать, что это результат чего-то неприличного?

Только когда Бо позвонил в полдень, у меня улучшилось настроение, и я уже предвкушала удовольствия этого вечера. Бо повторил, что счастлив сопровождать меня на обед и рад услышать, что я смогу пойти.

– Я заеду за тобой в семь, – сказал он. – Какого цвета будет твое платье?

– Красное, такое же, как у Жизель, в котором она была на балу Марди-Гра.

– Чудесно. Увидимся в семь.

Мне не пришло в голову, почему это Бо интересовался цветом платья. Я поняла это только тогда, когда он появился у наших дверей в семь часов с букетиком для корсажа из крошечных белых роз. Бо выглядел эффектным и красивым в строгом смокинге. Дафна сочла необходимым выйти к нему, когда Эдгар сообщил мне, что Бо прибыл.

– Добрый вечер, Дафна, – поздоровался молодой человек.

– Бо, ты выглядишь очень красивым, – сказала она.

– Благодарю. – Он повернулся ко мне и преподнес букетик. – Ты великолепна.

Я видела, как он нервничал под критическим взглядом Дафны. Его пальцы дрожали, когда он открывал коробочку и вынимал букетик для корсажа.

– Может быть, лучше вы приколете это, Дафна. Я не хочу уколоть Руби.

– Ты никогда не удосуживался сделать это для Жизель, – заметила моя мачеха, но подошла и приколола букет.

– Спасибо, – сказала я. Она кивнула.

– Передай мой привет метрдотелю, Бо, – проговорила она.

– Хорошо.

Я взяла Бо под руку и с радостью предоставила ему возможность вывести меня из парадной двери к машине.

– Ты выглядишь шикарно, – повторил он, когда мы сели в автомобиль.

– Ты тоже.

– Спасибо.

Мы отъехали от дома.

– Жизель еще не вернулась от Клодин, – сказала я.

– У них гости, – ответил парень.

– А, они позвонили и пригласили тебя?

– Да. – Он улыбнулся. – Но я сказал, что мне предстоит заняться более важными вещами, – добавил он, и я рассмеялась, наконец почувствовав, что тяжелое облако беспокойства начало надо мной рассеиваться. Было приятно слегка расслабиться и для разнообразия получить хоть немного удовольствия.

Я не могла слегка не нервничать, когда мы вошли в ресторан. Он был заполнен достойно выглядевшими мужчинами и женщинами, все они, казалось, оторвались от своих блюд и разговоров, чтобы оглядеть нас, когда мы проследовали к столику. Я повторяла про себя перечень всего, что мне внушала Дафна по дороге в салон и обратно – как сидеть прямо и держать приборы, какая вилка для чего предназначена, как положить салфетку на колени, как есть медленно и с закрытым ртом, как предоставить Бо заказать обед…

«Если ты уронишь что-нибудь – нож, ложку, – не поднимай. Для этого там есть официанты и их помощники, – наставляла она. И все время дополняла свои инструкции. – Не ешь суп с шумом, с каким едят гамбо на протоке».

Дафна так меня запугала, что я была уверена, что совершу какую-нибудь оплошность и поставлю Бо и себя в неловкое положение. Я дрожала, проходя по ресторану, дрожала, салясь за стол, дрожала, когда пришло время выбирать приборы и начать есть.

Бо делал все, чтобы я расслабилась. Говорил мне комплименты, пытался шутить насчет других школьников, которых мы оба знали. Когда что-то подавали, он объяснял, что это за блюдо и как оно приготовлено.

– Я знаю все тонкости только потому, что моя мать увлекается кулинарным искусством и скоро станет настоящим поваром-гурманом. Это доводит всех в семье до сумасшествия.