Семья волшебников. Том 4 - Александр Валентинович Рудазов

шагая по коридору. – Мы вместе разберемся. Я их для начала просвечу во имя Солары, а если они не поджарятся – дам в глаз и вежливо обо всем расспрошу. Показывай, где они там.

Сестры Дегатти как раз вышли наружу, на Клеверную площадь. Народу было полно, но никого подозрительного в плаще Вероника не увидела. Хотя плащи многие носили, в Мистерии это один из любимых видов одежды, особенно поздней осенью.

– Тля, короче, сделаем так, – задумалась Астрид. – Ты живи как живется, делай там, что ты обычно делаешь, а я буду за тобой следить. И когда кто-нибудь из них снова высунется, ему мало не покажется.

– Ладно, – согласилась Вероника. – Что мне сейчас делать?

– Да ничего. Просто веди себя естественно.

Вероника растерялась. Очень сложно вести себя естественно, когда думаешь о том, что нужно вести себя естественно. Руки и ноги сразу стали какими-то деревянными, движения неловкими, а голос – фальшивым. Вероника шагала к общежитию Апеллиума, как марионетка на порванных веревочках, а голову держала прямо, вздернув подбородок, чтобы даже случайно не заметить никаких таинственных последователей.

– Вот ты дурында, – выговаривала ей Астрид, шагая рядом. – Нет, в Кустодиан мы тебя работать не возьмем. Там такие сразу проваливаются.

– Кто «мы»? – спросила Вероника почему-то басом.

– Мы с Копченым. Мы решили в Кустодиан пойти после школы. Будем расследовать всякое и магиозов ловить.

Вероника позавидовала Астрид. Вот ей хорошо, она точно знает, кем хочет быть. Уже все твердо решила и распланировала.

А Вероника насчет себя знала только, кем быть не хочет. Магиозом, преступницей, угрозой обществу и вообще.

Но возможно, ей все-таки придется стать кем-то таким, потому что не все в этой жизни зависит от наших желаний. Иногда приходится делать и неприятные вещи.

Подумав об этом, девочка тяжко вздохнула.

– Астрид, а ты прямо сейчас за мной следишь? – спросила она, подумав.

– Конечно.

– Но ты же прямо на виду. Они при тебе не покажутся.

Астрид шмыгнула носом, высморкалась в пальцы и решила, что мелкая в кои-то веки права. Старшая сестра сделала вид, что ей больше неинтересно идти с младшей, приостановилась и засвистела так, чтобы все видели и слышали – она просто скучает, потому что ужинать пока не хочется, а других дел прямо сейчас нет.

Немного подождав, Астрид шмыгнула в укромный угол, где сходились два корпуса, и врубила Ме Скрытности. Его нельзя запустить, когда на тебя смотрит кто-нибудь умнее лягушки. Астрид летом много экспериментировала, и оказалось, что даже если курица таращится, Скрытность все равно не запустить.

И она спадает, как только Астрид как-то себя проявляет. Говорит хоть словечко, передвигает что-нибудь, касается кого-нибудь, стреляет Лучом Солары. Очень такая ограниченная невидимость, только чтобы подкрадываться, и то очень осторожно.

Но этим вечером Астрид никого подозрительного не заметила. Только бродячего котенка, который подозрительно напоминал того противного Бухнака, да еще духа-служителя, который ненавязчиво приглядывал за Вероникой.

Котенка Астрид шуганула, и он, возможно, был обычным котенком. Она не успела проверить, он слишком быстро удрал.

А с духом-служителем Астрид подралась, чтобы отвалил от ее сестры, но это было все равно что драться с кофеваркой. Он же тупой, просто исполняет чьи-то команды.

– А если это настоящий котенок?! – запереживала Вероника, когда Астрид позеркалила ей перед отходом ко сну.

– Ну… неловко тогда вышло. Я его в следующий раз точно проверю.

– А как ты проверишь?

– Лучом Солары, как-как. Котятам он не страшен. А Бухнак задымится.

Бухнака Веронике тоже стало жалко, хоть он ее и обманул, устроив кучу неприятностей. Но она ничего не сказала, потому что если Бухнак снова где-то тут бегает, то сам и виноват.

А Астрид следующим утром проснулась очень рано, и пока Витария со Свизанной еще спали, выскользнула из общаги и заняла позицию. Стоя на стреме, она размышляла, прогулять ли первый урок. Без уважительной причины можно прогулять два занятия в году, а Астрид уже одно прогуляла… стоит ли ежевичина красной карточки в ежедневнике?

Может, попытаться сделать это уважительной причиной? Защита сестры. Но понадобятся доказательства… да, именно их Астрид и добудет, когда поймает этих подозрительных незнакомцев в плащах.

Она хотела проследить за Вероникой через окно, но здесь возникла проблема. Мальтадомус, это дурацкое общежитие с тридцатью корпусами, очень многомерный. Если смотреть через его окна снаружи, то видно бушук знает что, какая-то чехарда с измерениями. Астрид подлетела сначала к одному, потом к другому, попыталась всмотреться в стекло, но у нее только зарябило в глазах. Она будто смотрела в сотню комнат сразу.

Даже ее мощный демонический мозг с таким не справился, так что Астрид отступилась. Она только позеркалила ежевичине и велела проснуться пораньше и погулять перед завтраком, чтобы у ребят в плащах появился шанс попасться.

Ежевичина скучно гуляла. Она просто ходила взад-вперед, как плохо зачарованная игрушка, и все время норовила присесть и уткнуться в книжку. Астрид, сидящая на крыше с мощным финским биноклем, тоже быстро заскучала и решила все-таки не прогуливать уроки.

Потому что зачем их прогуливать, если вдуматься? Все равно на уроках ежевичину палят классные наставники, так что никакие подозрительные типы не покажутся, если им дорога жизнь. Особенно на первом уроке, потому что первым у Вероники сегодня ПОСС, а к деду Инкадатти уж точно никто не сунется.

Так что Астрид не стала ничего пропускать. Просто в конце занятий каждый раз отпрашивалась в туалет. Очень убедительно переминалась и подпрыгивала, говорила, что ей нужно срочно, а иначе она за себя не отвечает… кстати, у фархерримов и хальтов сцаки кислотные, вы в курсе?

Это было вранье. Но классные наставники верили, пугались и отпускали Астрид, а она уж летела стремглав к аудитории сестры, чтобы подстеречь ее, как только выйдет.

И хотя однокурсники заподозрили, что у Астрид энурез, хотя ее репутация и оказалась подмочена, а Витария косилась на нее, как на прокаженную, дело того стоило. Потому что после третьего занятия Астрид подоспела как раз вовремя, чтобы заметить то самое, на что жаловалась ежевичина.

У мелкой заканчивалась каллиграфия. Заканчивалась, но еще не закончилась, оставалось минут пять. И Астрид еще издали заметила, что в окно сестру палит какой-то тип.

Без плаща. Они чему-то научились. Дотумкали, что плащи их выдают, и перестали их носить.

Противник, достойный Астрид Дедуктивной.

Но она все равно сразу разгадала, что это по-прежнему они, потому что кто еще это может быть? Кто еще может бродить под окнами, словно орб в траве потерял, но смотреть при этом не в траву, а в окно? При этом