'Фантастика 2025-170'. Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов

Саймону не привиделись. Следствие по этому делу, которое вели совместно база АНБ во Вьетнаме и южновьетнамская контрразведка, закончилось утверждением, что нападение спланировано и осуществлено местным отрядом Вьетконга. Вот только перед этим Том читал донесения из разных источников, что именно в этом районе все местные отряды уничтожены до и сразу после событий в Милай. Конечно, это разведка могла и ошибаться. Но, как оказалось, случайно сфотографированный спецназовец, как установил Том через свои связи в АНБ, служил в отряде, приписанном к ГСП «Сайгон». Что наводило на очень неприятные мысли, особенно с учетом того, что те же знакомые рассказывали о постоянной критике политики Кеннеди со стороны руководства АНБ.

Так что из отеля «Захер», в котором поселили часть американской делегации, Том вышел, имея при себе часть обычного своего арсенала. После чего бодрым прогулочным шагом дошел до остановки трамвая и сел в задний вагон. Проехал шесть остановок, делая вид, что любуется открывшимися из окна вагона видами. На шестой остановке, воспользовавшись тем, что проход к двери ничто не заслоняло, Томпсон внезапно выскочил из закрывающихся дверей вагона и, перебежав на противоположную сторону, сел в трамвай, идущий обратно. Из которого и вышел через пять остановок, почти вернувшись назад, к своему отелю. Прошелся по улице. Потом внезапно свернул и вошел в двери кафе «Штурмфогель».

Предупредительный официант, даже не поморщившись на жуткий немецкий Тома, заказавшего «фаризер» и газеты, услужливо кивнул. Быстро принес газеты и рюмочку рома. Заодно уверил «майстера» на ломаном английском, что заказ будет готов через несколько минут. Решив подождать заказанный кофе, Томпсон нашел среди газет вчерашнюю «Винер Цайтунг». Развернув так, чтобы на видной остальным посетителям странице оказалось фото Кеннеди, стоящего на крыльце посольства, изобразил углубленного в чтение.

Через несколько минут, практически сразу, как ему принесли кофе со взбитыми сливками, подошедший к столику подтянутый, с короткой стрижкой и явно военная косточка, несмотря на маскировку в виде гражданского костюма и очков, посетитель спросил Тома по-русски: — Свободно?

— Конечно, — ответил ему на том же языке Томпсон и ополовинил рюмочку. — Присоединяйтесь. Советую заказать «фризер». Ром великолепен, а здешний кофе со сливками я помню с сорок четвертого года.

— По-моему, я в сорок четвертом я встретил вас в Берлине, а не в Вене, — усмехнулся русский. И негромко добавил недовольным тоном: — Кто только придумал эту чепуху с паролями?

— Я, — весело признался Том. — Хотелось немного расслабиться перед серьезным разговором.

— А у нас будет серьезный разговор? — сделав заказ подбежавшему официанту на неплохом немецком и внимательно посмотрев на Томпсона, уточнил собеседник. В это время подошедший официант поставил ему рюмку и чашечку кофе.

— Обязательно, Константин Александровиш, — ответил Том, отсалютовав рюмкой с остатками рома. Выпили. Внимательно посмотрели друг на друга. Запили кофе, оказавшимся по-венски восхитительно вкусным. И приступили к серьезному разговору… Точнее к спору.

— Но, мистер Томпсон, ПРО относится к оборонительным, а не к наступательным вооружениям. Как же можно ограничивать возможность оборониться от агрессии? — взгляд генерала Трусова из-за очков прочитать было сложно. Но Тому показалось, что в его голосе сквозит скрытая ирония. Чтобы протянуть время, Том неторопливо сделал глоток кофе

— Давайте рассуждать здраво, — начал он, сформулировав ответ. — Прикрывшаяся оборонительными противоракетными системами сторона получает возможность нанести первый обезоруживающий удар по противнику и отбить атаку уцелевших после этого удара стратегических систем. Не так ли? Это я не упоминаю о том, что само построение такой всеобъемлющей системы будет стоить на порядки больше, чем создание обычной системы ПВО. С учетом тех триллионов, которые уже были потрачены нашими странами на создание стратегических ядерных сил… стоит ли овчинка выделки? — блеснул знанием поговорки Томпсон.

— С такой точки зрения, — задумчиво пожевал губами Константин, — ваше предложения выглядит весьма логично. Но я предвижу один серьезный контраргумент — у нас уже имеется развернутая, пусть ни не полностью, но работающая система. А ваша Найк-Икс пока еще не вышла из стадии предварительных испытаний. Поэтому для меня и моих коллег ваше предложение выглядит как попытка заставить нас разоружиться в той области, где мы имеем явное преимущество. Что скажете на это, мистер Томпсон?

— Еще раз предлагаю перейти на ты, — заметил Том и ответил на вопрос русского представителя. — Выход очень простой, по моему скромному мнению — систему ПРО легко отследить со спутников. Поэтому можно внести в договор разрешение каждой стороне иметь один район, прикрытый системой ПРО. И не более, скажем полсотни-сотни ракет.

— Пятьдесят — мало, Том, — подумав, ответил Трусов. — Не меньше сотни. Но этот вопрос необходимо увязать с другим — запретить дальнейшую разработку и принятие на вооружение ракет с разделяющимися головными частями индивидуального наведения. Потому что они способны за счет количества боеголовок и точности их наведения прорвать ПРО и нанести неприемлемый ущерб.

— А они у вас есть? — разыграл удивление Томпсон.

— Конечно, — усмехнулся Трусов. — Или вы полагаете, что только ваши американские инженеры и оружейники такие умные?

— Ну, насчет способностей наших и ваших «яйцеголовых» придумать какую-либо опасную для всей жизни на Земле пакость я никогда не сомневался, — улыбнулся в ответ Томпсон. — Поэтому, я думаю, увязать вопрос ПРО с вопросом РГЧ-ИН вполне возможно. Но я полагаю, тогда, в качестве уступки, вы не будете возражать, что бомбардировщики Б-52 и Б-58 будут считаться по фактическому количеству.

— Но, — задумался Трусов, — они же могут нести две ракеты «Хаунд Дог» или до четырех бомб. Что в сущности делает их аналогом ракет с разделяющимися головными частями.

— Однако они и их вооружение, в отличие от баллистических ракет, уязвимы для средств противовоздушной обороны, — возразил Том.

— А ракеты «Скайболт»?

— Предлагаю занести в договор отказ от развертывания таких систем у вас и у нас, — согласился Том. — Запретив также производство таких ракет для третьих стран. «Лайми» обойдутся своим «Блю Стил».

— Полагаю, на такое можно будет уговорить мое начальство, — согласился Трусов.

— Что же, Константин, раз нам удалось предварительно согласовать наши позиции, — усмехнулся Том, — ест мнэние, — он постарался изобразить нечто вроде кавказского акцента, — выпить еще по рюмочке этого неплохого рома. Или повторить заказы? За мой счет.

— Спасибо, Том, у меня рублей вполне достаточно, — ответил с улыбкой Трусов. — Поэтому угощаю я и попробую заказать нашей русской водки.

Официант, ничуть