Сказания Дарины. Книга первая. - Галина Маслова

Во время этой минутной работы мраморные знаки на полу разогрелись так, что трудно было устоять на месте в обуви, не говоря уже о том, чтобы лежать на них голяком. Но оборотень не двигался, казалось, даже не дышал.

Вот это воля! - поразилась я - Я бы наверное так не смогла! - хотя знала, что могла выдержать и большее, но молодой оборотень меня поразил. Обычно оборотни очень нетерпеливы, даже матерые, повидавшие разное на своем веку и испытавшие многое. А этот даже дышать глубже не начал. Вот это расслабление и контроль! Молодчина! Железная воля у него!

Я снова сосредоточилась, теперь уже на защитных полусферах, медленно втянула их инергию в ладони, не пустила выше по рукам, только освободила наплывшую энергию Сферы, дала им соединиться, преобразоваться, сконцентрироваться в материю и опасть к моим ногам комплектом мужской одежды. Знаки на полу медленно потускнели. Только тогда я позволила себе вздохнуть глубже, переводя дух. Сердце затарахтело радостью, улыбка с трудом растянула сведенные напряжением скулы. Фуф... Удалось!

Вампиры синхронно застыли на полушаге, почувствовав исчезновение упругого препятствия между нами и ими, глянули растерянно друг на друга, потом на меня.

- Сеанс мужского стрептиза окончен, господа - как можно серьезнее сказала я, но губы не слушались, расплываясь в улыбке, с трудом нахмурила брови и опустила голову, чтобы друзья не сразу заметили мою радость - Эль, хорош греться на полу, одевайся, что ли. А то понравится еще у вампиров в особняке валяться голяком, еще и пропишешься к ним на постоянное место жительства.

Эльдар полежал еще чуть, открыл глаза, несколько раз моргнул. Подтянул нижнюю губу, облизнул, прикрыв ее верхней. Медленно опустил взгляд на вытянутые вперед руки, судорожно сглотнул. Продышался открытым ртом и тихо спросил:

- Мне можно встать?

- Вставай, конечно, - кивнула я и пошла к столику не оглядываясь, чтобы не смущать мужчину. - Посмотрите, друзья, а кофе все еще горячий! Успели-таки!

Я оглянулась на друзей. Те так и стояли, замерев враскорячку, распахнув руки и открыв рты. Картинка получилась более чем впечатляющей, я хохотнула и тут же прикрыла рот рукой. Оборотень уже почти оделся и теперь мучился с пуговицами на рубашке - пальцы никак не хотели слушаться и попадать прорезями в пуговицы или наоборот. Щеки разрумянились, взъерошенные волосы торчали во все стороны, кое-где прикрывая плечи. Вампиры довольно быстро сориентировались, что забава закончилась, присоединились ко мне за столиком. Последним подошел Эльдар, стал за спинкой стула, не решаясь сесть.

- Эль, кофе стынет - протянула я по-дурацки улыбаясь - Холодный кофе хуже дерьма, сам же знаешь.

Эльдар глянул на вампиров. Виктория и Виктор приветливо-клыкасто улыбнулись. Оборотень взял себя в руки, спокойно сел. Чашечку с кофе ему удалось взять пальцами только с четвертого раза. Отвык. Ничего, навыки пользоваться руками, вместо лап и когтей вернутся быстро.

Мы молча пили кофе, пока Вик не нарушил тишину, сопровождавшуюся тихим потрескиванием дров в камине и звуком горящего огня.

- Дарина, что это было? - спросил он, глядя на меня в упор - Ты ведь собиралась проводить ритуал 'Клеопатры', а сделала совсем другое. Что это было?

Виктория превратилась в слух, так и не донеся чашечку до губ. Горячий кофе тоненькой струйкой полился на ее бежевое платье. Я проследила за тем, как растекается пятно, подождала реакции, не дождалась, глянула Виктору в глаза:

- Вик, мне не нужен был ритуал. Я справилась с этим и без него. Если бы я знала об этом раньше, я бы не приехала к вам с волком. Я бы вернула Эльдару нормальный человеческий облик прямо в машине. Я приехала только потому, что искала безопасное место. А кроме вас и вашего дома такого места в этом городе для меня не было на тот момент. Так, по крайней мере, я думала. Оказывается, я ошибалась. Надеюсь, вы меня простите за нахальное вторжение и тот переполох, который случился из-за этого. Мы с Эльдаром сейчас же вас покинем, как только вернемся в наше измерение.

Виктор покачал головой:

- Ты не так поняла меня, Дарина. Я просто хочу знать, что это было. Я никогда ничего подобного не встречал, не читал, даже не слышал. Можешь объяснить как ты это проделала?

- Вик, объясню. Обязательно. - устало ответила я, не опуская глаз - Но не сейчас. Сейчас я смертельно устала. У нас с Эльдаром был слишком долгий день. А нам необходимо еще добраться туда, где мы сможем выспаться. Только после этого я смогу нормально соображать и что-то рассказывать.

Виктория наконец заметила кофейную струйку и отставила чашку, досадно глянув на испорченный наряд. Глянула на мужа и безапелляционно заявила:

- Ты права, дорогая, вам надо отдохнуть. Сейчас же возвращаемся назад, и марш в свою комнату хоть с оборотнем, хоть без него, но спать. Все разговоры переносим на потом. Даже говорить тут не о чем! Все! Поставили чашки, встали и пошли гуськом к дверям!

Когда Виктория видела, что без ее руководящей руки никто не пошевелится, она этой рукой управляла очень умело. Не успели мы осознать ее слова, как уже перешагивали порог гостеприимной комнаты, а дверь в ту уже плотно закрывалась за идущим последним Виктором. Я устало глянула на нее и она тут же исчезла и вместе с ней выручивший нас пространственный карман.

Виктория подхватила Эльдара под руку, Виктор меня и ускоренным маршем, чуть ли не внесли нас на второй этаж, туда, где располагалась комната, всегда принадлежавшая мне с этом Особняке.

Усталость накатила мгновенно. Ноги едва удерживали меня. Эльдар тоже выписывал кренделя ногами. Виктория уложила Эльдара на объемную софу, сверху накинула шерстяной плед. Меня Виктор бережно уложил на кровать, прикрыл одеялом. Входная дверь тихо прикрылась, едва щелкнув замком. И тут же меня охватил благостный сон. Теперь здесь мы были в полной безопасности. В этом я была уверена.

Шеф

Состояние между сном и бодрствованием во время просыпания всегда удивительное. Когда спишь глубоко, без снов, то кажется, будто выныриваешь издалека сразу в собственное тело, которое во время твоего отсутствия лежало бесхозным и только и занималось тем, что автоматически поддерживало общую жизнедеятельность дыханием. Медленное осознание себя выплывает, как из тягучей реки густого меда, дыхание учащается, углубляется, тело начинает реагировать рассказом о себе с помощью ощущений, чувств и только потом эмоций, которые определяют настроение на целое утро. Как в очень замедленном кино. Ощущение теплой тяжести заменяется приятной легкостью, появляется радость и желание тут же начать что-то делать в ответ на первую мысль, воспоминание вчерашнего, планов на сегодня. Если зазеваешься и чуть дольше прислушаешься к теплу под одеялом, здоровой неге в теле, сознание нахально, без предупреждения, так и норовит нырнуть под подушку, плюя на обязанности, необходимости, планы и прочую шелуху жизни.