Наслаждения - Диана Сидни

Шарль встал и вышел из-за стола, но Ясмин уже вскочила со стула. Стремительно направляясь к двери, она чувствовала, как от гнева дрожат ее плечи, и знала, что отвергнет все, что бы ни сказал ей сейчас Ламарке.

— У вас не может состояться совещание, поскольку я не буду на нем присутствовать, — бросила Ясмин через плечо. — Кроме того, вы не имеете права на принятие решения без моего участия! — Она понизила голос, и тон его стал угрожающим. — Вы забыли, что я обладаю исключительным правом на управление этой компанией, и пришло время дать вам это понять.

— Ясмин, подожди!

Шарль догнал Ясмин и схватил ее за руку.

— Давай поговорим спокойно. Не стоит заставлять друг друга что-то делать. Это совещание — простое обсуждение всех аспектов подобного шага. Ты должна быть там и выслушать их мнение. В конце концов твои адвокаты, возможно, займут твою сторону.

Ясмин остановилась на секунду. Разумеется, это было логично.

— Хорошо, — медленно произнесла она, обернувшись к Шарлю. — Я выслушаю, что они мне скажут, но я также уверена, что все вы должны выслушать мое мнение. Тот факт, что вы с Хасаном обсудили все и договорились о совещании за моей спиной, приводит меня к мысли, что управление моей фирмой также осуществляется за моей спиной. Я начинаю думать, что не могу доверять даже тебе.

Хорошо, я буду присутствовать на совещании. Потом мы, возможно, сможем поговорить о роли каждого в деятельности компании.

— Прекрасно! — Шарль был доволен, что ему удалось добиться желаемого результата. — Завтра в два тридцать.

— Я там буду.

Но в такси, по дороге в офис, Ясмин уже не была столь уверенной, как в кабинете Ламарке. Интуиция подсказывала ей, что месье Фуке, Ренан и Латур были, возможно, в сговоре с Хасаном и Шарлем. Ясмин разрывали противоречия, и она боялась, что давление окажется слишком велико и она будет не в силах противостоять ему. Андре никогда не допускал, чтобы управление фирмой ускользало из его рук. Отец Андре также никогда этого не допускал, даже в самые тяжелые времена. Следуя по стопам отца, Андре делал все возможное, чтобы оставить управление виноградниками в руках семьи. И Ясмин приложит все силы, чтобы сохранить систему. Но ее не покидало ощущение, что дверца западни вот-вот захлопнется.

— Ну что за паранойя! — воскликнула она вслух, отчего таксист повернул голову и взглянул на Ясмин краешком своего маленького, как у свиньи, глаза.

— Quoi?[56] — спросил он голосом, звучавшим точно визг электрической мясорубки.

— Rien[57], — отрезала Ясмин, хотя сердцем понимала, что про сложившуюся ситуацию нельзя сказать «ничего».

Она действительно боялась. Надо было принимать простое и ясное решение. Как черное и белое. Ясмин не в силах изменить существующий ход вещей. Но в этом случае, вероятнее всего, к концу финансового года она окажется в долгах по налогам. Складывалось впечатление, что единственным выходом могло быть акционирование предприятия. Ясмин страстно желала приступить к осуществлению своего плана и была совершенно убеждена, что сейчас для этого самое подходящее время, и ее подталкивали к принятию вынужденных мер все мужчины, с которыми ей приходилось вести дело.

Такси остановилось перед зданием на авеню Монтень.

Ясмин быстро расплатилась и вышла из машины. Заходя в лифт, она задумалась, что может произойти завтра на совещании, и тут ее поразила неожиданная мысль.

— Ну конечно! — рассмеялась она во весь голос. — Картины и предметы искусства на вилле в Танжере!

Ликующая Ясмин ворвалась в офис и уселась за стол.

Она вспомнила, что в коллекции Андре на вилле было немало истинно ценных предметов. На нынешнем рынке предметов искусства с теми астрономическими суммами, которые выкладывали за них музеи и частные коллекционеры, Ясмин, несомненно, могла рассчитывать на приличный куш от продажи лучших картин и предметов из коллекции Андре. Таким образом она получит достаточное количество наличности для осуществления своего плана.

Если не хватит, Ясмин продаст и саму виллу.

Она вспомнила, как шесть лет назад Ротенбург спрашивал ее, не может ли он приобрести что-нибудь из коллекции Андре. Тогда Ясмин отказалась. Теперь она поняла, что выставлять предметы на аукцион, не предложив Оскару, будет не просто бессердечно, это будет предательством по отношению к их давней дружбе.

Надеясь, что Ротенбург не носится где-нибудь в своих обычных увеселительных поездках, Ясмин набрала его номер, и ей повезло. Оскар не только был в Швейцарии, но пришел в такой восторг от предложения Ясмин, что был согласен завтра же вылететь в Танжер.

— Не говорите глупостей, — счастливо смеялась Ясмин. — Сначала я поеду и произведу инвентаризацию. Вы будете первым, кто получит доступ к коллекции, и выберете все, что вам понравится.

— И, я уверен, по непомерным ценам, — мрачно предположил Ротенбург.

— Ну разумеется. Вы же знаете, что я делаю это не ради собственного удовольствия.

— Сказавший когда-то, что лучшие вещи в жизни достаются нам даром, был не прав, — жалобно продолжал Оскар. — Возможно, он просто не знал, что такое лучшие вещи, потому так и сказал.

— Прекратите всхлипывать и нагонять на меня тоску, — ответила Ясмин, чувствуя, что Оскар уже приступил к своим торгам. — Вы в любом случае купите все дешевле, поскольку вам не придется выплачивать комиссионные посреднику. Пусть хоть эта мысль улучшит ваше настроение.

— Нет. Мне не следовало в свое время раскрывать перед вами все свои коммерческие хитрости. Прошлое всегда бьет бумерангом. Ну почему я не ограничил вашу деятельность ответами на телефонные звонки и раскладыванием бумажек?

— Бедный Оскар, — успокоила его Ясмин, — вы же прекрасно знаете, что никогда не раскрывали передо мной свои приемы до конца. Будучи вашей сотрудницей, я пыталась что-то выведать, но вы всегда ускользали из рук.

— Я не такой уж тупица, каким кажусь со стороны.

Почему, вы думаете, я всегда оставлял вам такой беспорядок? Самозащита — вот почему. А теперь скажите, дорогая моя, когда вы намерены произвести вышеупомянутую инвентаризацию? — Из голоса Оскара испарилась мрачность, и в нем зазвучал искренний интерес.

— Думаю, отправлюсь завтра же. Не могу дождаться.

Кроме того, я сейчас под чудовищным давлением, понуждающим меня принять решение. Чем быстрее я разберусь, что может дать мне вилла, тем быстрее смогу справиться с любым противостоянием и обернуть все себе на пользу.

— Мудрый шаг, мудрый шаг, — важно похвалил Оскар. — Ничего не упустите, моя дорогая, я имею особый интерес к часам из золоченой бронзы и всему, что вам удастся найти, относящееся к эпохе Тань-янь. Кроме того, мне хотелось бы заполучить несколько речных пейзажей.