Рай. Земля. Ад - Елена Тихомирова

решётки начали очень медленно подниматься. Существа за ними задёргались, стремясь скорее вырваться наружу. Они издавали странные звуки. То ли рычали, то ли агрессивно пищали, наводя ещё больший ужас. Бледные руки с длинными заточенными ногтями, отдалённо похожие на человеческие, стали тянуться наружу. Твари пытались как можно скорее выбраться. С ужасом Лея сделала шаг назад, вжимаясь в стену. Ей очень хотелось превратиться в мышку, чтобы, визгливо пискнув, умчаться в некую спасительную норку!

– Двое против одного! Это не разрешение поднятого вами вопроса. Эксперимент будет не чистым, – недовольно послышалось сверху.

Молодая женщина тут же с надеждой подняла голову кверху, чтобы узреть своего благодетеля. Им оказался Иариэль. Быть может, его ангельски бирюзовые глаза действительно могли нести свет добра и её всё же вытащат из этой жуткой ямы?

– Всем известно сколь ревностно вы относитесь к честности наказаний и сражений. Так что, если Ваше высокопревосходительство считает, что происходящее требует коррекции, то я не посмею вам перечить, – нехотя согласился Ал’Берит.

Решётки тут же прекратили подниматься. Пространство под ними оказалось ещё слишком мало, чтобы существа могли выбраться, но достаточно, чтобы Лея смогла их рассмотреть.

Пожалуй, прототип больше всего напоминал пришельцев, как их обычно любили изображать уфологи. Это были определённо гуманоиды, хотя и с несколько вытянутыми телами, на которых не виднелось ни одного волоска. Они обладали чрезмерно большой головой, на которой зеленоватыми змейками пульсировали толстые вены. Остальная кожа выглядела сероватой и сморщенной. Огромные карие глаза с красными белками из-за лопнувших сосудов метались из стороны в сторону, словно у бешеных зверей, и не говорили о наличии интеллекта. Впечатление усиливалось непрерывно капающей из небольшого рта синеватой слюной. Ровные крупные пластины зубов скрежетали, соприкасаясь друг с другом. Существа противно шипели. И несмотря на то, что мышцы их не казались достаточно развитыми, двигались невероятно быстро и обладали существенной силой. Явно. Когда решётка прекратила своё движение, они даже начали расшатывать прутья. И вполне удачно.

– Вот только как исправить ситуацию? Желаете ли вы убрать одного бойца? Или дать преимущество человеку? – радушно поинтересовался Ал’Берит.

– О, нет! Когда на арене появляется гладиатор, то для него уже нет обратного пути. Победа или кровь! И потому решение одно, – не сомневаясь, ответил Иариэль.

После чего львиноголовый демон пристально посмотрел на Лею, и в воздухе перед девушкой возникли два одинаковых простых кинжала с острыми блестящими лезвиями в три четверти локтя. Радужные разводы на металле намекали, что оружие не из простой стали, но «одарённая» всё равно осталась недовольна. На её взгляд справедливости в бою куда больше бы добавил автомат Калашникова. Ей даже резко расхотелось благодарить Иариэля за вмешательство. Однако она всё равно ухватилась за обёрнутые кожей рукояти. Решётки начали подниматься.

Умей она метать ножи, то могла бы бросить каждый из кинжалов в противника и всё бы закончилось. Но Лея не умела, а потому понимала, что, скорее всего, при таком раскладе вновь окажется безоружна. Не стоило лишать себя последнего шанса.

«Что там говорил Ал’Берит?» – неожиданно намекнула память.

Ей тут же вспомнились слова демона, что прототип стал утрачивать разум и проявлять неконтролируемую агрессию. Значит, в её арсенале имелось ещё одно из самых важных орудий человечества – интеллект. Не сказать было, что это являлось глобальным подспорьем конкретно в её случае, но факт казался утешающим… и после его осознания предстоящий бой стал ассоциироваться со схваткой с зомби из малобюджетных фильмов.

«Инфекцию бы какую-нибудь не подхватить», – сработал разум, всегда готовый отвлекаться на любую несущественную ерунду.

Мысленно Лея чертыхнулась от столь «полезного» замечания, так как одна из тварей всё же сумела протиснуться на арену, обдирая до крови шкуру об острые края решётки, а план действий так и отсутствовал.

Атаковать первой девушка боялась. Мышцы словно одеревенели. Да и это означало отойти от стены и лишиться защиты со спины. Пальцы до болезненного хруста стиснули рукояти кинжалов. Лея понимала, что если сразу не сумеет нанести тяжёлые раны, способные привести к летальному исходу, то бой ей предстоит проиграть. Длительную драку с диким свирепым противником, готовым пустить в ход зубы, ногти и прочий природный арсенал, она не выдержала бы. Ожидать, что едва подрезанный противник сделает приятное и рухнет без сознания, не приходилось.

Существо же, не раздумывая, резко бросилось к ней, вытягивая кривые тонкие руки. Практически сразу вырвалась и вторая тварь. Все благоразумные мысли тут же улетучились. Сработал инстинкт – ойкнув, молодая женщина отпрыгнула в сторону с пути бешеного создания, но её юбка помешала передвижению. Придерживать подол, держа в руках кинжалы, Лея не смогла, а потому запнулась в ворохе тканей и, матерясь, упала на пол на спину. Сверху послышался хохот зрителей.

Что же, опозориться Лея всегда умела легендарно!

Однако, пребывая в таком неудобном положении, ей оказалось почему-то значительно легче начать сопротивление. Она тут же со всей силы пнула ногой по низу живота ближайшую из тварей, нисколько не ожидавшую такого подлого манёвра. Низкий каблук, конечно, не превратился в острую шпильку, но вдавился в тело изрядно. От удара прототип, а судя по физиологии он был мужского пола, согнулся пополам и на некоторое время выбыл из боя, чтобы через истеричное визжание и скуление постепенно приходить в себя в сторонке. Всё же он являлся живым созданием, а не лишённым чувствительности зомби. Второй противник не обратил на эти страдания никакого внимания. Он скрючил пальцы и бросился в атаку. Воодушевлённая своим удачным приёмом Лея решила повторить тактику. Но не вышло. Враг увернулся и упал на неё сверху.

В далёком детстве Леи произошла одна история. Девочка заметила, что в бабушкином сарае соседская кошка принесла котят. Детёныши были уже достаточно взрослыми, месяца по полтора, когда она узнала об их существовании. Как и любому ребёнку, ей, конечно же, захотелось поиграть с ними. Но те росли дикими, и не отзывались на обычное кис-кис.

Старая подсобка закрывалась на большой висячий замок. Между расшатанной дверью и стеной оставалась лишь узкая щель. Как раз такая, чтобы проползти пушистому семейству. И вот однажды кошка вывела потомство на улицу. Котята играли и резвились, пока не настал момент возвращаться в уютный домик. Но там, в нескольких шагах от логова, их поджидал ребёнок.

Котята замерли, воспринимая человека как опасность. Кошка тоже неуверенно остановилась. Тискавшую её Лею она знала, но играть с детёнышами позволять не хотела. Девочка же присела на корточки и приготовилась ловить зверьков. А затем один из них, наверняка самый храбрый, метнулся к двери сарая. Детские ручонки сжали мохнатое тельце.

«Попался!» –