Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Френч Джон

Мы живем в мире и обманываем самих себя. А на самом деле вокруг нас всегда бушуют невидимые войны, даже если они и не попадают в поле нашего зрения. И как глупо, что ни один человек не желает знать правду. Люди живут своей жизнью, несмотря на то что безмолвные орудия раскалывают небо у них над головами.

Часть первая

ЭКЗЕКУЦИЯ

Глава 1

НАГЛЯДНЫЙ УРОК

ТАКТИКА ОБМАНА

ЗВЕЗДА

Мир Гигс Прайм был уничтожен и окончательно умер, превратившись в скопление догорающих углей. Ноздреватые черные скалы вокруг лагеря скрылись под пеленой низко стелющегося тумана из радиоактивной пыли, оставшейся от городов после продолжительной орбитальной бомбардировки. Обстрел ядерными снарядами швырнул планету на плаху палача, и теперь ее остывающий труп плотно окутал смертный саван — безмолвный и смертоносный покров радиации, уничтожавшей остатки жизни.

Здесь, в глубоком каньоне, где на поверхность высадились завоеватели, высокие каменные стены защищали долину от большей части огненных смерчей, хлеставших планету. Люди, даже если бы не сгорели, как бумага, и пережили страшный кошмар, все равно погибли бы в течение часа. Однако завоеватели были не настолько слабы.

Гибель целого мира была для них лишь незначительным эпизодом. Как только воины закончат здесь свои дела, они вернутся на боевые корабли и смоют зловоние мертвой планеты со своей брони, как человек смывает с обуви прилипшую грязь. Они покончат с этим и больше ни разу не вспомнят об этом мире. Не вспомнят о том, что воздух, поступающий в их легкие, насыщен распыленными останками всех мужчин, женщин и детей, называвших Гигс Прайм своим домом.

Планета умерла и своей смертью послужила достижению главной цели. С дюжины других миров системы Гигс, более ценных и многолюдных, чем этот, люди в свои мнемонископы будут смотреть на затухающие угли убитого мира. Почему был атакован именно этот мир, а не какой-то другой? Этот вопрос возник в тот момент, когда военные корабли прошли мимо них. Но теперь ответ был ясен: ради наглядного урока.

Тобельд не задумывался над этим. Он пробирался вдоль временных навесов, устроенных под крыльями стоявших на земле «Грозовых птиц», и прислушивался к разговорам воинов, прерываемым хлопаньем растяжек и раздуваемых ветром полотнищ. С оставшихся на орбите кораблей уже поступали донесения. Остальные миры этой системы, орбитальные платформы, система планетарной обороны — все отказались от своей свободы без каких-либо условий. Урок усвоен.

Овладение системой Гигс прошло быстро и без осложнений. Спустя несколько десятилетий это событие едва ли удостоится большего внимания, чем пара строк в анналах истории войны. Военная флотилия не понесла сколько-нибудь значительных потерь, ничего, что могло бы привлечь внимание автора грандиозного конфликта, частью которого стала эта небольшая операция. Система Гигс была еще одним камнем на извилистой тропе, начавшейся в системе Исстваан и ведущей на другой конец Галактики к Терре. Смерть Гигс Прайм отметила еще один шаг, за которым осталась незамеченной кровь миллионов людей. Согласно традиционной логике войны, у завоевателей не было ни малейшего повода даже просто высаживаться на поверхность этой планеты, но они все же спустились с орбиты небольшой группой, и о причинах этого поступка можно было только догадываться.

Тобельд поднял руку и закрыл рот тканью капюшона, чтобы приглушить кашель. Во рту остались мокрота и медный привкус. Радиация уже убила его в тот момент, когда он вышел из шаттла вместе с другими рабами, которых привезли с корабля, чтобы прислуживать завоевателям. Все они умрут еще до захода солнца. Он знал, что разделит общую участь, но достижение цели того стоило. На корабле, в сумраке спальной капсулы, Тобельд использовал четверть своего запаса, чтобы изготовить радиопротектор; все остальное он употребил для создания вещества, которое теперь помещалось в стеклянном сосуде величиной с палец, закрепленном на внутренней стороне его запястья. Он приложил немало усилий, чтобы избавиться от остатков своего снаряжения, но все еще опасался, что какой-то след его выдаст. И радиопротекторы действовали довольно слабо. Времени у него очень мало.

Тобельд прошел мимо закрытого кожухом двигателя десантного судна и сквозь темную пелену дыма отыскал взглядом самый большой шатер — приземистую палатку из камуфлирующего материала. Порыв ветра на секунду приподнял входное полотнище и дал ему возможность заглянуть внутрь. Он увидел нечто вроде отблесков огня, пляшущих на полированных пластинах керамитовой брони, и влажные разводы, похожие на ожившие струи крови. Через мгновение ветер сменился, и видение исчезло. Но и этой малости было достаточно, чтобы вызвать у него дрожь.

Тобельд нерешительно замер. От «Грозовой птицы» до шатра ему предстояло пересечь открытое пространство, и он не мог позволить себе быть задержанным. После длительной подготовки его миссия вступает в завершающую стадию. Нельзя допустить ни единой ошибки. Еще никому не удавалось так близко подобраться к цели. Он не вправе потерпеть неудачу.

Тобельд судорожно втянул воздух. Этой операции он посвятил целый солнечный год своей жизни, пожертвовав отличным прикрытием после десяти лет, проведенных в образе мелкого функционера несуществующего клана. Новая цель настолько увлекла его, что он добровольно отказался от этой тщательно выстроенной маскировки. Ради этой миссии он осторожно, при помощи многочисленных доз самых разнообразных ядов добился назначения на боевую баржу «Дух мщения», флагман Хоруса Луперкаля.

После предательства на Исстваане, положившего начало восстанию Хоруса против Империума и своего отца, Императора Человечества, прошло уже два года. За этот период он добился значительных успехов в покорении Галактики. Как и в данном случае, каждая солнечная система, попадавшаяся на пути военных кораблей Хоруса, либо переходила на его сторону, либо подвергалась жестокому уничтожению. Множество миров, объединенных во время Великого Крестового Похода, теперь разрывались между верностью либо далекой Терре и отсутствующему Императору, либо победоносному Хорусу и армии его полководцев. Из обрывков информации, доходивших до нижней палубы, где обретался Тобельд, становилось ясно, что армада мятежников с каждым днем становилась все сильнее. Железная хватка Хоруса сжимала один сектор Галактики за другим. Не надо было иметь особых тактических знаний, чтобы понять: Хорус накапливает энергию для решительного броска — атаки на Терру и Императорский Дворец.

Нельзя позволить Хорусу сделать этот последний шаг.

Поначалу он казался недостижимым объектом. Сам Воитель, примарх, полубог и прославленный воин, и Тобельд, обычный смертный. Очень опытный и искусный убийца, но все же только человек. Пытаться нанести удар по Воителю на борту «Духа мщения» было бы полным безумием. Тобельд пять долгих месяцев трудился на корабле, прежде чем смог хотя бы издали взглянуть на Воителя, а когда увидел это могущественное создание, не мог не задать себе вопрос: «Как же я его убью?»

Обычные яды для физиологии Астартес были совершенно бесполезны, эти воины могли их пить с той же легкостью, с какой Тобельд мог выпить вино. Но Тобельд взялся за эту проблему именно по той причине, что яды были его излюбленным оружием. Яды могли действовать быстро, могли долго ожидать своего часа, могли рассасываться без следа. Тобельд был одним из лучших мастеров токсикологии круга Вененум. Еще во время ученичества он создавал яды из самых примитивных материалов, он устранил десятки целей и не оставил следов. И мало-помалу он стал верить, что способен на это, если только судьба предоставит ему хоть малейший шанс.

Оружие хранилось во флаконе. Тобельд создал вещество комбинированного действия: смесь суспензий молекулярных катализаторов, временно приостанавливающих жизнедеятельность генномодифицированного вируса поглотителя воды — страшного организма, который способен за считанные секунды лишить живое существо всех запасов влаги. И когда Хорус объявил, что возглавит наземную операцию на Гигс Прайм, Тобельд услышал в его словах звон колоколов судьбы. Это его шанс. Его единственный шанс.