Янтарный меч 1-4 - Ян Фэй

Архимаг положил руку на массив телепортации и нахмурился, прежде чем убрать руку: – Этот массив также является наследием родословной, почти самой сильной мерой предосторожности, которую они могут предпринять. Он оглянулся на Брендела и спросил: – Но ты уже что-то приготовил для этого, верно? –

Конечно -, — Брендель обернулся и крикнул: – Сахарница.

Святое копье небес (2)

В этом мире есть неописуемые чудеса.

Одна и та же мысль приходила в голову Бренделю каждый раз, когда он поднимал голову и видел, как копье сверкает среди переплетающихся вспышек молнии.

Копье зависло в воздухе над серединой большого зала.

Он был окружен слоями грозовых туч и дугами бледно-золотых молний, ​​вылетающих из облаков, ударяющих в лезвие, а затем отскакивающих назад и растворяющихся во тьме.

Но в центре грозовых туч было мертвая тишина, без какого-либо шума раскатов грома. Все смотрели в трансе на вид небес и земли, падающих друг на друга, и звезд, падающих с неба.

Лазурный свет струился по полу Большого зала и очерчивал тени каждого камешка. Свет мерцал, как вода, а пол выглядел так, будто его покрывал мягко текущий поток.

Столкнувшись с такой сценой, даже выражение лица Уильяма дрогнуло. Более того, сэр Макаров и Обервей застыли в ошеломленном молчании с тех пор, как вошли в зал.

Крошечный посох эльфийки Тани выпал из ее рук и с лязгом ударился о землю, а она даже не заметила.

Ромен наклонила голову и уставилась на это зрелище округлившимися глазами, даже не заметив отсутствия у нее надлежащего этикета. Фрейя, которая стояла рядом с ней, приняла такое же шокированное лицо. Рыцари Озера стояли позади нее и безмолвно смотрели на копье, а глаза Мейнильд блестели зачарованно-зачарованно.

— Так это Лазурное Копье,

Брендель услышал бормотание женщины-рыцаря позади себя и не мог не обернуться и задумчиво посмотреть на нее. Такая же реакция была и раньше. Но он больше не думал об этом и подождал, пока Уильям закончит любоваться копьем.

В конце концов, кроме этих эрудированных Магов Ремесла Буга, вероятно, не было никого, кто мог бы сказать, что у них есть квалификация, чтобы идентифицировать это как настоящее Лазурное Копье.

Им не пришлось долго ждать.

Всего через несколько минут Брендель услышал, как Уильям глубоко вздохнул. Старый маг медленно выдохнул, а затем провозгласил: – Это настоящее Лазурное Копье.

Эти слова были встречены молчанием.

Сэр Макаров действовал как Ловушка, которого Хазайеры надолго заперли под землей. Он натянуто обернулся и заикаясь спросил:… Гроссмейстер, вы говорите, что это, –

— Молчи, твоего мнения никто не спрашивал. Уильям твердо прервал его. Макаров хоть и известен как Королевский лис, но даже он не смел доставлять неприятностей перед этой важной персоной. Он вздрогнул от удивления, а затем с силой закрыл рот, но выражение его лица было настолько уродливым, насколько это возможно.

Только тогда старый маг удовлетворенно кивнул.

Он оглянулся на Брендела и спросил: – Лазурное копье, открывающееся миру, может быть нехорошим делом. Как вы планируете справиться с этим? –

Брендель и Таня уже придумали план, но он мог понять, почему Великий Маг спросил об этом. Согласно традиции Буга, во избежание дальнейших проблем, они полностью запечатывали это место после того, как должным образом изучили это место.

Это прозвучало немного нелогично. Маги Ремесла Буга, которые были на вершине цивилизации, на самом деле были группой людей, которые больше всего боялись неприятностей. Вот почему они придерживались философии изоляции, скрываясь от мира и, при необходимости, уничтожая любые возможные катализаторы, которые могли бы втянуть их в грязную ситуацию.

Такое мышление было характерно не только для Буга, которые были частью Серебряного Народа. На самом деле, у большинства Серебряного Народа была эта склонность. Серебряные Эльфы также спрятались из-за пророчества, а Драконы, которые были Золотым Народом, сделали еще один шаг и запечатали себя в Царстве Драконов, и лишь несколько молодых Драконов рискнули покинуть его.

Игрокам было трудно понять мотивацию этого дизайна. Некоторые игроки считали, что это настройка, предназначенная для балансировки игры. В конце концов, для людей и эльфов ветра, которые оба были Черными гномами, Серебряный Народ обладал непреодолимой силой.

Например, самым могущественным врагом, с которым Брендель столкнулся после своего переселения, несомненно, был Андерша, один из Двенадцати вождей оленеводов, которых он встретил в Петле пассатов. Андерша была на пике своих Элементальных Сил, и ее царство сделало ее тело почти идеальным. Но даже на этом уровне, столкнувшись с Уильямом, Серебряным Народом, она могла считаться лишь маленькой девочкой.

Это относилось как к ее возрасту, так и к ее способностям.

А Уильям был лишь одним из двенадцати лидеров Магов Дерруры. У Серебряного Альянса все еще были Великая Библиотека, Башня Чистоты, Лига Радужного Адского Ремесла, а также Ассоциация Ремесленных Магов и расформированный Комитет Магии Двенадцати Колец 4.

Именно из-за этих ужасающих сил Буга осмелились называть себя повелителями небес и считать себя равными Драконам.

Даже если Святой Собор Огня, Святой Собор Ветра и Святилище Света объединит свои силы и даже получат помощь от Святилища Природы, Общества Всех за Одного и всех Людей-Пастухов, у них может не быть даже шанса. против Буги.

Если бы Буга отказались от своей философии изоляции, а Серебряные Эльфы из Серебряного Народа больше не держались в стороне, то в Вонте не было бы так много королевств. Он будет разделен между двумя равными силами.

Вот почему игроки предположили, что Буга и Серебряные эльфы вели себя так, как они делают, чтобы сбалансировать игру.

Но Брендель так не думал.

Он думал, что за молчанием Серебряного Народа и Золотой Расы стояла более глубокая причина, редко описанная в книгах по истории. Брендель предпочел бы поверить, что что-то произошло в прошлом, что сделало Серебряных Народов такими осторожными.

Конечно, у него не было никаких доказательств, и это была его лучшая догадка, подкрепленная ничем иным, как инстинктивной верой. Причина его веры была смехотворно проста. Он считал, что команда разработчиков Проливной Дождь никогда не изменит историю игры ради чего-то столь же поверхностного, как балансировка игрового процесса.

Так что Брендель не сразу ответил, услышав вопрос Уильяма, а несколько мгновений тихо задумался. Как и сказал Великий Маг, не обязательно хорошо, что Лазурное Копье показало себя. В итоге это может стать огромной проблемой.

Если бы он был просто игроком, он бы сделал все, чтобы завладеть им. Любой игрок сошел бы с ума от божественного артефакта,