Ужас. Иллюстрированное повествование о нечистой силе - Игорь Винокуров

Состояние здоровья носителя в большей части случаев оставляет желать лучшего: у большинства из них имеются очень серьёзные проблемы или с физическим, или с психологическим (душевным) здоровьем. Иногда и с тем и с другим вместе. Но бывают и исключения, когда со здоровьем носителя всё в порядке.

Мне несколько раз приходилось сталкиваться с очень любопытной физиологической особенностью носителей, как подростков, так и взрослых: необъяснимым повышением температуры их тела. Обычно это так называемая субфибрильная температура, когда она повышена незначительно в сравнении с нормой. Но иногда термометр показывает до сорока градусов. И что интересно — это почти никак не отражается на самочувствии носителей!

С точки зрения социального статуса также нет особых отличий: среди носителей можно встретить представителей всех слоёв населения — от командно-административных кругов до духовенства.

Носители, как правило, это люди, страдающие от действия неблагоприятных социальных и психологических стрессовых факторов. Самый, пожалуй, неблагоприятный из них, это одиночество — физическое, психологическое, душевное. Одиночество, по-моему, одна из самых главных вызывающих вспышку полтергейста причин. Думаю, что именно эта причина главным образом провоцирует «подростковый» полтергейст. Ведь именно подростки нередко страдают от одиночества и требуют усиленного внимания к своим милым персонам, легко ранимым, обидчивым, душевно открытым. А им нередко достаётся если не нуль внимания, то явно недостаточное его количество. Особенно в случаях, когда подросток живёт в отрыве от своей естественной семьи, без папы и мамы. В большинстве случаев «подростковые» полтергейсты связаны с детьми, проживающими у чужих людей в качестве слуг, нянек, учеников, мальчиков на побегушках, в неполной (без отца или матери) или в неблагополучной семье. Хотя и здесь бывают исключения.

Видимо, тому же самому фактору — одиночеству — обязаны случаи, когда полтергейстные проявления связаны с испытывающими физическое и душевное одиночество взрослыми, живущими вне своей естественной семьи — одинокими стариками, военнослужащими (обычно это молодые солдаты), заключёнными, монахами…

Меня уже давно тревожит мысль, не следует ли рассматривать полтергейст как болезнь, заболевание. К тому есть достаточно показаний. Я не имею в виду вторичные эффекты, когда человек или семья, оказавшиеся в эпицентре полтергейста, заболевают в результате испытанных при этом потрясений. Я имею в виду некоторые предвестники полтергейстной вспышки, состояние здоровья и образ жизни будущих носителей, а также единую для всех времён, мест и народов картину протекания феномена.

К тому же в истории полтергейста не известно ни одного случая, чтобы носителем полтергейста было животное. Всегда — только человек. Это сродни тому, как животные не болеют некоторыми свойственными только человеку болезнями. Значит, полтергейст — это феномен, связанный исключительно с человеком, с его какими-то сокровенными чисто человеческими свойствами. Конечно, в целом можно сказать, что носителями становятся одинокие и несчастные, но сколько одиноких и несчастных людей живут на свете, так и не испытав этой напасти! Очевидно, существует ещё какая-то причина, о которой мы, к сожалению, почти ничего не знаем. Но о ней, видимо, знают или догадываются те, кого обычно привлекают для «излечения» от полтергейста: представители духовенства и отдельные умельцы из народа (колдуны, знахари, ворожеи).

С «подростковыми» полтергейстами, как наиболее распространёнными, читатель имел дело на протяжении большей части книги. Ниже я хочу познакомить с некоторыми относительно более редкими случаями полтергейста, носителями которых стали взрослые люди, служащие в армии, подвергшиеся заключению, живущие в монастыре. Сюда же я отнёс редкий случай наблюдения полтергейстных эффектов в купе движущегося поезда.

С «Калашниковым» против нечистой силы

Об «армейских» полтергейстах я читал и слышал. Но то, что было рассказано на страницах второго номера болгарского журнала «5 Ф»[xxviii] за 1991 год и в газете «Известия» в номере от 22 февраля 1991 года («Контрразведка ловит «нечистую силу»), не шло ни в какое сравнение с тем, что я знал.

Всё началось около половины десятого вечера 18 января 1990 года. Иван Христозков, рядовой одной из воинских частей болгарской армии, усатый, здоровый и широкоплечий солдат, стоял на посту, охраняя вверенный ему важный объект. Внезапно над одним из близких холмов, на расстоянии около километра, он увидел два светящихся жёлтым и светло-зелёным цветом шара. Они то приближались к нему на расстояние до 40–45 метров, то удалялись. Когда они были близко, кожу как обжигало, а в голове возникал какой-то гул. И тут в Ивана ударила кучка мелких камней! Он подумал — друзья пошутили, осмотрелся, но никого не заметил. Гул в голове всё усиливался, а откуда-то сверху, из темноты, на него вдруг начали падать камни — один крупнее другого. Иван вызвал дежурного, и тут же на Ивана упал камень размером с гандбольный мяч! Иван, однако, почувствовал лишь лёгкое касание. Дежурный, решив, что на пост совершается нападение, по сигналу тревоги вызвал на подмогу целое подразделение. Но «нападавших» это не остановило: каска Ивана от ударов камней звенела, как пустой бачок! Солдаты стали цепью прочёсывать окрестности. В это время в них со всех сторон полетели камни — сверху, слева, справа. Они даже «прыгали» с земли. По невидимому противнику был открыт огонь. Но камни с большой точностью продолжали попадать в солдат.

На другой день караул по приказу командира остался в помещении. Иван, естественно, тоже. То есть охраняли объект, находясь в помещении. Но обстрел булыжниками возобновился, да с такой силой, что площадка перед караульным помещением была почти завалена камнями. Решили оставить камни до утра, чтобы потом отдать их на исследование. Однако на рассвете все камни необъяснимо исчезли. Дежурный доложил, что наблюдал их ровно до 6.00, а затем объект наблюдения словно испарился…

На третий день в акцию включилась военная контрразведка. Зону поиска осветили, как днём. Для захвата назойливого нарушителя были подготовлены транспортные средства. А Ивана поместили в специально сооружённую металлическую будку. Боевыми действиями командовали воинские чины из Высшей военной академии в Софии и из военной контрразведки. Солдаты, стреляя, шли цепью. Но «нарушитель» оказался умнее, чем о нём думали. Он затаился. Лишь Иван видел один из двух светящихся шаров, что появились в самый первый вечер, да на крышу его будки упал булыжник. Другой, поувесистее — примерно 40ґ40 сантиметров! — упал на крышу автобуса, где притаились контрразведчики. Он скатился вниз, не оставив ни следа на крыше их автобуса.