Русский маг - Андрей Погудин

– Я припоминаю, она говорила что-то такое в письме, – признал Аль Мавир. – Я должен с ней увидеться!

– Отлично, – подытожил Гуран. – Аль Мавир, отправляйтесь к прорицательнице. Шаман, помогите посвященным, вы все-таки лучший лекарь.

– Был… – пробормотал маг, но поспешил к раненым.

Госпиталь расположился в храме Ланы, через квартал от Военной палаты. Внутри пахло бинтами, потом и спиртом. Воздух полнился стонами. Рядом закричал человек – два жреца ампутировали ему руку. Шаман наложил забвение, несчастный сразу умолк. Старый жрец кивнул, пальцы сноровисто забегали по ране, прижигая раскаленной печаткой сосуды. Маг покачал головой – со вторым зрением он мог бы спасти воину руку, но сокрушаться некогда, люди ждут помощи. Шаман проговаривал заклинания, накладывал шины, обезболивал. Некоторые раненые получали на лоб белую повязку – знак того, что их спасти невозможно, жрецы выносили таких во двор. Маг работал на автомате и очнулся только тогда, когда курьер потряс его за плечо:

– Да остановитесь, вы, слышите?!

– Что?!

– Лорд Гуран вызывает вас к себе. Срочно!

Шаман вымыл руки и поспешил к Военной палате. На улице уже темнело. Маг удивился: как быстро пролетело время. Прислушался – не доносятся ли звуки битвы? – но на городской стене лишь перекликались дозорные. Демон то ли крушит остальные города, то ли решил передохнуть после удачного вторжения.

– О боги, что вы сделали с собой?! – воскликнул Гуран, поднявшись навстречу. – Выглядите как живой труп.

– Я спасал жизни, – ответил Шаман.

– Но не ценой же собственной! Сядьте, выпейте кофе. Вот печенье. Аль Мавир сейчас подойдет, его задержал король.

– Зачем? – спросил маг, опустившись на стул.

Только сейчас Шаман почувствовал, как устал. Гудели ноги, глаза пульсировали в такт сердцу, к рукам словно привязали гири. Так бывает, когда напряженно работаешь, отгоняя саму мысль об отдыхе, а расслабишься, и силы полностью покидают изможденное тело.

– Его величество вызвал Римуса и старшего мага, чтобы выслушать их предложения по поимке демона, – ответил Гуран. – Король не теряет надежды заполучить Каргула живым.

– По-моему, он до сих пор не понимает ситуации, – тихо сказал Шаман. – Речь идет о судьбе Моравии, а он преследует личные интересы.

– При мне вы можете говорить свободно, я знаю слабости короля. Тем не менее мы обязаны следовать присяге и выполнять приказы.

– Да знаю… Что там демон?

– Разведчики докладывают, что его армия разделилась. Большая часть грабит деревни. Думаю, наги здорово оголодали, совершив переход по бесплодной пустыне. Вторая часть устремилась вдоль гор в сторону Гиблых земель. Что им там понадобилось – неизвестно.

– Башню Шамариса охраняют орды чудовищ. Каргул раньше меня завладел книгой, видимо, в ней содержится ответ, как установить контроль над монстрами.

– Да с такой армией можно завоевать весь мир!

– Именно эту цель он мне и озвучивал.

Хлопнула дверь. В комнату вошел Аль Мавир. Лицо старшего мага выражало недовольство некоторыми венценосными особами, но, увидев Шамана, учитель виновато потупился.

– Я разговаривал с Илией. Она сказала, что, если ты не прочтешь «Астру», демон захватит Радэон. Еще назвала меня старым дураком и перестраховщиком. Собирайся, я расскажу тебе, как добраться до книги. И… прости меня.

Глава 4

Всю дорогу до порта Шаман выслушивал гневные тирады Зеты в адрес Аль Мавира и по большому счету соглашался с девушкой. Разреши учитель раньше прочитать «Астру», и многое сложилось бы по-другому: демон получил бы отпор, Шаман видел бы по-прежнему, и самое главное – удалось бы избежать многих смертей. Маг вспомнил казнь Румашира, раздавленного Семена, и в груди заклокотала жаркая волна гнева: «Погоди, Каргул, дай только добраться до книги и тебя уже ничто не спасет! Пускай весь мир рушится в тартарары, но я уничтожу тебя и твою армию. Ты ответишь за все!»

Сейчас наиболее безопасный путь к Последнему магистрату – водный. Лорд выбрал самую быстроходную яхту «Нартаэль». Шаман предпочел бы «Пушинку», но Дик еще два дня назад ушел к Танделле. Хозяин яхты – зажиточный купец – безо всяких возражений предоставил судно и команду в распоряжение мага, как только узнал, что короткое плавание поможет в борьбе с захватчиками.

Пока судно готовили к отплытию, маг заглянул на верфь и в кузницу. Плотники удивленно выслушали заказ, но пара динаров убедили их, что молодой господин не шутит. Пообещали управиться за терс, материал весь под рукой. С кузнецом вышло еще проще. К зиме тот наготовил полозьев – только выбирай. Шаман придирчиво отобрал самые гладкие, подмастерье отнес покупку на верфь. Готовую конструкцию плотники доставили прямо на корабль. Капитан хмыкнул, но возражать против лишнего груза не стал. Ему отчего-то совсем не хотелось спорить с молчаливым пассажиром.

Время штормов прошло, в наступивших сумерках море казалось застывшей смолой. Если не смотреть на берег, то яхта будто вовсе стояла на месте, а не летела на всех парусах к месту высадки. Хотя «летела» – сильно сказано. Дул порывистый норд-ост, ткань то опадала безвольной тряпкой, то выгибалась горбом. Капитан искусно маневрировал, стараясь использовать капризный ветер по максимуму.

Шаман находился на баке и первым увидел обломки. Части фальшбортов,[10] куски шпангоутов,[11] какие-то обрывки медленно дрейфовали, влекомые далеким, но сильным течением. Ни людей, ни шлюпок. Что бы ни произошло с кораблем, никто не спасся.

– Крушение случилось между Танделлой и материком. Малые течения огибают остров, стремясь влиться в Путь Слонов, – со знанием дела пояснил капитан. – Скорее всего постарались пираты, хотя я слышал, что они убрались оттуда. Врут, значит.

Он еще предположил, что ядро попало в пороховой склад, вон доски какие измочаленные и обугленные, но Шаман его не слушал. Внутри образовалась звенящая пустота, мысли текли вяло, мозги превратились в кисель. Маг застыл, рассудок на время отключился – организм старался пережить шок. Взгляд провожал по волнам свежевыкрашенную доску, на которой сохранилось название шхуны.

Капитан Дик встретился с черным кораблем.

Шаман простоял неподвижно все плавание. Во рту разливалась горькая желчь. Друзья гибли один за другим, каждая смерть добавляла новый рубец на сердце. Хотелось совершить что-нибудь безумное, крушить и ломать все вокруг, лишь бы затушить нестерпимый огонь, пожирающий душу. Маг огромным усилием отгородил саднящую боль, загнал ее внутрь. Она не ушла далеко, но дышать стало легче, голова прояснилась. Клокочущая ярость переплавилась в холодное пламя. Шаман запретил себе скорбеть, рассудок должен оставаться чистым. Когда все кончится, найдется время и для жгучих слез, и для поминальной чарки.