Попаданец в Содружество - Владимир Геннадьевич Поселягин

за рабство и что нас в ямах держали. Не вернуть, так убить. Если на машине будут, то хорошо, встретим, захватим, и на ней доедем до наших. Однако в кишлаке машины нет, я там пробежался. Пусто. Значит верблюды или лошади. Дорога тут одна, тропинки может и есть, но мы о них не знаем. Винтовка дальнобойная. Я хороший стрелок, с километра в глаз орлу попаду, так что на открытой местности, у преследователей шансов нет. Собьём преследование. В идеале полностью уничтожить, зависит от их количества, и верхом на конях, к своим. Или пешком, если с транспортом не повезёт. Кишлак бедный, отара маленькая. Может и лошадей не быть. Я в кишлаке их не видел, но могли где рядом держать. Не вяжется у меня посещение торговцами бедного кишлака, что-то там не так.

– Вспомнил? – спросил Сергей. – Говоришь, стреляешь хорошо.

– Проверю на практике. Почему-то уверен, что я отличный стрелок. Вот ты говорил я из Орла? А Москву помню, с девочками там гулял. Про Орёл или вот службу, вообще ничего.

– Ну вспоминается же. А про Москву ничего не знаю, ты не говорил.

– Надеюсь вспомнится. Всё, время вышло, идём дальше.

Ну мы и двинули. Вот так с небольшими десятиминутными перерывами, шкуры здорово пригодились, Толик и Сергей ещё и одеяла как плащи на себя накинули, холодно, пар изо рта вырывается, мы и шли всю ночь. Мышцы болят, раны и кости, есть такое, но думаю, за ночь километров на двадцать мы умотали точно. В хранилище на двести килограмм добытого, в основном еда, вот разное для зимовки. Оружия немного. Ценностей особо нет, хотя я скрупулёзно собирал то, что находил. Про изумруды, имею в виду. Все что нашёл и прибрал, можно будет продать. Наличка нужна. А так денег в кишлаке нет. Один раз в дороге я замер, Взор кое-что показал, и пока парни отдыхали, отбежал, внизу по склону у дороги нашёл железный магазин к «калашу» с патронами. «Семёрка». Насколько надёжны патроны, не скажу, магазин там валяется явно не один год, видимо потеряли, но Ринат выщелкал патроны, пружина сильно ослабла, и снарядил свой магазин, убрав в подсумок. Хоть какая-то помощь. Я кстати заминировал дорогу. Гранату под плоский камень положил. Кто пойдёт или поедет, стронет, и взрыв. Так, мелкая пакость. Да и шум может услышим, если преследователи будут, камень в узком месте был, обязательно стронут. Ну а пока шёл, светать начинало, размышлял. Было о чём.

На счёт прошлой жизни, я не всё описал. Аномалия да, я с ней в контакте был. Это несомненно искусственное образование. Я больше скажу. Похоже, оно имеет свой разум. Или этот червоточина, с глюками, на основе пси, и из другого мира надо мной просто издевались, под видом внеземного разума. Тоже вариант, я его рассматривал. У меня оборудование, специальное, сам создавал с нуля, такие деньги вложил, сорок тонн весит. Большая часть развёрнута в трюме моего судна была, там у меня исследовательский зал, именно благодаря этому оборудованию я с Аномалией и общался. И да, вы не ослышались, пусть освободил магическое хранилище на четыре тонны, само оборудование весит около сорока. В этом и заключается секрет моего общения с Аномалией. Та меня многому научила, правда, по принципу, ты мне – я тебе. Однако я считал, что в плюсе, до недавнего времени, потому как получил немало интересного. Среди них, плетение облегчения веса. Предмет теряет девять десятых своего веса. То есть, весит процентов на десять от реального. Штука сложная, но я освоил и сохранил плетение на одном из накопителей, тогда здорово перебрал содержимое хранилища и немало что добавил. У меня там вещей и всего нужного, на восемьсот двадцать три тонны, на сорок тонн та свободная. Классная же штука? У меня боевой флаер имеется, десятого поколения. Конечно, полноценного космического корабля нет, но эксклюзивная космическая яхта, с обзорными окнами, с двумя роскошными каютами, тремя дополнительными помещениями, та восьмого поколения, но прокачена до десятого, иметься. Двести тридцать тонн весит, а в хранилище двадцать три. Впрочем, я и тот старый, с общим жилым салоном сохранил. Он у меня чисто для личного спасения, редко пользовался. Челнок имею ещё. Вообще хватает всякого.

Та же Аномалия, выдав пакет информации, я потом десять лет осваивал это, но смог создавать пси-андроидов. Полные копии людей, даже говорить могут. У меня четыре десятка в хранилище. Управление дистанционное. Копии своего разума вложил, так что бойцы эти хоть куда, и полное мне подчинение. Правда, заряда хватает на десять суток автономии. Так что я не рад тому, что случилось. Нет, попасть на Землю, неплохо, я сильно не расстроен, но столько планов пошло прахом, не передать. Тут мои мысли были нарушены. Взор у меня тоже модернизован, знания от Аномалии, и он может как поисковый сканер работать. Я внёс в базу материал изумруда, как раз поиск шёл, а изучал всё вокруг, не прекращая кач, и он показал на склоне обрыва, нечто с изумрудом. Снова дав парням отдохнуть, те отлить отошли, а сам ножом выковырял из каменистой земли, кажется, женскую серёжку. Сильно деформирована, металл из серебра, но три камня, один большой с мой большой палец, и два мельче, были на вид целые. Отряхнул и прибрал. Тоже на продажу, на пси не отреагировали, а жаль, накопителями не являются. Вот так и двинули дальше. Прошли ещё с километр, я видел парни на грани, да и мне было тяжело, но упорно шли, вот и сказал им:

– Вон видите белую скалу? Уйдём за неё и скроемся в скалах, прождём день. Надеюсь, ветра там нет, найдем тихое место, и выспимся. А ночью дальше двинем. Дорога удобная, и ночью можно двигаться. Это не тропки в горах.

Те даже приободрились, тут метров пятьсот и будет эта скала, а там отдых. Вокруг тихо на многие километры, уже достаточно рассвело. Так и дошли до скалы. Тут даже проход в скалы был, куда мы и ушли, а я отличное место для стоянки нашёл. Жаль источника воды нет, у нас в запасе литра два осталось. Ну и у меня литров тридцать в хранилище. Так что парни легли на шкуры, вместе две положили, соединили, расчистив место от мусора и мелких камней, накрылись одеялами, прижавшись друг к другу, они так и в зинадне жили, это мне одному тяжело, холодно, а им теплее было, и уснули. Я вызывался подежурить, мол,