Целители. Тени прошлого. Академия магии Дормера 1. - Наталья Машкова

Он решился довериться ей полностью и прошептал:

- Что мне делать, если я найду её живой, но с аколитом на шее?

Анизетт погладила сына по голове:

- Так и будет, вероятнее всего, раз ты не чувствуешь её. Или смерть. Или это... Если она жива и аколит жрёт её, просто поделись с ней силами. Она может не услышать тебя, но ты поможешь ей продержаться...

Так и случилось... Дамиан Лавиль нашёл свою пару живой. До крайности истощённой, но живой. Она не слышала его. Молчала. Но он смог отдать ей силы. А она приняла. Приняла и отдала жутким артефактам, что тянули из неё жизнь... Они утекали, эти силы, истощая его. Но и ей оставалось что-то. Так он выигрывал для неё время.

Анизетт Лавиль ужасалась тому, как выглядел её сын. Как часто впадал в забытьё. Уходила плакать в другую комнату. Возвращалась спокойная и собранная. Старалась помочь своему ребёнку. Но не мешать ему проходить его путь. Она как никто знала, что "счастье быть рядом" с тем, кого любишь.

***

Лика пропала... Вернее, так думали несколько часов. Потом, правда, девушка написала, что всё в порядке, она просто ушла домой, не в силах быть в академии.

Врала... Но ничего страшного с ней, в отличие от Нел, не случилось. Она просто повела себя безрассудно, и её остановили...

В какой-то момент, Алике показалось вдруг, что она слышит Нел и Густа, и она выбралась из академии. Это было непросто, но возможно, пока Элвин не закрыл Врата академии наглухо.

На улицах было неспокойно. Но Лика вела себя умно и не пересекалась с толпами, бродившими тут и там. Шла за "зовом", который мерещился ей. Пока фигура, выступившая из темноты, не вырубила её...

Очнулась в магически изолированной камере. Напротив сидел никто иной, как Алистер Лариди и смотрел на неё с нечитаемым выражением лица. Лика рывком села на узкой койке. Зябко обхватила себя руками, хоть и было тепло. Оказаться в руках ублюдка было страшно...

- Где я?

Лариди криво усмехнулся, намекая, что она ведёт себя как дура. Лика тряхнула головой. Пусть она дура, зато он мерзавец! Удивительным образом, начальник Тайной Канцелярии Гарнара понял её. Скривился сильнее. И стал необъяснимым образом проще, понятнее что-ли, и ближе...

Лика смотрела во все глаза на мерзавца Лариди, который, кажется...испытывал смущение и неловкость...

Потрясённо моргнула. Он сообразил, что она тоже прочла его. Бросил притворство и прямо, как своей, заявил:

- Родство душ, не иначе! Потому я и предлагал сотрудничество! А ты, дурочка, надумала себе и пошла дурить!..

Боль снова резанула сердце девушки. Не так, как раньше, но всё же... Алистер оставил шутки. Глянул на Лику очень светлыми, как чистейший лёд глазами:

- Прости меня. Я не учёл твой возраст, воспитание и травмы. Только мозги. Они у тебя однозначно есть. Но ими ещё нужно научиться пользоваться.

Тут Алика была полностью согласна. Почти год прошёл. Она изменилась и на многое смотрит...не иначе, но чуть по другому... Потому она не стала играть в оскорблённую невинность и очень буднично спросила:

- Зачем было тащить меня в Гарнар? И запихивать сюда?

Лариди молчал. Тогда Лика глянула на начальника Тайной Канцелярии искоса и коварно усмехнулась, став просто красавицей. Ей очень шло, когда она переставала играть чопорную девицу:

- Ты забыл, эльф, одну деталь! Крайне немаловажную и забавную... Ты всё равно выпустишь меня отсюда рано или поздно. Что будет с тобой, если я пожалуюсь Сьюлис, что ты снова обижал меня? Всплакну даже?

Лариди поморщился и смущённо улыбнулся:

- Тебе вовсе не обязательно натравливать на меня Крошку Сью. Ты и так защищена...

Лика хмыкнула:

- Не приплетай Тай! Зачем притащил сюда? Не позволил искать Нел?

Лариди нахмурился:

- Ты ходила кругами. Тебе показалось, что ты что-то слышала.

Лика вздохнула. Она сама поняла это в конце той опасной "прогулки" по городу.

- А зачем сюда?

Начальник Тайной Канцелярии поджал губы:

- Моя жизнь напрямую зависит от твоей. Умирать я пока не расположен. Значит, приходится беречь тебя.

Лика пусть и грустно, но рассмеялась. Шутник этот Лариди!.. Попыталась расспросить, что это за подколка такая. Эльф молчал. Так, что она поняла: не скажет и не отпустит пока... Вздохнула. Письмо своим написала. Пусть они хоть за неё не волнуются.

Отвернулась к стене и плакала, пока слёзы не кончились.

Глава 49.

Академия бурлила. Студенты не разъезжались. Их просто не отпускали из-за того, что в столице опасно. А многие и не хотели уезжать. Те, кто дружил с Нел и Дастом.

Универсы объединились с целителями и шныряли по улица объятого беспорядками города. Как и зачем академия отпускала их, никто из преподавателей ума не мог приложить. С другой стороны, седобородые мудрецы, пусть и приобрели, знания и мудрый взгляд на вещи, но и отстранёнными стали. Не все, но многие.

Академия таким не страдала. Дух её, зажжёный однажды лучшими из эльфов, оставался молодым. Он жалел взрослых детей, чьи сердца рвались от безысходности и боли. Отпускал их. Пусть опасно, но так им, хотя бы, легче. И кто знает...

Отец Даста тоже мотался по городу со своими людьми. Регулярно заезжал в академию, чтобы вынести мозг Элвину и декану универсов. Он и до Лавиля пытался добраться, чтобы высказать тому всё по поводу того, какие подстилки числятся у него в студентках.

Арлис Графтон не пустил старого козла к Лавилю. Тот был совсем плох. Во всех смыслах. Он просто убил бы урода. Они с Элвином терпели. Но когда на третье утро после пропажи ребят он явился снова, декан универсов пошёл открывать окно в башне ректора. Бросил зло:

- Лучше выброситься к чертям, чем терпеть ублюдка!

Коллеги, пившие кто чай, кто что-то покрепче, покивали. С полным пониманием на утомлённых лицах.

Завель поджал губы:

- Я заходил к Лавилю. Страшное зрелище... Вы знаете, я терпеть его не могу, но даже я пожалел беднягу. Выдержит ли?

Рувих сурово отрезал:

- Нет.

- Почему?

Кто-то из магистров уточнил не из праздного любопытства. Магистр Рувих был гениальным учёным... Он долго молчал. Думали, не ответит, но он свёл брови:

- Кровь не даст выжить. Его род славится верностью. Любви, в первую очередь.

Кто-то хмыкнул:

- Не слышал я за Лавилями такой славы!..

Рувих посмотрел на коллегу, как на дурака. И вдруг вздохнул:

- Эльфийский род нашего