Владеющий - Михаил Злобин

Тяжелая вонь хлынула в воздух комнаты, и высокородные господа тут же изменились в лицах несмотря на то, что на поле боя бывали многие из них. Видимо, стоять над поверженными врагами, растерявшим свои потроха, было легче, чем наблюдать за балансирующим на краю гибели молодым родственником.

Стараясь минимизировать шанс заражения, я принялся закручивать силой своей Искры над стонущим в бессознательном состоянии парнем воздушную воронку. Чем меньше всякого мелкого мусора попадает в разрез, тем лучше. Ведь каждая случайная пылинка – это потенциальный источник воспаления. А уж найти стерильное помещение в этом средневековье задачей было попросту невыполнимой.

В целом, внутренности Йеро выглядели очень паршиво. Он неспроста жаловался Астре на боли в животе, ведь как минимум в двух местах на петлях его кишечника выпирали какие-то вздутые пузыри. Пусть я не был большим специалистом по кишечным патологиям, но в свое время выпотрошил немало душ в Аду. Так что как должны выглядеть внутренние органы представление имел. Как бы, любой, кто кромсает себе подобных на протяжение тысячелетий, станет хорошим знатоком анатомии.

Здесь же налицо было какое-то хроническое заболевание, возможно даже врожденное, ведь такие грыжи на кишках за один день не вырастают, это уж точно. Больше походило на то, что на протяжение месяцев, а то и лет, некоторые участки внутренностей Йеро постепенно истончались и выпячивались. И, в принципе, при таком недуге, мой удар действительно мог спровоцировать разрыв.

Собственно, именно это я сейчас и наблюдал. Одно из этих вздутий лопнуло, извергнув через себя полупереваренный праздничный ужин прямо в брюшную полость. Насколько же плохая это была идея тащить меня на поединок на полный желудок… Вполне возможно, что если б парень не налегал на вино и закуски, то не заимел бы столь серьезных последствий, грозящих смертью. Но теперь-то уже поздно рассуждать.

Мать Йеро, узрев эту размазанную по внутренностям сына мешанину из слизи и дерьма, вскинула ладони к бледному лицу. В ее глазах парень был уже нежилец, ведь она лучше любого другого знала, что последствия такой жуткой травмы убьют буквально любого.

– Домина Эстуан, – позвал я, но женщина словно бы меня не услышала.

– Домина!!! – Рявкнул я уже значительно громче, выводя целительницу из оцепенения. – Постарайтесь сделать так, чтобы Йеро не чувствовал боли. Поделитесь с ним своей энергией…

Подобная процедура не была чем-то необычным, и практиковалась чуть ли не каждым лекарем. Нечто похожее провернули врачеватели еще на арене с Таасимом, когда мой клинок проткнул его межреберный нерв. Так что аристократка молча принялась за знакомую работу, избегая задавать лишние вопросы.

Я же взялся за очищение полости живота, которая сейчас была заполнена остатками обильного пира и продуктами начинающегося воспаления, и для этого мне понадобилась та самая трубка, которую сделал Нисс из кенсийского чайника. Один ее конец я опустил в распоротое нутро парня, а на другом сформировал своей Анима Игнис небольшое завихрение из воздуха, которое начало тянуть содержимое, вывалившееся из кишечника, издавая при этом противные хлюпающие звуки.

Лично меня сие нисколько не трогало, но краем глаза я заметил, как побледнели лица у некоторых людей, которые наблюдали за ходом операции. Дамы начали прикладывать к носу надушенные платки, словно их аромат мог перебить витающее по комнате зловоние, а мужчины только морщились, но продолжали смотреть.

– Отойдите все на два шага назад, – приказал я, не боясь задеть честь высокородных господ. В этой ситуации было не до приличий.

И снова меня послушались все, кроме разве что матери и отца Йеро. Женщина осталась стоять, вливая в парня свою жизненную силу, а глава рода упрямо продолжал следить за моими манипуляциями с нескрываемым недоверием.

Чистка затянулась весьма надолго, а некоторые особо крупные сгустки, не проходящие в трубку, мне и вовсе приходилось извлекать своими пальцами, надеясь, что этим самым я не подсажу парню какую-нибудь инфекцию. Сам молодой Эстуан в этот момент что-то нечленораздельно бормотал и бредил, находясь на границе бессознательности и яви, но резких движений не делал, что уже утешало. Могу представить его удивление, если он вдруг очнется и увидит себя распоротым, словно тушу в мясной лавке.

Через какое-то время мать Йеро окончательно выдохлась и едва не свалившись на пол. Так ей на замену пришлось встать другому лекарю, который точно так же выставил ладони над головой парня.

– Найдите еще целителей, – тихо сказал я, обращаясь к главе семьи. – И чем больше, тем лучше.

Мое новое поручение принялись исполнять мгновенно, и из комнаты исчезла едва ли не половина присутствующих. Что ж, так даже лучше. Чем меньше ртов будет дышать над оперируемым, тем больше у него останется шансов выжить. Наверное…

Вскоре к нам присоединилось еще два лекаря, а к тому времени, когда небо за окном окрасилось дегтярной чернотой, прибыло еще четверо. Они по очереди вливали энергию в тело мальчишки, сменяя друг друга каждые полчаса, чтобы не истязать свою Искру сильным истощением. К тому времени, когда выдыхался последний, первый успевал уже отдохнуть и восстановиться. И именно благодаря их стараниям молодой аристократ еще не отправился знакомиться с Князем Тьмы.

Закончив с чисткой, я снова взялся за нож, несколько грубовато оттяпав поврежденные части кишечника, а затем схватился за нитку с иголкой. Так, еще в прошлой жизни я слышал, что в этом деле нет ничего сложного. Белое сшивай с белым, красное с красным, желтое с желтым. Про сизое и синее там вроде бы не говорилось, но принцип должен быть тем же. Острие иглы проткнуло разорванную кишку, и тонкая шелковая нить стянула первым стежком два разорванных края. Вроде неплохо получается… только не думаю, что их можно оставить внутри парня.

– Нужно как можно скорее исцелить место разрыва, – сказал я целителям, когда закончил шить. – Нитки придется снять, вряд ли они приживутся.