Вектор: Жизнь и смерть - Никита Владимирович Чирков

желания решить все грубо, но зато быстро – крайне сложно. Но в любом случае сдаваться она не собирается, уж точно не после того, как почти осквернила память дочери, пытаясь прикрыть ей свою слабость и жалость. Но в итоге, что забавно, именно это и привело ее к переосмыслению нынешнего положения, и в каком-то смысле маленькая спасла ее: все-таки, как говорят, человек не умер, пока его помнят.

Впереди, метров через пять был уже привычный перекресток, все того же стандартного типа с ровными углами, явно непредназначенными для герметизации проходов в экстренном случае, но у Светы подобное уже вызывает раздражение. Словно она застряла в лабиринте без конца и начала, причем именно сейчас подобное всерьез привлекло ее внимание, хотя осталось совсем чуть-чуть. Приятный свет с потолка по центру выделяет глубину всех четырех сторон, где лишь местами подают жизнь приборы освещения, подчеркивая последствия столкновений людей с иноземными созданиями, приютить которых поначалу казалось лучшей идеей, – только вот все забыли о воспитании, и, как подобает новой Жизни, максимализма ей было не занимать.

Слева в конце были закрытые двери, причем кто-то заботливо оставил на них надпись «не входить», и если подобный смысл совершенно не нов, даже скорее банален на Векторе, то истинную важность его подчеркивает тот факт, что для чернил использовали кровь – владелец которой, уже давно усопший, лежит параллельно дверям, окутанный тоненькими лианами, пожелавшими использовать более несамостоятельный организм для удобрения. Вдоль стены, как раз от двери слева до открытого прохода справа, было много следов растительности и присутствия борьбы, чему также она не особо удивлялась. Но причиной ее задержки в этом месте послужил другой фактор, а именно – крик Альберта за дверьми впереди. Тот самый, без которого схватка иногда кажется слишком простой, а вперемешку с верещащим во всю горлину неизвестным существом нетрудно было представить борьбу между двумя биологическими видами.

Медленно подойдя к дверям, Света оперлась руками на створки, прислушиваясь к каждой мелочи, каждому удару, всхлипу и крику, четко представляя полную разруху и ярость, с которой оба противника дерутся за свои жизни, но самое главное – это ей нравилось. Все-таки Альберт столкнулся с естественными силами Вектора, совсем не желавшего кануть в небытие, что не могло не значить некий аналог справедливости. Он убил Ника попросту ни за что – так почему же существо тогда не может убить его, подарив Свете чуть ли не жертвенное преподношение, принять которое она будет только рада? Конечно, остается небольшая проблемка: при победе монстра все же необходимо будет удостовериться в этом визуально, отчего, возможно, придется столкнуться с ним. Хотя, думает Света, то будет приемлемой ценой, лишь бы Альберт получил по заслугам, а ей удалось посмотреть ему в глаза перед его кончиной. По звукам было трудно определить претендента на победу, как и трудно понять, долго ли еще продолжится бой: все-таки, судя по всему, противники крайне равны по силам, ведь Альберт далеко не слабый или неопытный – угрозу он представляет крайне весомую, отчего сразу зарождается страх проигрыша Вектора. Однако вместе с этим страхом рождается и решение, которое вступает в силу незамедлительно.

Не желая победы своего бывшего напарника, Света, полная уверенности в желании помощи монстру, открыла двери и присоединилась, встав тем самым на сторону инопланетной Жизни, что не может не забавлять. Открывшаяся картина боевых действий не сильно отличалась от визуального представления Светы: Альберт лежал на полу, держа обеими руками над собой человекоподобное существо, готовое вцепиться в его маску зубами, махая при этом сломанными руками, крича то ли от гнева, то ли от боли. Существо было почти в размер со своей жертвой, но куда худее и костлявее, хотя явно несильно слабее, вынуждая Альберта из последних сил противиться яростной атаке. Света пока еще была невидима обоим, находясь перпендикулярно им, метрах в пяти от них, ведь внимание каждого полностью занимал противник. Она стояла на месте, всерьез получая удовольствие от разворачивающегося перед ней гладиаторского боя. Полная уверенности и контроля, она следила за каждым действием и, улавливая каждый звук, все же решила плавно двигаться чуть в сторону. Первым делом прямо под ногами она заметила мертвое тело, судя по всему, убитого Альбертом недавно, а значит, нападали на него несколько и сейчас он расправляется с последним.

Большой зал, слева вход, справа встроенная во всю стену конструкция для вагонетки, позволяющая ей присоединиться и герметично открыть двери для людей. Они стояли три в ряд, и подступ к ним происходил через пропускной пункт открытого типа, с компьютерами. Центр был крайне просторен и как раз подходил для размашистого боя, хотя вдоль стен целыми квадратами были расположены ящики и сумки с вещами, оставленные в последний момент при эвакуации.

Света не считала себя жестоким человеком: грубым – да, черствым – разумеется, но не жестоким. Получать удовольствие от чьей-то боли или страданий в том чистом виде, вынуждающем только ради этого делать свою работу, у нее не было. Но сейчас, глядя на жесточайшую борьбу жизни и смерти, она не вмешивается – не от того, что надеется упростить себе жизнь при победе монстра над Альбертом, нет: ей искренне хочется видеть его мучения. В каком-то смысле это даже праведная месть, заслуженная и справедливая, и то, с каким трудом ему дается драка, всерьез поставившая навыки под вопрос, дарует Свете удовольствие, потому что он заслужил это.

ГЛАВА 55

Альберт победил. С трудом, но третьего и последнего по счету существа его руки лишили жизни без сомнений или сожаления. Обхватив его сзади, удерживая ногами корпус, Альберт свернул врагу шею молча и уверенно, полный концентрации. Он напоминал палача, выполняющего рутинную работу. Обойдя все помещение, Света смотрела на него, заняв место у входа, рядом с той дверью, откуда, как она могла судить, пришел сюда Альберт. Между ней и ним было метра три, а до вагонетки с ее места – где-то пятнадцать. Сидя, она оперлась руками в колени, слегка наклонившись вперед, смотрела на него спокойно, выжидая реакции на ее присутствие, которое, разумеется, Альберт не может не оставить без внимания. Немного неуклюже поднявшись с пола, прежде откинув труп монстра в сторону, он бегло оглянулся, явно проверяя безопасность окружения, и могло даже показаться, будто Света для него невидима. Но только стоило ему сесть на ближайшую скамью, чуть наискось от нее, как вполне уверенный взгляд сразу поймал ее.

– Уродцы напали из вагонетки. Стоило открыть двери, не прошло и минуты, как они ожили. Последний был лидером, они умели работать командой. Когда я вскрыл вагонетку, там были они