Золушка для снежного лорда - Ева Никольская

— Людишки такие предсказуемые. — После чего скрылся в закручивающейся воронке алого портала.

— Что он сказал? — спросил Кайлин, поймав мой взгляд.

— Что мы предсказуемые, — хотела крикнуть я, но вместо этого из горла вырвался сиплый шепот.

— Это точно, — проговорил мне в плечо жених и, выпустив меня из объятий, повалился назад.

Если б не сеть, позволявшая нам парить внутри нее, он бы точно упал. А так завис в воздухе, окруженный мерцанием золотистых нитей. А я наконец смогла его рассмотреть. И то, что увидела, мне совершенно не понравилось. Мужчина словно постарел на несколько лет. Лицо осунулось, скулы заострились, в уголке здорового глаза и губ залегли тонкие морщинки, а волосы… его густые черно-белые волосы стали серебристо-серыми! И причиной тому являлось не воздействие эскалибриума, силой которого пользовался Кайл, а самая обычная седина. Только это неправильно, когда человек седеет в двадцать шесть лет! Хотя… какая мне разница, если я его и таким люблю.

— Вы там живы? — поинтересовался Дигрэ, потихоньку поднимая нас наверх.

И, не имея возможности ответить из-за отсутствия голоса, я просто кивнула.

На изнанке…

Закария Гримм вышел из портала в просторной комнате, где его уже ждали два таких же мохнатых лорда в традиционных для третьего королевства мантиях. Раньше такая форма одежды была принята у жрецов и преподавателей магических академий, но после проклятия, наложенного на подданных лучезарным повелителем, покрытые шерстью мужчины стали отдавать предпочтение просторным балахонам, ибо натягивать на мохнатые тела штаны и рубашки было проблематично. Женщины же, как и несовершеннолетние юнцы, по-прежнему носили удобные для человеческих фигур наряды.

— Ну как? Удачно? — спросил встречающий с медного цвета шкурой, окидывая цепким взглядом эррисара огня.

— А р-р-разве не заметно? — рыкнул в ответ мрачный как туча «оборотень».

— Но…

— Заткнись, Лар! — бросил Закария, поморщившись. — Лучше дай мне мантию, достало уже изображать из себя голого туземца.

— Они тебе поверили? — подавая господину расшитый золотом балахон с глубоким капюшоном и широкими рукавами, снова подал голос рыжий.

— Недостаточно, чтобы бросить к моим ногам все, что я пожелаю. Их верхушка вообще на диво упертые личности, фанатично убежденные в правильности своей миссии. Наивное стадо! Нет, не поверили.

— И в туземца нет? — спросил второй встречающий. Он был ниже первого и заметно худее. Каштановая шерсть лоснилась в свете магических ламп, а серые глаза то и дело вспыхивали алым, что было характерно для лордов огня.

— В туземца поверили, Кирстан, — криво усмехнулся эррисар, одеваясь. — Но добыть артефакт времени мне это не помогло, — вздохнул он, а потом яростно стиснул кулаки, рявкнул так, что оба монстра отпрянули: — Я держал эти проклятые часы в р-р-руках! В этих вот руках! — Он разжал пальцы и в доказательство потряс ими. — Почему в книге Годранга нет записи о способности духов меняться местами со своими хранителями?! — Рыжий с каштановым переглянулись и, вновь посмотрев на предводителя, синхронно пожали плечами. — Аштарэтова летопис-с-сь! Чую, она от нас еще много чего скрывает, — более спокойно проговорил Закария.

— Все артефакты имеют свой характер, — согласно кивнул тот, что пониже.

— Духи, они такие. Вам ли не знать, ваша светлость, что с этими тварями просто не бывает, — поддержал его высокий и, меняя тему, протянул эррисару массивную цепь, между звеньями которой были закреплены волшебные часы — четыре добытых Закарией трофея в схватках с представителями почти уничтоженного клана повелителей времени.

— Еще три штуки, — надев на шею громоздкое украшение, «оборотень» погладил пальцами свои необычные кулоны, — и я смогу разбудить этого сияющего мерзавца, чтобы потребовать снять проклятие, как он и обещал.

— Думаете, сдержит слово? — скептически хмыкнул рыжий.

— Пусть попр-р-робует не сдержать!

— Но сможем ли мы достать оставшиеся часы, если наши доблестные предки истребили почти всех златовласых,[17] а Лучезарный, чтоб ему кошмары снились в его неприступной усыпальнице, раскидал свободные артефакты по мирам и расставил на пути порталов дрессированных марионеток, равных нам по силе? — вздохнул обладатель каштановой шерсти.

— Не р-р-равных, Кирстан! — возразил ему предводитель.

— Ой ли? — Лар недоверчиво прищурился. — Были б не равные, вы бы вернулись из своей сумасбродной миссии не с пустыми руками… ваша светлость, — не без ехидства заметил тот, кому это ехидство позволялось, так как именно рыжий монстр был ближайшим советником повелителя огненного крыла.

— Так бы оно и было, если б я не увлекся, решив прихватить из мира Алина не только артефакт, но и новоявленную златовласку с ее парнем.

— Зачем?! — хором воскликнули оба «оборотня».

— За надом! — огрызнулся эррисар, накидывая капюшон на остроухую волчью голову.

— Баба понравилась? — предположил рыжий.

— Мужик, — глумливо усмехнулся Закария и, довольный эффектом от своего заявления, добавил: — Да расслабьтесь вы, просто так вышло, что я этого парня знаю.

— Откуда?

— Когда мой младшенький испустил дух, не выдержав оборота, я рванул спускать пар вместе с полоумными тварями, засланными в ледяные чертоги. Ну и встретил там этого… проклятье! Он так напомнил мне покойного братишку, что я не смог его убить. Лишь покалечил, желая стереть это сходство.

— И ты его снова там увидел? — спросил Лар, почесав медноволосый затылок.

— Судьба, не иначе, — качнул головой черный «оборотень». — Ведь пленницу из снежных помешал забрать именно он. И получив дозу магического излучения, мальчишка обрел способность общаться с нами без переводчика. А девка его и без дозы язык понимает. Дар, наверное.

— Наверное, — эхом отозвался рыжий, а каштановый спросил:

— И почему же вы не притащили хотя бы их, милорд, раз часы ускользнули из рук?

— Потому что! — бросил Закария, не желая признавать поражение от какого-то беловолосого выскочки, которого он, увлеченный Гидеоном, даже не брал толком в расчет. — И вообще, я жрать хочу! Меня все эти дни кормили как… как…

— Туземца? — подсказал Кирстен.

— Пленного туземца! Даже на нормальную сервировку не расщедрились, будто я пес какой-то, а не человек. Сволочи!

— Стол накрыт в малой столовой, ваша светлость! — сообщил Лар, который и сам любил хорошо поесть, особенно с дороги. — Мы вас с утра ждем, чтобы обмыть победу.