Лишённые смерти - Якимова Валерьевна

   "Не ускоряй шаг. Теперь уже скоро развязка. Но первый выстрел не мой. Не мой..."

   Взгляд из темноты пронзал копьём, почти невыносимой болью. Почти... Можно сделать ещё шаг. И ещё...

   Тихий свист арбалетной стрелы. И охотница избавилась от копья взгляда вампира. Теперь можно вздохнуть, повернуться.

   Carere morte был силён, но молод, глуп. Он едва обратил внимание на попавшую в тело стрелу, попытался преобразиться. Мгновение Лире казалось, что ему это удастся: поднявшаяся с невидимого в черноте ночи тротуара тень охватила его фигуру, но продержалась недолго. Вампир ринулся на Лиру, ещё не поняв, что перед ним также служитель Ордена, и отшатнулся от взгляда хрупкой девочки. Вторая стрела Бовенса ударила его в сердце, и он рухнул на камни, едва не зацепив охотницу.

   Родерик, подойдя к нему, достал склянку для сбора крови.

   - Нашим учёным, - зачем-то пояснил он Лире.

   - Я знаю об исследованиях Морено, - буркнула девушка, отступая.

   - Всё-то ты знаешь, - он передал наполнившуюся склянку Агнессе. - Ты готова провести ритуал?

   - Я... - Лира вспомнила глаза Тессы. - Нет.

   Склянка с чёрной в ночной тьме кровью очутилась у неё в руках. Лира отправила её в сумочку к пузырькам со святой водой и ухмыльнулась такому соседству. Агнесса уже привычно ассистировала Бовенсу, и закончили они быстро. Скоро охотники продолжили рейд.

   - Тебе тяжело? - осторожно, пока не видел Бовенс, Агнесса коснулась руки подруги. - Может, тебе возвратиться домой, отдохнуть?

   - Нет, что ты. Всё в порядке, - машинально ответила та. Так её учили.

   - Тебе всегда тяжело после уничтожения carere morte.

   - Убийства.

   Агнесса вспыхнула, но, через секунду овладев собой, спокойно улыбнулась:

   - Лира, зачем ты вступала в Орден?

   Она хотела растормошить подругу, но задела самое больное. Лира ответила сухо, почти неприязненно:

   - Я была только послушна воле родителей.

   Агнесса звонко, дружески рассмеялась, затормошила её как ребёнка:

   - Лира, хватит дуться! Ты бы хотела, чтобы этот вампир убил тебя? Ну же?

   Лира хмурилась и отбивалась, но, оттаяв, улыбнулась:

   - Я всё объясню тебе. Позже.

   В Академию они возвращались как подруги. Родерик, попрощавшись, ушёл вперёд, торопясь к Латэ с докладом. Девушки же, оказавшись на территории Покрова, пошли медленнее, будто прогуливались. Колонны деревьев парка отливали серебром в лунном свете. Шепот их листвы казался Лире похожим на шуршание сворачивающейся в огне бумаги, на шипение сгорающей свечи.

   - Ты обещала мне объяснить, - тихо напомнила Агнесса.

   - Только сначала скажи, что ты сама думаешь.

   - Я думаю, что ты чересчур упиваешься своим страданием. А если говорить о вампирах, я верю клятве, которую произнесла при посвящении, каждому её слову.

   - Значит, "проклятие, пришедшее пожрать мир"?

   - Да. А ты попробуешь возразить?

   - Когда мы убиваем carere morte, мы уничтожаем их души. Полностью, безвозвратно. Они в этом мире единственные погибают навсегда, понимаешь?

   - Этот путь во тьму - их выбор.

   Лира отчаянно замотала головой:

   - Не понимаешь... Этот путь, во тьму, не единственный их выбор.

   Она замолчала, чувствуя, что нужно дать теперь сказать охотнице. Агнесса неуверенно проговорила:

   - Какая-то ересь. От кого ты наслушалась такого?

   - Он не может быть единственным, просто не может. Потому что это безнадёжность. Такого не бывает, не должно быть в мире! Нас учат, что спасение для carere morte невозможно, и учителя не правы. Потому что если они правы - всё бессмысленно! Души вампиров не мертвы. Просто carere morte ближе, чем мы подобрались к краю Бездны. Не проклятие - Пустота, которая в ней, пожирает мир! А мы толкаем их туда - в Бездну, в Пустоту, а должны бы протянуть руку, помочь. Мы губим их, не проклятие! Они творят в этом мире меньшее зло, убивая нас.

   Лира видела, в глазах девушки сверкнуло понимание при первых её словах, но скоро эта искорка начала гаснуть. Когда она закончила, Агнесса сокрушённо пробормотала:

   - Но ведь нет ничего в мире, что могло бы спасти их!

   - Если мы чего-то не знаем, это не значит, что этого нет.

   Охотница встряхнула головой, будто избавлялась от дурмана, засмеялась:

   - Значит, и в Бездну ты также веришь?

   - Да, - твёрдо ответила Лира, не обращая внимания на её смешок. - Да, и в Бездну я верю. Также.

   "Она реальна. Также реальна, как тень от солнца, как отражение в зеркале. Ты чувствуешь её прикосновения? Они ледяные. Они достигают твоих чувствительных струн и распространяются по ним. Они замораживают твои нервы - и ты больше не чувствуешь ничего: ни страха, ни сомнения. Остаётся лишь любопытство - равнодушное, ледяное, как всё вокруг: что будет, если я загляну чуть дальше? Когда ты жжёшь свечу и бездумно следишь за гостьями-тенями, носящимися по стенам, когда ты склоняешься над тёмным зеркалом и пугаешься там, за стеклом, другого человека, и боишься осознать, что этот другой - ты и всегда был в тебе, когда ты видишь край обрыва и замечаешь за ним в прозрачном воздухе тонкий ажурный мост, сотканный из света - тогда ты чувствуешь: Она рядом. В этом мире. Она заполняет его. Её пустотой здесь полно всё. Но она ускользнёт из твоих рук, спрячется от твоих взглядов: не коснуться, не придать ей форму и плотность, не извлечь... Не уничтожить! Она здесь правит. Ей здесь принадлежит всё. И мы мечемся, нанизанные на иглу её мыслей".

   В молчании, погружённые в думы, они спустились в арсенал. Лира совсем замкнулась, напуганная своей откровенностью. При этом она отметила, какое влияние её убеждения, оказывается, способны производить на окружающих, и тайно порадовалась.

   В Академии было людно: недавно закончилась последняя ночная стража. Арсенал из-за собравшихся здесь людей, показался Лире неожиданно маленьким. И в архиве горели светильники, там весьма шумная компания праздновала удачную охоту. Среди всего этого света и шума девушка почувствовала себя чуть ли не оскорблённой.

   Быстро проверив свой арбалет и убедившись в его исправности, она вернула его на стену, откуда взяла перед рейдом, и отыскала взглядом Агнессу. Оказалось, та присоединилась к группе, обсуждавшей вчерашнюю облаву в Западной Пенне. Лире здесь задерживаться не хотелось, и она направилась к выходу.

   Карл остановил вернувшегося из рейда Тэго и втолковывал ему схему своей новой ловушки для carere morte. Марк периодически обзывал его теоретиком, но не уходил. Эти двое закрывали Лире выход из арсенала. Она обошла стойку с мечами, ненамеренно услышала Алекса, говорившего кому-то весьма созвучное её идее: