Сокровенные мысли. Русский дневник кобзаря - Тарас Григорьевич Шевченко

351 Александр Евграфович Бабкин (которого, конечно, имеет в виду Шевченко, по ошибке переставивший его инициалы) — нижегородский исправник (“Адрес-календарь”, 1857, ч. II, стр. 93, то же 1858–1859, ч. II, стр. 108).

352 Сестра упоминавшегося выше Н. А. Брылкина, жена И. П. Грасса.

353 Влиятельный впоследствии вдохновитель правительственной реакции Михаил Никифорович Катков (1818–1887) в те годы был еще поклонником английской конституции и вел свой журнал в либеральном направлении. “Матрос” Шевченка в “Русском вестнике” напечатан не был и появился лишь в 1887 г. на страницах “Киевской старины”.

354 После перехода Пиуновой на казанскую сцену в 1858 г. ей действительно пришлось столкнуться с соперничеством Прокофьевой, о чем она вспоминает в своих воспоминаниях: “Делилась тогда молодежь на партии: стрелковисты, прокописты и пиунисты. И беда была в тот спектакль, когда бывало все мы — Стрелкова, Прокофьева и я — играем. Чья возьмет?” (“Артист”, 1890, № 7, апрель стр. 180).

355 Ивану Александровичу Щербине (О нем см. “Русскую старину”, 1891, № 10, стр. 181, 201, 204, 207).

356 Проект об устройстве Пиуновой в харьковском театре не получил осуществления.

357 Василий Николаевич Погожев (1802–1859) — инженер-майор, член общего присутствия V округа путей сообщения в Ярославле (“Адрес-календарь”, 1857, ч. I, стр. 249; 1858–1859, ч. 1, стр. 275; ср “Московский некрополь”, т. II, стр. 431), сблизившийся с литературными и музыкальными кругами в сороковых годах, когда его две молоденькие дочери Вера и Наталья обратили на себя общее внимание своими большими музыкальными дарованиями; им предсказывали блестящую будущность, но ранняя смерть разрушила все надежды. В воспоминаниях Погожева (“Исторический вестник”, 1893 г., No№ 6— 10) есть беглое упоминание о “поэте и живописце Шевченке” (№ 8, стр. 372) — в том месте воспоминаний, где автор вспоминает лиц, интересовавшихся музыкальными талантами его дочерей.

358 Так Шевченко пишет фамилию “лекаря” Дмитрия Ивановича ван-Путерена, младшего врача нижегородского приказа общественного призрения и врача нижегородского дворянского института (“Российский медицинский список на 1858 год”, стр. 243; “Адрес-календарь”, 1858–1859, ч. I, стр. 207; ч. II, стр. 107. Ср. “Русскую родословную книгу” кн. А. Б. Лобанова-Ростовского. изд. 2-е, т. Р, стр. 17–18 и “Люди Нижегородского Поволжья”, вып. I, “Краткий словарь писателей-нижегородцев”, под ред. В. Е. Чешихина (Ч. Ветринского) Н.-Н., 1915, стр. 36). В дни своего пребывания в Москве в марте 1858 года (см. стр. 261) Шевченко с ним встречался и даже пользовался его медицинскими советами.

359 Шевченко исполнил свое намерение, и 1 февраля 1858 года на страницах “неофициальной части” “Нижегородских губернских ведомостей” (№ 5, стр. 17–18) появилась с подписью *** нижеследующая статья, принадлежащая его перу.

“Бенефис Г-жи Пиуновой января 21 1858 г.

Приняв в соображение нравы нижегородских обитателей, в особенности обитательниц, я немало удивился, войдя в театр и найдя его почти полным. — “Что бы значило это?” — спросил я знакомого мне отъявленного нетеатрала. — “Как что? Сегодня бенефис миленькой Пиуновой. Еще девочкой поступила она на нашу сцену; миловидностью и грациозностью своею обратила на себя внимание и, надо отдать ей справедливость, умела это внимание поддержать и заслужить любовь нашей, не очень щедро расточающей свои чувства публики. Вы сами увидите сейчас, насколько это справедливо.

И действительно, г-жа Пиунова достойно поддержала мнение о себе. Независимо от юности и располагающей наружности, она так мила и естественна, что, глядя на нее, забываешь театральные подмостки. — Давали в этот вечер драму “Парижские нищие” и водевиль “Бедовая бабушка”. Водевиль сам по себе хорош, но в исполнении г-жи Пиуновой и г-жи Трусовой (бабушка) это вышла такая миленькая игрушка, что хоть на любую столичную сцену: так грациозна наивностью своею Глаша и так добродушно комична Бабушка. Бенефициантка обладает всеми задатками сценического искусства, а это, вместе с молодостью ее, конечно, подает большие надежды и в будущем. Но мы не скроем, что самые успехи ее порождают и большие требования. Сколько можно судить, — г-жа Пиунова с особенным пристрастием выбирает роли наивно-милых девушек. Слова нет: это лучшие ее роли; но она не должна забывать, что в них же кроется однообразие и легкость, которые могут вредить ее таланту. Мы искренно думаем, что она может смело расширить свой репетуар; труда будет больше и вдумываться в роли нужно будет серьезнее; но зато талант развернется шире. Наше мнение подтверждает сама г-жа Пиунова: в комедии Островского “Бедность не порок” она играла разбитную вдовушку и выполнила эту роль с большим тактом, а тут, конечно, обыкновенными способностями не обойдешься, особливо в 17 лет. Сюда же можно отнести и роль Татьяны в “Москале-чаривнике”; пьеса эта была поставлена в два дня по желанию Михаила Семеновича Щепкина, приехавшего случайно в Нижний и согласившегося участвовать в грех спектаклях и, несмотря на поспешность постановки, а также незнание малороссийского языка, — г-жа Пиунова в роли Татьяны была очень хороша, так что наш ветеран-артист был в восторге и говорил, что он ни с кем с таким удовольствием не играл, а мнение Щепкина может служить авторитетом. В нашей милой бенефициантке он принял сердечное участие, советовал ей серьезно трудиться, и, конечно, советы и напутствия вполне оценены ею. В “Парижских нищих” г-жа Пиунова исполнила роль Антуанетты весьма совестливо, но видно, что у ней не было сочувствия к роли. Еще как-то мы заметили в одном месте, именно в свиданьи с дочерью Банкира, когда она приходит просить работы, неправильность в дикции и позволяем себе обратить ее внимание на этот предмет.

Господин Владимиров выполнил роль бродяги Гастона чрезвычайно рельефно и талантливо; в сцене, когда его берут в рабочий дом и когда он своему бывшему патрону говорит “мерзавец”,— он удивительно хорош. В г. Владимирове виден весьма опытный артист, занимавшийся своим искусством добросовестно. Он вовсе не односторонен и игра его в особенности замечательна в пьесах, имеющих литературное достоинство, к какому бы роду они ни принадлежали. Тут он вполне выказывает себя. В гриммировке и костюмировке он просто совершенен. Вообще о г. Владимирове мало отзываться лестно, в нем видно и развитие и необыденное понимание искусства. Почти то же можно сказать и о г. Климовском. Судить его нужно не по пустой роли Д’Обиньи.