Отряд (Аш - Тайная история - 2) - Мэри Джентл

Роберт попытался возразить:

- Девочка...

Аш оборвала:

- Меня это тоже не радует. Но пока мы не разберемся, что происходит, ничего не поделаешь. Герцог мертв. Город в любую минуту может взорваться изнутри. Мне нужно на совещание с де Ла Маршем; мне нужно повидать Флориан! Потом, может, и пошлем кого через боковые ворота.

Ансельм заметил с мрачным сарказмом:

- Мы понятия не имеем, что делается у крысоголовых. И у бургундцев, кстати. Тебе это не нравится? Мне тоже.

Плеск текущей по камню воды стал громче. Аш вжалась в узкую амбразуру, чувствуя, как плечи сжимают холодные стены. Под стеной за несколько ярдов уже ничего не видно.

Она вжалась в стену, давая место Роберту. Он нахохлился, сплюнул, забрызгав слюной темный камень подоконника.

- В такую погоду у них порох подмокнет и канаты катапульт растянутся...

Он не успел договорить: словно в ответ на его слова послышался пронзительный свист, завершившийся ударом. Все стоявшие рядом невольно присели. Аш отскочила от бойницы и, грохоча железом, метнулась выглянуть за дверь. Отдаленный разрыв и слабая вспышка где-то в разрушенных кварталах. У нее по спине поползли мурашки.

- Големам дождь не помеха, - сказала она. - И греческий огонь в воде не гаснет.

Роберт Ансельм остался у окна. Выждав немного, Аш вернулась к нему.

Он проворчал:

- Они Карла-то хоронить собираются?

- А разве эти сукины дети нас оповестят?

- А от дока нет вестей?

Аш отвела взгляд от покрытой лужами полоски земли, видневшейся на той стороне рва: обломки штурмовых лестниц, трупы лошадей, пара человеческих тел. Должно быть, рабы, кому нужно возиться с похоронами рабов. Все одного грязно-серого цвета, все неподвижно...

- Роберто... что бы это ни значило, она - герцогиня.

- А я - король карфагенский, в зад его дышлом!

- Я слышала голоса Диких Машин, - Аш пристально смотрела ему в глаза. - В своей душе. И я их видела... я чувствовала, как они сотрясают землю у меня под ногами. И я видела лицо Флориан, и слышала их, Роберто - они пытались сотворить свое злое чудо - но им помешали. Не дали. Это она их остановила, наша Флориан. Тем, что превратила Геральдического Зверя бургундцев... в убоину.

На его лице, сколько она могла разглядеть под забралом, отразилось циничное недоверие.

- Я сама еще не понимаю, что это значит для Бургундии. Но... тебя там не было, Роберт.

Ансельм отвернулся. Теперь она видела его только в профиль, обращенный к окну. С обидой в голосе, он возразил:

- Знаю, так тебя и так, что не было! Я молился за вас! И я, и парни: Пастон с Фавершэмом, мы были на стене...

"Дожимать, или не стоит? - задумалась Аш. - Надо договаривать. Надо разобраться, насколько плохо дело, мне же на него полагаться".

- Будь ты с нами, ты бы увидел сам. А ты тут отсиделся...

Он рывком развернулся к ней с побагровевшим лицом, уткнул палец ей чуть ли не в грудь:

- Еще что скажешь?

Аш заметила, как насторожились стоявшие в дверях часовые, знаком приказала им не вмешиваться.

- Роберт, что тебя грызет? - она расстегнула и сняла стальную перчатку, голой ладонью утерла мокрое лицо. - Кроме того, что грызет всех? Видали мы осады и подерьмовее. Нейс помнишь? Согласна, на той стороне было бы уютнее...

Шутками к нему не пробиться. Лицо замкнулось. Она стояла так близко, что ясно видела зеленый проблеск в его карих глазах, различала сеточку жилок на носу и на скулах, но тень шлема мешала понять, о чем он думает.

Аш ждала.

Поднялся ветер, с новой силой плеснул на стены брызгами дождя. Ей припомнился прибой, бьющий в скалы у стен Карфагена. Такая же пустота, заполненная только серыми каплями, висела под окнами дома Леофрика. Аш подняла левую руку: перчатка, начищенная песком и смазанная гусиным жиром, уже покрылась ржавыми потеками.

- Что с тобой, Роберт?

Он вздохнул так, что ей пришлось еще крепче вжаться в каменный угол, покосился на падающие струи. Заговорил наконец, признав ее право требовать ответа:

- После Оксона я не знал, жива ли ты. Никто не видел твоего тела. Я все боялся увидеть твою голову насаженной на пику. Знал, что если ты убита, готы уж обязательно выставят, похвастают победой, ублюдки.

Он понизил голос, так, что никто, кроме нее, не мог слышать:

- Окажись ты в плену, они бы показали тебя в цепях... Ты могла оказаться в лесу, раненая... Могла уползти умирать. Тебя бы никто и не нашел.

Он повернулся, глядя ей в глаза. Брызги заставили его щуриться, вокруг глаз собрались морщинки.

- Вот как оно было, девочка. Я думал, ты валяешься где-то в канаве, изуродованная до неузнаваемости... Эти метатели огня... Рассказывали, что было много обгоревших тел. Тони сказал, тебя могли захватить и отправить в северную Африку, если вспомнить, как им хотелось тебя заполучить в Базеле. Но их бы и мертвое тело устроило. Эти ученые-маги... - Ансельм передернулся, не замечая того.

Она ждала, слушая шум дождя, не торопила его.

- Три месяца, а потом... - он прямо взглянул на нее. - Ты наверняка должна была погибнуть... и вот, из ниоткуда, три дня назад, письмо на арбалетном болте.

- Ты привык вести отряд.

Его ладони впечатались в стену по обе стороны от нее, пригвоздив ее к камню амбразуры. Она покосилась на стальные предплечья, перевела взгляд на лицо под откинутым забралом.

Он шипел, брызгая слюной на ее форменную накидку:

- Я же хотел отправиться в Африку! Я не хотел сидеть в Дижоне! Милый Зеленый Христос - знаешь, что там было, девочка? Этот Джон, тудыть его, де Вир талдычит мне, что раз герцог посылает пол-отряда в Карфаген, ему позарез нужен хоть кто-то, командовать здесь...

Часовые у двери беспокойно шевельнулись, и Роберт замолчал, потом продолжал, с нарочитым спокойствием:

- Живая или мертвая, ты могла быть только в Карфагене! Так у меня ни хрена выбора не было. Мне попросту приказали остаться. А теперь я узнаю, что ты таки была там, живая...

Аш подняла руки, положила ладони на его запястья и мягко потянула вниз. Его мокрые наручи скользили под пальцами, голой ладони сразу стало холодно.

- Я понимаю Оксфорда. Без Анжели ему было не обойтись, сам он с пушками мало что умеет. А ты был старшим из оставшихся командиров, ты уже командовал. Роберт, больше ему не на кого было положиться. А про меня ничего не было известно. Может, убита, может, где-то еще. Ты правильно сделал, что остался.

- Мне надо было ехать с ним. Я был уверен, что ты погибла. И ошибался! - стальная перчатка Роберта едва не выбила искры из каменной окантовки амбразуры. Он тупо взглянул на исцарапанную, помятую сталь и рассеянно пошевелил пальцами. - Если б я увел весь отряд, Дижон бы уже взяли, и все-таки, говорю тебе, девочка, мне следовало отправиться в Карфаген. За тобой.